Читать книгу - "Путь домой - Михаил Александрович Михеев"

высоте, совместно маневрировать тоже получилось. Но как они поведут себя в полноценном линейном бою – вопрос открытый. Вроде бы обсудил он с ними за это время разные варианты маневров, даже как-то потратили целый день на их отработку… Тогда получалось, и сейчас сигналы, указывающие на предполагаемые действия, поданы с флагмана и отрепетированы всеми остальными. И все равно – страшно.

С английского флагмана ударила пушка. Ядро легло недолетом и далеко от цели. Ну, там ведь и не целились специально. Попасть на такой дистанции сложно, а угол такой, что вести огонь могут считаные орудия. Нет, мощный всплеск на месте падения ядра – это ультиматум, требование лечь в дрейф. Не, гады, не дождетесь! Верховцев прикинул скорость, с которой британцы приближались, и понял – все, пора. С осознанием этого ушли прочь сомнения, неуверенность, страх. С этой минуты на них уже не было времени и сил, все это брошено на грядущий бой. Хищно улыбнувшись, Александр резко махнул рукой и скомандовал:

– К повороту!

В следующие несколько минут британский адмирал с удивлением мог наблюдать, как замыкающий строй русских кораблей бриг начал круто поворачивать вправо, становясь против ветра и стремительно теряя скорость. Более всего это было похоже на попытку занять позицию с наветренной стороны, получив какое-никакое тактическое преимущество. Абсолютно бездарную попытку… Впрочем, русские вообще не морская нация. Удивительно, как они сюда-то добрались. Именно это адмирал донес до своих офицеров, когда бриг практически потерял ход.

А потом все завертелось с бешеной скоростью. Грохот орудийного залпа, свист ядер… Русский корабль разрядил по британскому флагману орудия правого борта. Дистанция была приличная, но зато практически отсутствовала бортовая качка, поэтому получилось неплохо. Разумеется, попаданий было немного, всего три, да и ядра брига при всем желании не могли нанести серьезных повреждений громадине линкора, но и приятного в том мало. Когда корпус британского флагмана затрясся от ударов, все стоящие на его мостике подпрыгнули от неожиданности. После чего адмирал разразился бранью и от наглости русских, и от того, что ему просто нечем достойно ответить – под этим углом бить по русским могли считаные орудия.

А бриг между тем продолжал разворот, теперь уже становясь по ветру. Обратный процесс шел куда быстрее, и, прежде чем британцы смогли хоть что-то предпринять, бриг обрушил на них залп уже левого борта. Сейчас он находился куда ближе, и попаданий было больше. А потом, взяв парусами попутный ветер, русский корабль рванул прочь.

Только вот легче от этого английскому адмиралу не стало. А все потому, что обнаружилось: пока он отвлекался на слабейший корабль русских, тот же маневр совершил идущий перед ним фрегат. И, как только бриг ушел с линии огня, он тут же дал залп, причем эта плюха была куда весомее.

Огромная мощь и впечатляющие размеры – это не только много орудий и устойчивость в бою. Обратная сторона медали паршивая маневренность. Прежде чем британцы начали поворот, фрегат уже развернулся, дал залп левым бортом и открыл дорогу третьему русскому кораблю. Британцы уже и не удивились даже, что он занимает позицию в точности как два «младших брата». Именно что младших – огневая мощь этого фрегата, который опытные взгляды британских офицеров моментально опознали как еще недавно французский корабль, впечатляла. И на сей раз русские добились серьезного успеха.

Получив сразу два удара ядрами, фок-мачта линкора с треском надломилась, повиснув на вантах и вызвав легкий крен. Черт с ним, с креном, его можно перетерпеть. А вот то, что корабль моментально потерял возможность нормально маневрировать, уже хуже. Он еще продолжал разворот, но теперь это было похоже на судорожные рывки раненого животного. И первый залп британцы смогли дать лишь в тот момент, когда русский фрегат завершил свой разворот и тоже, практически одновременно, разрядил орудия левого борта.

На сей раз досталось обоим, но англичанам все же сильнее. Залп с рыскающего на курсе корабля априори не может быть точным. Видны были попадания в русского, даже как эффектно полетели во все стороны какие-то доски, но удары эти были считаные, фатальных повреждений они не нанесли. Зато британский корабль получил еще одну плюху. И, стоило отдать русским должное, они понимали, что окажутся на малой дистанции, и заранее зарядили свои орудия картечью. Сколько британских моряков полегло, когда она хлестнула по палубе, надстройкам и мачтам их корабля, сказать сложно, однако, как позже рассказывали очевидцы, палуба была залита кровью.

Но это было еще не все. Идущий впереди фрегата корабль не стал учинять сложных маневров с разворотом, он просто сразу повернул влево, следом за фрегатом. Оправданное решение – и дистанция сократилась, и маневренность у него не та. Ведь это был линейный корабль. И практически в упор он обрушил свою внушительную мощь на правый борт британского флагмана, пушки которого были только что разряжены.

Корабль затрясся, полетели обломки. В секунду еще недавно грозный корабль полностью вышел из строя. Грот-мачта рухнула, в борту его зияли огромные дыры, и в некоторые из них уже заглядывал океан. Не нанеся русским сколь-либо серьезного ущерба, линкор оказался не в состоянии продолжать бой.

К этому моменту на идущем ему в кильватер втором линкоре сообразили, что дело пошло явно не по плану и ситуация выходит из-под контроля. Но сейчас их больше заботило не продолжение боя, а то, как бы не врезаться в корму теряющего ход флагмана. Круто переложив руль, капитан избежал столкновения, но при этом оказался слева от флагмана, и корпус искалеченного линкора прикрывал его от русских, не давая вступить в бой. Возникла короткая сумятица, неразбериха, когда никто не мог понять, что делать, и в этот момент в бой вступила «Миранда».

Смешно. Шлюп, вооружение которого и близко нельзя было сравнить с остальными участниками боя, никто из англичан не принимал всерьез. И у них, к слову, были веские основания для такого пренебрежительного отношения. Но «Миранда» была пароходом, и ее независимость от ветра и хорошая маневренность внезапно стали джокером, брошенным русскими на стол именно в тот момент, когда этого никто не ждал.

Пока британцы пытались справиться с неразберихой, шлюп круто развернулся и оказался вдруг совсем рядом с противником. Британский адмирал, зажимая поврежденную картечью руку, лишь зубами скрипнул. Терпеть укус шавки… Что же, и впрямь придется терпеть, отвечать пока не из чего. Залп в упор – и спустя несколько секунд вопли.

«Миранда» ударила калеными ядрами, и пожары, ужас деревянных кораблей, возникли на линкоре моментально. Словно издеваясь, пароход лихо развернулся, ударил еще раз –