Читать книгу - "Трансцендентные - Стивен Бакстер"

поднял распятие перед Мораг, и я осознавал, что все уставились на маленький медальон, на то, как он отражал свет.

Я передал распятие Мораг и наклонился над ней. — Прости, — прошептал я. — Не могу поверить, что заставляю тебя проходить через это.

Она взяла кулон и улыбнулась. Ее лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего, и я чувствовал сладость ее дыхания. — Все будет хорошо. Вот увидишь.

Я отстранился и сел.

Роза уткнулась в свою книгу. — Давайте начнем. — Она начала читать, быстро, тихим голосом.

Джон слушал минуту. — Это латынь?

— Молитвы, — сказал я. — Молитва Господня. Пятьдесят четвертый псалом. Считается, что латынь более эффективна.

Джон развел руками. — Кто я такой, чтобы спорить?

Мы все сидели нашей "подковой". Тихий голос Розы продолжал бормотать, оставаясь единственным звуком в комнате. Даже Гэа молчала. Мораг просто сидела, опустив взгляд, сложив руки на коленях, распятие поблескивало между ее пальцами. Она казалась спокойной, настолько неподвижной, что я даже не мог различить, как поднимается и опускается ее грудь при дыхании. Меня поразило, что, должно быть, прошло много лет с тех пор, как я был в такой пустой среде, настолько лишенной электронных приспособлений, богатой и красочной текстуры современной жизни. Здесь была эта комната, в которой не было ничего, кроме ряда стульев, горстки людей, женщины в черном, бормочущей молитвы на языке, которого никто из нас не понимал. Но было удивительно, как росло напряжение.

И вдруг Роза встала. Мы все вздрогнули.

Роза указала на Мораг. — Кто вы? Оставьте свое притворство. Скажите мне свое настоящее имя. Кто вы?

Мораг пристально посмотрела на Розу. Затем она потерла маленькое распятие и улыбнулась мне. Она совсем не казалась испуганной. Одними губами она произнесла: — Прости.

Я был слишком потрясен, чтобы как-то отреагировать.

А потом Мораг начала меняться. Ее тело, казалось, съежилось под одеждой, лицо сморщилось. На ее коже собралось что-то вроде меха, длинные светло-каштановые волосы, не прорастающие, а срастающиеся на лице и руках, как в трансформирующейся виртуальной реальности. Она продолжала взрываться внутри своей одежды, так что ее платье разваливалось, как палатка с перерезанными веревками. Но вскоре ее руки стали высовываться из рукавов, как будто они становились длиннее. Нетерпеливым движением она сбросила туфли, обнажив ступни с длинными, как на детских руках, пальцами.

Все это заняло считанные секунды.

Она встала. Стала такой стройной, что ее голубое платье сползло с нее. Обрывки нижнего белья, лифчика и трусиков, все еще прилипали к ней, но она сняла их, с любопытством рассматривая. Обнаженная, она была всего около полутора метров ростом. Ее тело было покрыто оранжево-красным мехом. Она была стройной, но у нее были груди с твердыми, выступающими сосками. Ее руки были длинными, примерно такими же длинными, как ее ноги. Ее почти человеческое лицо с длинным носом и выступающим подбородком было покрыто этим мягким мехом. Ее череп казался маленьким и был тоже покрыт этим гладким, блестящим мехом. Мне стало интересно, что стало с прекрасными волосами Мораг.

Ее глаза были человеческими — бледно-серыми, мягкими. Она улыбнулась мне, показав ряд идеально белых зубов. Она подняла руку, мышцы под мехом напоминали узловатые веревки. Она все еще держала распятие.

Я рискнул взглянуть на остальных. Они сидели на своих стульях, уставившись друг на друга. Том сжимал руку Сони так сильно, что побелели костяшки пальцев. Робот Гэа просто наблюдал, его пластиковые глаза блестели.

Роза улыбалась.

Джон сказал: — Что это, черт возьми, такое? Какая-то обезьяна?

Роза снова спросила: — Кто вы?

Существо, похожее на Мораг, заговорило, но это был отрывок той быстрой речи. Исходя из ее уст, это почему-то не казалось таким уж странным.

Роза оборвала ее. — Мы не можем понять.

Существо все еще смотрело на меня. Она колебалась, потом, более тщательно, проговорила. — Извините, — сказала она. Она произносила все части слова с преувеличенной осторожностью: — Из-ви-ни-те.

Я сказал: — Скажите нам, кто вы.

— Меня зовут, — сказала она, — Алия. Алия, обезьяноподобная тварь, которая была Мораг, медленно обернулась, ее человеческие глаза сияли. Она осторожно положила маленькое серебряное распятие на свое сиденье. Затем наклонилась — она была очень гибкой — и осмотрела маленький пакетик с солью и флакон с вином рядом со своим стулом. Она ничего не сказала; возможно, подумала, что наличие соли, вина и распятий — это нормально здесь для нас. Затем она выпрямилась и снова изучающе посмотрела на нас.

Мы все просто уставились.

Алия стояла более прямо, чем любой шимпанзе, хотя ее тело, несомненно, было обезьяноподобным, с высокой грудью и руками длиной с ноги. Было что-то странное и в ее бедрах, узких, со странной геометрией. Может быть, подумал я, она была похожа на наших отдаленных предков, раннюю разновидность австралопитеков, вскоре после того, как они отделились от шимпанзе.

Джон выглядел самым испуганным, но ему было от чего ужаснуться. Мир Джона всегда был очень упорядоченным местом; у него было достаточно проблем с привыканием к идее призраков и перевоплощенных умерших жен. А теперь это. Но даже Роза, которую, как я думал, ничто никогда не смутит, сжимала в руках свои молитвенники, явно потрясенная.

И Алия уставилась на меня, как будто она была так же ошеломлена, увидев меня во плоти, как и я ее.

Внезапно Алия побежала по направлению к Соне. Мы все отшатнулись. Том и Соня вцепились друг в друга.

Алия споткнулась через пару шагов и остановилась. — Извините, — сказала она в своей изысканной замедленной манере. — Высокая гравитация. Лучше пройтись пешком. Забыла. — Она сделала более осторожный шаг, затем второй, не очень грациозно; у меня сложилось впечатление, что ходьба была не тем, к чему она привыкла.

Она стояла перед Томом и Соней. Я гордился ими за то, что они просто смотрели в ответ. Она сказала: — Соня Дамейер.

Соня оставалась неподвижной.

Затем она повернулась к Тому. — Томас Джордж Пул. Том. Я видела, как вы взрослели. Вариативная пигментация. — Она снова протянула руку и, к моему ужасу, провела кончиком пальца по щеке Тома.

Том оттолкнул ее руку. — Отвали, планета обезьян.

У