Читать книгу - "Звони в колокола - Куив Макдоннелл"

исключением Бэнкрофта, который, как предположил Стерджесс, был, скорее всего, биологически неспособен на это.

– Ладно, – сказал Бэнкрофт. – Где он живет? Я пойду туда и сверну ему шею.

– Разве ему не одиннадцать лет? – спросил Реджи.

– Хорошо. Тогда у меня есть все шансы на успех.

– Я ему помогу, – сказал Окс. – Ему четырнадцать, он просто мелкий для своего возраста.

– Хотя очень приятно видеть, что вы снова так хорошо ладите, – сказала Ханна, – но никто из вас не будет делать ничего подобного, потому что…

– Вы только что раскрыли свои намерения двум полицейским? – спросил Стерджесс.

– Ну, я собирался сказать, что это глупо и не поможет нам вернуть компьютеры, но да, и это тоже.

Все обернулись к стойке регистрации, услышав писк настольных компьютеров.

Грейс стояла в дверях, прижимая к уху телефон. Она указала на трубку.

– Я только что разбудила бабушку Клинта. Она не в восторге от него. – Она огляделась. – Похоже, мы снова в строю.

Бэнкрофт взглянул на часы.

– И нам еще нужно напечатать газету.

Когда все бросились обратно к своим столам, и даже Мэнни сделал вид, что готовится к действию, Ханна повернулась к своим двум посетителям:

– Большое спасибо.

Уилкерсон пожала плечами и предприняла неудачную попытку скрыть самодовольство.

– Это моя работа. Детектив и все такое.

Ханна нахмурила брови.

– А собственно, зачем вы двое здесь?

Стерджесс посмотрел на Уилкерсон, а затем снова на Ханну.

– Как насчет того, чтобы я угостил тебя завтраком?

Глава 7

Это тело. Он был более чем сыт этим телом. Да, оно послужило его цели. Женщина вернула его в мир и даже принесла кровавую жертву, необходимую, чтобы привязать его к этому плану существования, но это не означало, что она была подходящим сосудом для могущественного Заласа. Он был богом, и эта жалкая оболочка ему не подходила. Совсем не подходила. Он был царем-воином, а не каким-то немощным хранителем книг.

После того как он совершил ритуал, унизительно выполняя всю работу сам, потому что здесь у него больше не осталось ни одного аколита, он снова шагнул в мир людей. Как же тот сильно изменился с тех пор, как его низвергли в пустоту. Ночь больше не была темной – в небе сияли странные огни. Башни из стекла и камня поднимались повсюду, куда ни глянь. Между ними с поразительной скоростью текли колесницы без лошадей. И нигде, нигде не звучало его имя. Он чувствовал это. Его забыли. В прежние времена у него были орды поклонников, и люди боялись даже прошептать его имя. Теперь же это имя было почти стерто из памяти.

Не полностью, конечно. Кто-то вернул его. Часть его задавалась вопросом, зачем это сделали. Неужели кто-то осмелился использовать его как пешку? Они пожалеют об этом. Он заставит все человечество страдать за то, что оно с ним сделало. А человечества теперь было так много – люди были повсюду. Их мерзкий смрад пропитывал само существование. Зловонное нытье овец, нуждающихся в пастыре. Им нужно указать путь, хотят они того или нет. Но прежде чем он сможет это сделать, ему нужно, чтобы они поверили в него. По-настоящему поверили. Он был богом среди людей, но боги становятся истинными богами только тогда, когда в них верят низшие существа. Его сила была слаба, и ему нужно было как можно скорее найти способ восполнить ее, иначе он исчезнет бесследно.

Он остановился. Его блуждания привели его к мосту. Внизу текла вода, укрощенная, почти неподвижная. Что они сделали с этим миром? Даже вода стала вялой тенью самой себя. Так много предстояло изменить. Времени терять нельзя.

И тут, во второй раз за эту ночь, удача улыбнулась ему. Он заметил приближающуюся фигуру. Широкоплечую. Могучего телосложения. Это было тело истинного воина. Гораздо более достойного для присутствия Заласа. Он слышал, как душа женщины стенает и бормочет где-то в глубине сознания. Если завладеть телом достаточно надолго, прежний хозяин со временем исчезает, но выселение происходит не сразу, к его раздражению. Впрочем, сейчас это не имело значения. Могучий воин приближался и смотрел прямо на Заласа.

– Ты в порядке, дорогая? Иисус, ты вся в крови. – Воин огляделся. – Кто-то на тебя напал? Тебе скорую вызвать?

Он стоял перед Заласом, возвышаясь над этим слабым телом. Да, он подойдет.

– Я… я не вижу, откуда взялась кровь.

Он остановился и посмотрел вниз, заметив, что женщина перед ним теперь улыбается.

Залас протянул руку, и в одно мгновение он уже владел этим новым судном.

– О да, – взревел он. – Вот это больше похоже на правду.

Он чувствовал жалкие и слабые попытки сопротивления разума носителя. Не ровня могучему Заласу. Тело, может, и мощное, но интеллекта в нем не было. Он стоял и напрягал эти новые мышцы, чувствуя силу в конечностях.

Женщина стояла перед ним, и ее пустое выражение лица сменилось ужасом, когда ее жалкий маленький разум вновь обрел контроль над телом.

– Боже мой, что случилось? Кровь! – Ее голос сорвался на визг. – Столько крови!

– Молчи, хнычущая девка.

– Ты чудовище. Что ты заставил меня сделать?

Тишина.

Он нанес удар, от которого она растянулась на земле. Затем он схватил ее, поднял над головой жалкое тело и бросил с моста. Уходя, он услышал всплеск от ее безжизненного тела, упавшего в воду.

Залас сжал и разжал руки, которые теперь принадлежали ему, и ухмыльнулся. Да, вот это уже совсем другое дело. Он заглянул в сознание своего нового носителя, и перед ним вспыхнули образы того, куда тот направлялся. Интересно. Очень интересно. Похоже, все начинало складываться как надо

Глава 8

В тусклом предрассветном свете Ханна и Стерджесс наблюдали, как задние фары сержанта Уилкерсон исчезают за поворотом. Та сказала, что едет обратно в участок, чтобы, как она выразилась, “разбудить каких-то академиков”, что-то про необходимость перевести какую-то чертову заумь, чего Ханна не поняла. Потом они оба сели в машину Стерджесса, безупречно чистую, если не считать пакета с пустыми банками диетической колы на заднем сиденье, который Ханна и ожидала там увидеть. Сам он тоже выглядел опрятно до невозможности, несмотря на нечеловеческий час, и рядом с ним Ханна чувствовала себя растрепанной и грязной. Как всегда, от него удивительно приятно пахло, ей казалось, сандалом,