Читать книгу - "Помещица - Алёна Цветкова"

торопиться мне некуда. В поместье вряд ли есть то, что мне нужно. А значит придется потратить время на подготовку...

- Далеко-далеко на лугу пасутся ко... - я рассмеялась и повернулась к хмурой Груне. Сейчас даже сиделка не вызывала во мне никаких негативных эмоций. Ну, хочет отец знать, что со мной происходит. Ну, пожалуйста. Все равно присутствие старухи ничего не изменит. - Уже почти приехали.

- Угу, - буркнула она. И добавила, - батюшка ваш велел в Саратове переночевать. А с утра в поместье ехать.

Я фыркнула. И почему она молчала об этом? Я-то думала придется выслушивать недовольные комментарии Груни, когда вместо того, чтобы взять карету в аренду и отправиться в поместье, я прикажу ехать в гостиницу.

- Далеко-далеко на лугу пасутся ко... - прошептала... Песенка прицепилась ко мне с самого утра. И до сих пор не надоела, потому что стала гимном моей новой жизни.

Идея разводить коз пришла мне сразу после того, как я прочитала статью Васильчикова про швейцарских коз, которых он называл зааненскими, потому что их вывели на берегах реки Заанен.

Главным отличием от всех других привычных пород было то, что эти давали столько же молока, сколько средние крестьянские коровы — семьсот-восемьсот литров в год. При этом, при содержании коз отдельно от козлов, молоко совсем не имело специфического, «козлиного» запаха. А еще корма ей требовалось существенно меньше, да и качество этого корма могло быть не таким хорошим, как для коровы. И эти козы могли раскапывать снег и добывать себе траву из-под снега, пастись на каменистых землях, на стерне и подбирать упавшие во время жатвы зерна.

Васильчиков в своей статье как раз и пытался донести до читателей, что зааненские козы для крестьянских семей могут стать настоящей заменой корове, если народ сможет преодолеть свою неприязнь к данным животным.

У меня никакой неприязни не было. Наоборот, оценив все плюсы породы, я воспылала к ним необыкновенной любовью, потому что эти животные стали ответом на все мои вопросы.

Едят мало, молока дают много. Молоко у них такое же жирное, как у всех коз, и точно так же, как коровье, годиться для переработки и в сливки, и в сметану, и в творог, и в масло. И все это, по словам Васильчикова, гораздо вкуснее, чем из коровьего молока.

Но особенно хорошо из козьего молока получается сыр... Швейцарские крестьяне выводили породу как раз для этих целей. Река Заанен находится в горной местности, слишком далеко от крупных городов и торговых путей, а сыр прекрасно хранится, и не только не портится со временем, но и становится все лучше и лучше. В условиях, когда нет возможности регулярно выезжать на ярмарку, это идеальный вариант.

Все плюсы зааненских коз и сыров из козьего молока подходили мне точно так же, как и тем самым швейцарским крестьянам. Правда, мне повезло еще больше. У меня под боком был Саратов с развитой сетью транспортных путей. Значит я смогу снабжать козьим сыром всю Россию. А если мне вдруг станет тесно в своей стране, то всегда есть возможность наладить поставки и на другой берег Волги, в Укек и через него во всю Тартарию.

Есть, правда, у этих коз один существенный минус — цена. Стоит одна коза тоже столько же, сколько корова. Но зато приносит не по одному теленку в год, а по два-четыре козленка... Васильчиков писал, что если вскладчину купить пару коз на сельскую общину, то через несколько лет их станет достаточно для всех.

Я же не собиралась ждать несколько лет. Я собиралась потратить все деньги, которые мне дала матушка, на покупку своего козьего стада. Надо только написать Васильчикову и узнать, где можно купить таких чудесных коз.

- Правильно, козы. Пейте, дети, молоко, будете здоровы! - закончила я песенку, слегка изменив слова.

А что?! Очень хороший рекламный лозунг получился!

ГЛАВА 24

Гостиница в Саратове, которую рекомендовал отец, оказалась довольно приличной. В номере, правда, не было удобств, они располагались на этаже, но я-то ожидала гораздо худшего. Поужинали мы в трактире на цокольном этаже. Груня, правда, возмущалась, трактир мне не по статусу, мое место выше, в небольшом ресторанчике. Но сегодня мы были единственными гостями с титулом, и я отказалась сидеть в пустом зале в одиночестве. Мне вдруг страшно захотелось побыть среди людей.

Молодой человек, сын хозяина гостиницы, который сидел за стойкой регистрации, если и дивился капризу юной дворянки, то вида не подал. И невозмутимо сообщил, что велит вышибале присмотреть за мной и обеспечить безопасность. Эти слова напугали Груню еще больше. Да, и мне тоже стало немного не по себе.

Но все обошлось. В трактире оказалось совсем не так страшно, а простые люди оказались довольно приличными. По крайней мере скандалов и дебошей не устраивали. Просто сидели за столами, ели и вели неспешные беседы. Поначалу это меня несколько обескуражило, а потом я поняла: гостиница не того уровня. Не каждый не дворянин — нищий, даже среди простолюдинов встречаются люди разного достатка. Есть купцы богаче самых знатных семей.

Письмо я написала в тот же вечер. На следующее утро, весточка уже полетела обратно в Москву в редакцию газеты. А я отправилась гулять по городу. Интересно же. В Москве меня никто не отпустил бы на прогулку одну, матушка костьми бы легла. Здесь, кроме ворчливой Груни, никого рядом не было. Но она не могла прямо запретить мне поступать так, как я хочу. Она могла только недовольно бубнить себе под нос, таскаясь рядом со мной и исполняя роль дуэньи. Я быстро научилась не обращать внимание на нудное бормотание за моей спиной.

Тем более Саратов в этом мире совсем не был похож на тот, который я видела в своем прошлом. Никаких скучных пыльных улочек старого города, никаких полуразвалившихся купеческих домов и деревянных пристаней на заросших бурьяном берегах Волги.

Хотя купеческие дома были. Крепкие, двухэтажные, построенные из кирпича, тщательно отштукатуренные и побеленные, с резными, разноцветными ставнями и отмытыми до блеска окнами. Почти во всех внизу, на первых этажах располагались лавки, в которых торговали всем, чем только можно. Такого обилия товаров не в каждом современном торговом центре найдешь. Ну, со скидкой на время, конечно.

Если бы я не приняла решение, потратить все свои деньги на покупку козьего стада, то легко могла бы спустить все до копейки здесь, в лавочках Саратовских купцов. Никогда раньше не замечала