Читать книгу - "Грандиозное событие - Морис Леблан"

пришел опять, и еще, и еще несколько раз, пока в конце концов не решил устроиться у твоего изголовья и ждать.

Симон вскочил с кровати. В ванной комнате он обнаружил новую одежду и белье. А на стене увидел тот самый пиджак, которым накануне прикрыл обнаженные плечи спасенной им молодой женщины.

— Кто это принес?

— Что именно? — спросил Мезозой.

Симон обернулся к нему.

— Скажите, учитель, пока вы здесь были, никто не заходил в мою комнату?

— Тьма народа! Кого только не было… твои почитатели… просто любопытные…

— А женщина не приходила?

— Признаться, не заметил… А почему ты спрашиваешь?

— Почему? Просто ночью, пока я спал, несколько раз мне казалось, что какая-то женщина подходила к моей постели и склонялась надо мной.

Мезозой отмахнулся: «Тебе привиделось, мальчик мой. Когда очень устаешь, часто снятся кошмары…»

— Какой же это кошмар?! — рассмеялся Симон.

— В любом случае все вздор! — воскликнул Мезозой. — Разве это сейчас важно? Сейчас важно только одно: внезапное срастание… Это же грандиозное событие! Что скажешь? Это тебе не мост, перекинутый с одного берега реки на другой. Это тебе не туннель. Это полное срастание, окончательное слияние, настоящий перешеек! Нормандский перешеек, как его уже нарекли.

— Скорее дамба, — пошутил Симон.

— Что ты мелешь! — вспылил Мезозой. — Ты что же, не знаешь, что произошло этой ночью? Ах, нет, черт возьми, он ничего не знает… Он спал! Так ты не заметил, что нас еще трясло… не сильно, но все же… Нет? Тебя это не разбудило? В таком случае, мальчик мой, ты сейчас узнаешь нечто невероятное, более невероятное, чем все предсказания. Что там полоска земли из Дьеппа в Гастингс… Это было только начало, самое начало. Но потом… О! Потом… мальчик мой, ты меня слушаешь? Ну так вот… Франция от Фекана до мыса Гри-Не… Англия от западного Брайтона до Фолкстона, все это, друг мой, теперь единая суша. Суша… шириной в двадцать пять — тридцать лье. Кусок суши, равный двум не самым маленьким французским департаментам и двум английским графствам. Природа отлично поработала за каких-то несколько часов! Что скажешь?

Симон слушал, пораженный.

— Возможно ли? Вы уверены? Но это чревато неслыханными бедствиями! Представьте только… Что будет с прибрежными городами! А торговля, а навигация!

Симон подумал об отце и его кораблях, запертых в порту Дьеппа.

— Вы в этом уверены? — повторил он.

— Ей-богу! — воскликнул Мезозой, которого сейчас ничуть не волновали эти соображения. — Сотни телеграмм, отправленные из различных мест, подтверждают это. Да почитай вечерние газеты… клянусь, это настоящая революция! Землетрясение? Жертвы? О них и не вспоминают. Твой марш-бросок из Франции в Англию? Остался в прошлом! Сегодня по эту сторону Ла-Манша говорят лишь о том, что Англия теперь уже не остров, она сделалась частью европейского континента. Она приросла к Франции.

— Да, это великое… событие в истории, — согласился Симон.

— Величайшее, мальчик мой. С того времени, как появился этот мир и возникли страны и народы, ни одно физическое явление не имело большего значения, чем это. И подумать только, я ведь все предсказал: и следствия, и причины, которые известны только мне.

— И каковы же они? — спросил Симон. — Откуда взялась земля, по которой я прошел? Как это могло случиться?

Мезозой остановил его жестом, каким когда-то предварял свои объяснения. И, вооружившись вечным пером и листком бумаги, начал:

— Знаешь ли ты, что такое разлом? Нет, не так ли? А горст? Тоже нет. А ведь это из курса геологии в колледже Дьеппа. Похоже, ты только понапрасну терял там время! Ну что же, слушай внимательно, ученик Дюбоск. Я буду говорить коротко и по существу. Земная кора, то есть слой, который окружает раскаленное ядро, состоит из затвердевших элементов вулканической и осадочной породы и представляет собой пласты, лежащие друг на друге наподобие страниц книги. Вообрази, что какие-то силы сбоку воздействуют на кору, сжимая ее слои, в результате чего возникают складки, иногда даже трещины, края которых, наезжая одна на другую, оседают или же вздыбливаются. Такие трещины называют разломами, они перерезают земную кору и разделяют надвое горную породу, части которой сдвинулись относительно друг друга. Таким образом, разлом представляет собой угол или же имеет две кромки — нижнюю, возникшую в результате оседания земной тверди, и верхнюю, возникшую в результате вспучивания. И вот так бывает, что внезапно по прошествии тысяч и тысяч лет эта верхняя кромка под воздействием неумолимых тангенциальных сил вздымается, вздыбливается в виде взбросов, иногда довольно значительных, которые и называют горстами. Это то, что мы имели возможность наблюдать недавно.

Во Франции существует так называемый Руанский разлом, отмеченный на всех геологических картах. Он представляет собой важнейшую дислокацию Парижского бассейна. И простирается на сто двадцать километров от Версаля до Руана параллельно складкам земной коры, которые в этом регионе образовались в известковых и третичных породах на северо-востоке и северо-западе. У Марома он уже не прослеживается, но я все же отыскал его в горных каменоломнях Лонгвиля, а продолжение — недалеко от Дьеппа, и, наконец, я обнаружил его, как ты думаешь, где? В Англии, в Истбурне, между Гастингсом и Ньюхейвеном! Тот же состав, то же залегание пластов. Ошибки быть не может. Разлом шел из Франции в Англию! И проходил под Ла-Маншем!

Уж как я его изучал, этот разлом Мезозоя, так я его окрестил! Изучал, исследовал, анализировал! И вот вдруг, это было в 1912-м, плато Нижней Сены и Соммы поколебали подземные толчки, они оказали влияние на морские течения, у меня есть тому доказательства. Толчки произошли в Нормандии, на Сомме, в открытом море! Ты улавливаешь всю необычайность этого феномена и какое научное значение имеет тот факт, что это произошло на разломе? Разве не логично предположить, что эти подземные толчки, происходящие на разломе, — суть проявление некой огромной силы, которая с трудом сдерживается лишь земной корой и пытается прорваться наружу в уязвимых точках и сокрушить все препятствия на своем пути, которые как раз и располагаются вдоль разлома.

Невероятная гипотеза? Возможно, но в любом случае стоило проверить. Этим я и занялся. Я произвел несколько погружений вдоль французского берега. Во время четвертого, на Дьеппской отмели, на глубине всего двадцати метров, я обнаружил следы извержения по обе стороны от разлома, состав породы был полностью идентичен составу англо-нормандского разлома.

Я уверился в своей правоте. Оставалось только ждать… лет сто или двести… или же несколько часов. Но для меня было совершенно очевидно, что однажды хрупкое препятствие, противостоящее внутренней энергии, сдастся и произойдет страшный катаклизм. Так и случилось.

Симон слушал с возрастающим интересом.