Читать книгу - "Энциклопедия Человеческого Д***изма. Без согласования. - Вадим Мартовский"

отвратительной.

Слова «ускоренного профилактическими мерами» звучали так, будто речь шла о задержке автобуса, а не о людях, которых утром лишили работы.

Алексей закрыл документ.

Вика написала:

Вика: Ты опять поздно?

Алексей: Да.

Вика: Плохо?

Алексей: Мы, кажется, предсказали конфликт и сделали так, чтобы он случился.

Вика: Это ты сейчас шутишь?

Алексей: Нет.

Вика: Хочешь приехать?

Алексей: Не знаю.

Вика: Тогда приезжай. Не обязательно знать.

Он смотрел на сообщение долго.

Потом закрыл ноутбук, взял куртку и вышел.

В квартире Вики горел свет на кухне.

Она открыла дверь сразу, будто ждала у неё.

— Чай будешь? — спросила она.

— Да.

— С мятой или обычный?

— Обычный.

Она поставила чайник.

Алексей сел за стол и смотрел, как вода медленно закипает.

— Расскажешь? — спросила Вика.

— Не сегодня.

— Хорошо.

Она поставила перед ним чашку и села рядом.

Не напротив.

Рядом.

Они молчали.

И впервые за день Алексею не казалось, что молчание нужно срочно превратить в данные.

Утром в рабочем чате появилось сообщение Светы:

Света: Коллеги, город просит подготовить первый массовый формат уведомления для жителей района.

Света: Завтра обсудим.

Света: Пожалуйста, без самодеятельности

Глава 10. Уведомление о вас

НИИ: «Превентивное информирование среды».

Алексей: «Долбоеб коммуникационный».

Текст уведомления Света написала за двадцать минут.

Потом ещё два часа пыталась сделать так, чтобы он не выглядел как уведомление.

Первый вариант начинался так:

Уважаемые жители!

В вашем районе зафиксирована повышенная динамика поведенческих факторов, способных привести к росту социальной напряжённости.

Егор прочитал и покачал головой.

— Похоже, у людей в подъезде завелась плесень, но плесень получила грант.

— Это рабочий вариант, — сказала Света.

— Нет. Это вариант, после которого человек сразу открывает домовой чат и пишет: «КТО НАС СДАЛ?»

— Хорошо. Предлагай.

Егор подумал.

— «Уважаемые жители. Мы заметили, что вы давно друг друга ненавидите. Хотим помочь».

— Спасибо, — сказала Света. — Очень полезно.

— Пожалуйста.

На экране висел третий вариант:

В вашем районе запускается пилотная программа поддержки диалога и совместных решений.

— «Поддержка диалога» — это что? — спросил Алексей.

— Нейтральная формулировка.

— Она ничего не значит.

— Зато никого не обвиняет.

— А люди всё равно почувствуют, что их обвиняют.

Света повернулась к нему.

— Лёш, нам нужно сказать им, что мы видим риск. Но не так, чтобы они решили: их дом признали неблагополучным.

— Может, не говорить, что мы видим риск?

— Тогда зачем уведомление?

— Потому что город хочет, чтобы мы уведомили, — сказал Егор. — Не надо искать в этом лишний смысл.

Света прикрыла ноутбук.

— Город хочет прозрачность.

— Город хочет, чтобы потом можно было сказать: «Мы предупреждали».

— Это не одно и то же.

— Света, — сказал Егор. — Это почти всегда одно и то же. Просто во втором случае шрифт мельче.

В комнату вошла Лидия Аркадьевна.

— Уведомление отправят сегодня, — сказала она. — Куратор уже согласовал рассылку.

— А мы? — спросил Алексей.

— Мы согласовали содержание.

— Мы не согласовали, что его вообще надо рассылать.

Лидия посмотрела на него.

— Алексей, проект финансируется городом.

— Это я понимаю.

— Тогда поймите ещё одну вещь: если система видит напряжение, а мы ничего не делаем, нас спросят, зачем мы её делали.

— А если после уведомления напряжение станет больше?

— Тогда мы будем изучать последствия.

Егор тихо выдохнул.

— Вот это, конечно, успокаивает.

Лидия посмотрела на него.

— Вам есть что предложить?

— Да. Не нажимать кнопку.

— Поздно.

Уведомление ушло в шесть вечера.

Его получили жители трёх кварталов в районе, который на карте «Контура» был отмечен жёлтым: не красная зона, не кризис, но «сочетание устойчивых факторов потенциальной эскалации».

В приложении городских сервисов появилось сообщение:

В вашем районе стартует программа «Контур».

Она поможет городским службам и жителям быстрее замечать ситуации, требующие совместного решения.

В ближайшие недели вам могут быть предложены опросы, встречи с модераторами и материалы о взаимодействии в жилых сообществах.

Участие добровольное.

Света смотрела на экран телефона.

— Нормально? — спросила она.

— Поздно спрашивать, — сказал Егор.

Первые комментарии появились через три минуты.

Пользователь 1: А что у нас случилось?

Пользователь 2: Ничего. Это они сейчас сами нам скажут, что случилось.

Пользователь 3: Кто дал им данные по району?

Пользователь 4: «Участие добровольное» — это всегда очень смешно.

Пользователь 5: У нас уже была «совместная программа». После неё мусорные баки перенесли к детской площадке.

Через десять минут в районном чате написали:

Валерий Семёнович: Прошу пояснить, по каким критериям наш дом и район включены в указанную программу.

Марина Юрьевна: Поддерживаю. Особенно интересно, кто собирал информацию.

Ксения: Там будет видно, кто голосовал против ремонта?

Нина Павловна: А можно просто фасад починить?

Алексей увидел последнее сообщение и почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Это они, — сказал он.

Света подошла ближе.

— Кто?

— Дом с фасадом.

Она прочитала переписку.

— Ты уверен?

— Нина Павловна пишет так, будто сначала извиняется, что существует.

Егор посмотрел через его плечо.

— Хорошая методика идентификации. Очень научная.

— Не начинай.

— Я не начинаю. Я просто не хочу, чтобы ты думал, что это абстракция.

— Я и не думаю.

— Нет, — сказал Егор. — Ты как раз думаешь. Очень много. А им сейчас нужно не это.

На следующий день Алексей поехал в район.

Формально — чтобы наблюдать за первой очной встречей. Света назвала её «сессией обратной связи». Город — «открытым диалогом». Егор сказал, что это будет «вечер людей, которые пришли узнать, кто объявил их социально опасными».

Встречу назначили в актовом зале районной библиотеки.

У входа стоял баннер:

КОНТУР

Замечать раньше. Решать вместе.

Кто-то приклеил снизу бумажку:

А МОЖНО НЕ ЗАМЕЧАТЬ?

Сотрудница библиотеки попыталась её снять, но бумажка держалась крепко.

— Пусть висит, — сказал Егор. — Это обратная связь.

В зале было человек сорок. Пожилые женщины в пальто, молодые родители, мужчина с коляской, две девушки с ноутбуком, несколько жильцов домов из прежних кейсов. Люди сидели далеко друг от друга, как будто заранее опасались, что встреча заставит их стать частью чего-то общего.

Света стояла перед экраном.

На экране — карта района без адресов. Жёлтые круги, линии, нейтральные подписи.

— Добрый вечер, —