Читать книгу - "Смейся! 2 - Денис Ратманов"

еле дотерпели до квартиры. Не разуваясь, Антон протопал к гитаре, чтобы наиграть, вспомнил о своей травме и погрустнел. Боря плюхнулся на диван, надулся, как растревоженная рыба фугу.

Наташа прошла в кухню, поставила чайник на плиту и достала пакетик с вафлями к чаю, крикнула:

— Тоха, а куда Валерун делся? Кто наиграет-то Сашке?

— За молоком отлучился, — откликнулся Антон. — Скоро вернется.

В кухню вошла Саша и проговорила:

— Я ему руки посмотрю после песен, потому что, когда полечу его, он в меня ненадолго влюбится. Но сильно влюбится, вплоть до помешательства. Потом пройдет. Наваждение не длится дольше суток.

Наташа кивнула, заварила чай, и вернулся Валерун, басом, на манер оперного певца напевавший «Сердце красавицы». Увидел Гаечку, поцеловал ей ручку — девушка зарделась и окаменела. Но на самом деле вафли интересовали его куда больше. Заглотнув пару штук, он направился в спальню, взял свою гитару, принялся играть. Гаечка уселась рядом, принялась притопывать, пытаясь сообразить, когда вступать.

— Сейчас, — подсказал Антон.

— Сменила полярность жизнь,

Мир паникой заражен.

Далекое солнце спустилось вниз,

В разгаре Армагеддон, — не в такт не в лад запела Гаечка.

Антон даже бровью не повел на фальшь, дослушал и вынес вердикт:

— Это восхитительно! — хочешь сказать, что это ты написала специально на мою музыку?

— Ну да, — обиделась Гаечка. — Я хорошо пишу и люблю рок. Мне показалось, что лучше всего подойдут такие слова. Ну, или что-то про войну.

— А есть распечатка текста или написанное от руки? — спросил Антон с надеждой.

Саша кивнула и достала из рюкзака тонкую тетрадь в клетку, отдала ему.

— Вот тут все. В каком порядке шли песни, в таком и записала.

Лицо Антона сделалось хищным.

— Валера, сыграешь еще раз?

Валерун кивнул. Антон запел. Песня шикарно ложилась на музыку и великолепно подходила ему под голос. Наташа заслушалась и чуть слюни не пустила. Это было идеально! Очень гармонично. Гаечка широко распахнула сияющие глаза — любому творцу приятно видеть, как живет и развивается его детище.

— Блин, ребята, это круто! — оценил Валерун. — Вот без лести — шикарно! Вполне по-взрослому! На высоте и музыка, и слова, я прям знаю, как сделать минус, какие инструменты задействовать.

— Спасибо, — опустила глаза Гаечка.

— Что там дальше? — сгорая от нетерпения, спросила Наташа.

Гаечка больше не пела. Антон читал текст, вникал, а потом пел. Дальше была шикарная баллада про путь на закат. Придраться было решительно не к чему.

Когда отыграли все песни, Наташа сместилась за спину Антона и показала Гаечке руки. Та поняла, кивнула и посмотрела на Антона. Лицо ее стало умиротворенным, она потянулась к парню, взяла его руки в свои и прошептала, поглаживая пальцами гипс:

— Мне очень, очень жаль, что ты не смог наиграть сейчас. Надеюсь, сделаешь это осенью.

Антон скривился — подумал, что она издевается, освободил руки до того, как Гаечка истощилась. Наташа с любопытством заглянула ей в глаза.

Саша показала «ок», прошептала:

— Все хорошо. Еще немного, и опоздали бы.

Антон распсиховался:

— Какой, нах, хорошо⁈ Я инвалид! Это же мелкая моторика, всему надо учиться заново! И не факт, что научусь.

— Научишься, — припечатала Гаечка голосом строгой учительницы. — Вот посмотришь. А потом меня вспомнишь. Ну, что я права была.

Сведя брови у переносицы, Антон уставился на загипсованные кисти рук.

— Что такое? — забеспокоилась Гаечка.

— Чешутся, — пожаловался он. — Словно под кожей что-то шевелится, бр-р-р! Почему так?

Его глаза подернулись поволокой, он воззрился на Сашу взглядом влюбленного теленка, и Наташа вспомнила ее слова, поняла, что пора уходить.

— Меня парень ждет, мне пора, — отрезала Гаечка и вскочила со стула.

Антон тоже вскочил с дивана, шагнул к ней, потянулся, жаждая прикосновений. Гаечка попятилась. Ее спасла Наташа, втиснулась между ними, закрыла Гаечку грудью.

— Нам пора.

— Ты завтра придешь?

О, сколько надежды было в этой адресованной Гаечке реплике!

— Да, — нехотя ответила она.

Наташа схватила ее за руку и вытащила на улицу, спросив:

— Зачем ты пообещала прийти?

— Чтобы долечить его, — призналась она. — Одного раза недостаточно, нужен физический контакт кожа к коже, а там гипс. А так-то мне совсем не хочется, у меня есть Алекс.

— Значит, завтра вечером, — задумчиво проговорила Наташа. — После работы.

— Возьми меня с собой! — взмолилась Гаечка. — Поедем в центр. Точка моя, точка твоя. Одна я точно потеряюсь.

Наташа испытала раздражение, что снова вставать чуть свет, ехать в Перово за Сашкой… И снова устыдилась. Девушка спасла Ашота и спасает Тоху, она это заслужила.

— Завтра в восемь утра возле метро «Перово», — припечатала Наташа, Сашка кивнула.

Глава 11

Перелетная

Проснувшись, Наташа первым делом позвонила Сурену — не терпелось узнать, как там Ашот. В первый день, когда его состояние стремительно ухудшалось, и органы отказывали один за другим, в такие моменты ее сердце замирало — она боялась услышать дурные вести.

Она, чужой человек — боялась. А что же чувствуют близкие? Вздрагивают от телефонных звонков, каждый раз переживают маленькую потерю, чтобы обрести веру, которая все слабее, слабее… Как фениксы, сгорающие, чтобы воскреснуть.

— Алло, — прохрипели в трубку.

Наташа покосилась на часы: было восемь утра, и протараторила:

— Сурен, это я, Наташа. Извини, что в такую рань, но хотелось тебя застать, чтобы узнать, как себя чувствует Ашот.

— Наташа! — Сурен мгновенно проснулся. — Ашот — хорошо. Прямо хорошо! Врачи удивлены, то был при смерти и шансов ему давали двадцать на восемьдесят, то вдруг раз — и все нормально. Температура чуть держится, но это в порядке вещей. Раны затягиваются, как на молодом!

— Он в сознании?

— Большую часть времени. Иногда его усыпляют.

— Что говорит?

— Есть просит! У него трахеостома в горле, он через нее дышит и не может говорить. Врачи глазам своим не верят! Говорят, что, если динамика останется положительной, завтра трубку уберут, Ашот начнет дышать самостоятельно, но говорить он все равно не будет, пока ранка не затянется. А уж сколько петь не сможет — большой вопрос. Да и сможет ли… В общем, выходите в ресторан со вторника по воскресенье. В понедельник выходной.

Наташа смотрела на себя в зеркало прихожей и улыбалась. Как хорошо! Гаечка спасла