Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

лестницы, пахнущий живым человеческим потом, чесночной мазью и оружейной смазкой, и в тишине морга застучали пять живых сердец, как все восемь слепых тварей под потолком одновременно развернули свои безглазые морды к дверям и издали тонкий, вибрирующий на грани ультразвука клекочущий свист.

И ещё четыре точно таких же бледных, четвероногих силуэта бесшумно выскользнули снизу из открытых верхних ячеек трупного холодильника и из-под стальных столов для вскрытия, пружинисто подбирая под себя длинные задние конечности для двенадцатиметрового прыжка прямо на головы вошедших людей.

— Свет! — коротко скомандовал Дюбуа, одним движением левой руки откидывая прибор ночного видения на верх каски и одновременно большим пальцем правой руки вдавливая кнопку включения подствольного и нашлемного прожекторов.

В одно мгновение мертвенный мрак подземного морга разорвали восемь ослепительных, перекрещивающихся клинков жёсткого фиолетово-синего ультрафиолета.

Мощные кварцевые лампы, созданные в лабораториях ЦРУ специально для выжигания клеток древнего штамма, ударили в упор по висящим на трубах и выпрыгивающим из-за столов слепым тварям с силой полуденного каирского солнца.

Реакция наступила мгновенно. Гончие из вивария всю свою вторую жизнь провели в абсолютной подземной темноте при красных дежурных лампах, и их лишённая меланина, истончённая кожа была втрое чувствительнее к ультрафиолету, чем даже у уличных упырей. Стоило синим лучам наёмников коснуться бледных спин и безглазых морд под потолком, как по всему залу раздалось громкое, отвратительное шипение жарящегося на раскалённой сковороде сала: кожа на плечах и мордах мутантов за долю секунды пошла чёрными пузырями, из ноздрей и ожогов повалил густой белый пар с запахом палёного мяса, и оглушительный, режущий барабанные перепонки визг двенадцати обожжённых светом глоток заставил зазвенеть стеклянные колбы в шкафах вдоль стен.

Но боль и ожоги не заставили голодную стаю отступить — наоборот, потеряв от жара и боли осторожность, все двенадцать тварей разом сорвались с потолочных труб и из-за столов в слепом, бешеном броске на источник звука и тепла.

В закрытом кафельном зале началась короткая, яростная и почти беззвучная со стороны работа на истребление.

Первыми по летящим сверху с труб вентиляции тварям отработали в два глушёных ствола Пьер и Эль Турко.

Тяжёлая бельгийская винтовка Дюбуа с массивным глушителем глухо и веско застучала частыми одиночными выстрелами — тх-хлоп, тх-хлоп, тх-хлоп, — выбрасывая в сторону звенящие по кафелю латунные гильзы. Француз не тратил времени на прицеливание через оптику: он просто вёл узкий центральный луч своего подствольного ультрафиолетового фонаря от одной прыгающей с потолка бледной туши к другой и посылал экспансивные пули калибра семь шестьдесят два с серебряно-нитратной начинкой прямо в центр светящегося на груди или голове синего пятна.

Первую гончую, летевшую с четырёхметровой высоты прямо на голову Тарика, два винтовочных попадания встретили на середине траектории. Вспышка белого фосфора и взрыв нитрата серебра внутри грудной клетки разорвали существо практически пополам ещё в воздухе: в стороны брызнул фонтан кипящей чёрной жижи и серого пара, и обгоревшие половинки туши с мокрым шлепком рухнули на стальной стол для вскрытия, опрокинув его набок. Вторая тварь после пули Пьера в безглазую переносицу кувыркнулась через голову и с размаху впечаталась в кафельную колонну с развороченным, дымящимся изнутри черепом.

Рядом с командиром с пугающей скоростью швейной машинки строчил короткими отсечками по три патрона немецкий MP5K в руках Эль Турко. Длинный глушитель, выданный полковником Вэнсом, гасил звук девятимиллиметровых выстрелов до сухого кашля, а американские экспансивные пули с серебряной пудрой, выпущенные снайпером точно по шеям и открытым пастям прыгающих с холодильников мутантов, выжигали им гортани и позвонки так, что две гончие рухнули на пол в трёх шагах от его ботинок, захлёбываясь собственной вскипевшей пеной и судорожно скребя когтями по скользкой плитке.

С левого фланга, где из-за ряда опрокинутых столов на группу одновременно метнулись сразу четыре четвероногих бестии, двигаясь по полу низкими зигзагами со скоростью борзых собак, открывать огонь из шумного пулемёта Лях поначалу не стал, чтобы не глушить товарищей в замкнутом бетонном мешке. Вместо этого блондин перекинул Minimi на ремне на бок, выхватил в правую руку свой тяжёлый золочёный генеральский «Кольт» сорок пятого калибра с серебряными патронами, а в левую — натёртый чесночно-серебряной пастой стилет, но когда первые две твари увернулись от пистолетных пуль в прыжке и оказались в пяти шагах от его колен, в дело без всяких сантиментов вступил Матео.

— Пригни уши, Ковальский, сейчас будет громко! — рявкнул корсиканец, выставляя вперёд широкий ствол автоматического дробовика «Атчиссон» АА-12 и прожигая полумрак лучом подствольного прожектора.

Басовитый, сотрясающий воздух и кафельные стены грохот шести выстрелов двенадцатого калибра подряд в закрытом помещении морга прозвучал как залп корабельной батареи.

Шесть зарядов крупной серебряной картечи, густо смазанной чесночным эфиром и ляписом, накрыли узкий проход между секционными столами сплошным смертельным веером. На расстоянии четырёх метров у вёртких мутантов не было ни единого шанса уклониться от полутораметровой осыпи: серебряный шквал буквально смёл всех четырёх тварей с пола, отрывая им когтистые лапы, дробя выгнутые позвоночники и превращая белые безглазые головы в бесформенное, шипящее и дымящееся едким белым паром месиво, которое отбросило назад до самой стены холодильников.

И в ту же самую секунду, пока в ушах у всех стоял густой звон от барабанной очереди дробовика, две последние, самые крупные гончие, которые не прыгнули сразу вместе со стаей, а бесшумно проползли по верхнему карнизу вентиляционного короба в обход световых лучей прямо над головами наёмников, камнем рухнули сверху за спины Пьера и Драгона, прямо у входных дверей на лестницу.

Первая тварь в полёте сбила с ног стоявшего у порога Тарика, повалив раненого египтянина на спину и пытаясь дотянуться кривыми клыками до его лица, которое копт отчаянно защищал перетянутым толстым кожаным наручем левым предплечьем, в то время как зубы мутанта с треском впились в буйволиную кожу наруча.

А вторая бестия упала прямо на плечи Драгона сзади, обхватив торс блондина длинными задними лапами за пояс и занося когтистую пятерню для удара по сонной артерии под шлемом.

Стрелять в такой тесной куче из винтовки или дробовика было нельзя — пуля или картечь на такой дистанции легко прошили бы тварь насквозь и убили бы своего.

Пьер среагировал мгновенно, без единого слова бросив винтовку повиснуть на грудном ремне и выдернув правой рукой из ножен на поясе свой тяжёлый окопный нож, матовое лезвие которого было в два слоя покрыто серой плёнкой американской пасты с серебром и чесноком.

В один широкий шаг оказавшись рядом с барахтающимся на полу Тариком, француз левой рукой в