Читать книгу - "Грандиозное событие - Морис Леблан"

поисках пристанища, расследование оказалось сложным делом. В конце концов мне удалось установить, что около девяти в отель заходила какая-то служанка с письмом. Она спросила у портье, где остановился месье Дюбоск. Портье указал ей на второй этаж, номер сорок четыре.

— Но никакого письма я не получал, — возразил Симон.

— К счастью для вас, портье ошибся номером. Вы — в сорок третьем.

— Но где же письмо и от кого оно?

— Вот обрывок конверта, который я подобрал, — ответил Индеец, — на нем можно разобрать гербовую печать лорда Бейкфилда. Я поспешил в замок Баттл.

— Так вы видели…

— Лорд Бейкфилд с женой и дочерью уехали этим утром в Лондон в автомобиле. Но я видел ту служанку, которая принесла для вас в отель письмо от своей госпожи. На лестнице ее остановил человек и сказал: «Месье Дюбоск спит, а я охраняю его комнату. Я сам передам ему письмо». Служанка вручила ему конверт, он дал ей золотую монету. Вот она. Это монета с изображением Наполеона I, выпущена в 1807 году, точь-в-точь такую вы подобрали у тела моего друга.

— И что же? — спросил встревоженно Симон. — Что сделал этот человек?

— Этот человек прочитал письмо, постучался в сорок четвертый номер, рядом с вашим. Ваш сосед открыл ему, тот схватил его за горло одной рукой, а другой всадил ему нож между лопаток.

— Боже милостивый, значит, его убили вместо меня?

— Его вместо вас ударили ножом, это так, но он не умер. Его спасут.

Симон был потрясен.

— Это ужасно, — прошептал он, — опять удар ножом…

Помолчав, он спросил:

— Вам ничего не известно о содержании письма?

— По нескольким словам, оброненным Бейкфилдом и его дочерью, служанка поняла, что речь идет о «Королеве Марии», корабле, который потерпел крушение и теперь его можно найти. Вроде бы мисс Бейкфилд потеряла на его борту какую-то миниатюру.

— Да, действительно, — задумчиво проговорил Симон, — это похоже на правду. Но как жаль, что письмо не попало в мои собственные руки. Служанке не следовало отдавать его.

— Почему же?

— Ну как же, отдать первому встречному…

— Но он был ей знаком.

— Ей был знаком этот человек?

— Конечно, он часто приходил к лорду Бейкфилду. Это друг дома.

— Так она может назвать его имя?

— Уже назвала.

— И как же его зовут?

— Ролстон.

— Ролстон! — вскричал Симон. — Этого не может быть! Какое-то безумие! Как выглядел тот человек? Каковы его приметы?

— Человек, которого видели горничная и я, очень высокий и благодаря своему росту имеет возможность сверху атаковать свою жертву ударом в спину. Он худой… немного сутулый… очень бледный…

— Замолчите! — воскликнул Симон, взволнованный этим описанием, настолько совпадающим с приметами Эдварда. — Замолчите! Этот человек мой друг, и я ручаюсь за него, как за себя самого! Ролстон убийца?! Что за чушь!

Симон нервно расхохотался, Индеец же невозмутимо продолжал:

— Помимо всего прочего, горничная рассказала мне, что Ролстон, который не прочь пропустить стаканчик виски, часто захаживал в одну богом забытую, захудалую таверну. По описанию мне легко удалось ее отыскать. Бармен, получив от меня щедрую мзду, поведал, что Ролстон заходил около полудня и нанял с полдюжины головорезов, готовых на любую работу. А цель их экспедиции — останки «Королевы Марии». С этого момента мне все стало ясно. Запутанное дело получило объяснение. Я сразу же принялся за необходимые приготовления и одновременно постоянно заходил сюда, поскольку хотел присутствовать при вашем пробуждении, нужно было ввести вас в курс дела. К тому же, — добавил Индеец, — я позаботился, чтобы рядом с вами находился ваш друг Мезозой, и также запер в ящик ваш бумажник, который лежал на всеобщем обозрении. Я взял оттуда десять тысяч франков, чтобы использовать во благо нашего общего предприятия.

Симон уже больше не удивлялся поступкам этого необычайного человека. Он мог бы взять из набитого бумажника все деньги, а довольствовался всего десятью банкнотами. Это был честный малый.

— Наше предприятие? — только и спросил Симон. — Что вы имеете ввиду?

— Я не отниму у вас много времени, месье Дюбоск, — ответил Индеец с видом человека, который знает заранее, что дело в шляпе. — Так вот, во время кораблекрушения мисс Бейкфилд потеряла на «Королеве Марии» миниатюру огромной ценности и в своем письме к вам попросила отправиться на ее поиски. Письмо было перехвачено Ролстоном, таким образом он узнал о существовании сокровища и, как можно предположить, о чувствах, которые вы испытываете к мисс Бейкфилд. Этим же объясняется и удар ножом, которым он хотел угостить вас. Во всяком случае, наняв полдюжины самых отпетых молодчиков, он отправился к обломкам «Королевы Марии». И вы позволите им это сделать? И никак не помешаете ему, месье Дюбоск?

Симон не спешил с ответом. Он размышлял. Как было не сдаться под тяжестью изложенных фактов? Как тут не вспомнить привычки Эдварда, его образ жизни, его склонность к виски и, с другой стороны, его любовь к чрезмерным расходам? Однако он лишь повторил:

— Ролстон неспособен…

— Пусть так! — заметил Индеец. — Но эти люди отправились на разграбление «Королевы Марии». Вы позволите им это сделать, месье Дюбоск? Я не позволю. Я хочу отомстить за смерть своего друга Бадьяриноса. Не забудьте и о письме мисс Бейкфилд. Следовательно, мы едем. Все готово. Четверо моих товарищей отправятся с нами. Я купил оружие, лошадей и необходимую провизию. Все готово, повторяю вам. Каково будет ваше решение?

Симон снял халат и схватил одежду.

— Я еду с вами.

— Ну-ну, — рассмеялся Индеец, — вы думаете, можно отправиться к приключениям по незнакомой местности вот так, среди ночи! А потоки воды, а зыбучие пески? А все остальное? Не говоря уже об адском тумане, которым все заволокло. Нет-нет, выходим завтра, в четыре утра. А пока подкрепитесь, месье Дюбоск и поспите.

— Спать! — запротестовал Дюбоск. — Но я только этим и занимаюсь последние двадцать четыре часа.

— Этого недостаточно. Вы чертовски устали, а экспедиция будет трудной, очень трудной и опасной. Можете поверить Зоркому Глазу.

— Зоркому Глазу?

— Антонио, или Зоркий Глаз, — так меня зовут, — объяснил Индеец. — До завтра, месье Дюбоск.

Симон повиновался. Когда все вокруг вверх дном, может, и лучше послушаться совета человека, которого первый раз видишь, краснокожего по имени Зоркий Глаз.

Покончив с ужином, он просмотрел дневную газету. Новости были отовсюду и самые ужасающие. Сообщалось, что Саутгемптон и Гавр блокированы, что английский флот застрял в Портсмуте. Закупоренные в своих устьях реки выходили из берегов. Везде царило смятение, сообщение было прервано, порты занесены песком, корабли выброшены на берег. Торговля прекратилась, царили разруха, голод, отчаянье. Власти демонстрировали бессилие, правительства — растерянность.

Поздно ночью Симон наконец