Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

-Ваша агрессивность и ограниченность не позволят вам оценить масштаб угрозы, -серафим говорил медленно, словно вдалбливал истину непонятливому ребенку. -Вы - рудиментарные существа, руководствуетесь эмоциями и инстинктами. Даже ваши искусственные создания, которых вы называете ИИ, несут в себе отпечаток вашей примитивности. Вы не ушли далеко от обезьян, чьи останки находят в ваших археологических слоях.

-И че дальше?

-Ваша недальновидность приведет земную цивилизацию к краху. Вы не видите дальше собственного носа. Вы не способны оценить последствия своих действий.

-Поэтому у нас есть ИИ и импровизация, -парировал Стас. -А вы со своей идеальной логикой, со своими расчетами... Где они сейчас? Вы не смогли просчитать, что мы ломанемся на Тал Мору спасать обреченных вами на вымирание. А мы ломанулись. И вы не смогли это пресечь. Значит, ваши расчеты, ваши пророчества не абсолютны. Значит, вас можно победить, и мы это сделаем.

-Мы не допускаем одну и ту же ошибку дважды, -тихо сказал серафим, в его голосе впервые проскользнуло что-то живое.

-Знаешь, что я вижу за маской отрешенности и холодной логики?

Сияющий не ответил.

-Банальный страх. Мы тебя не убьем, ты отправишься в застенки наших лабораторий. Тебя препарируют, порежут на куски. А из твоего мозга извлекут всю доступную информацию. Все, до последней крупицы.

Серафим дернулся, его тело напряглось, голубая аура вспыхнула, но тут же погасла, наткнувшись на плотное поле двух парий.

-Не получается? -осведомился Стас. -Самоуничтожиться хотел? Твое колдунство не работает.

Болт, все это время стоявший чуть поодаль с топором на плече, шагнул ближе.

-Не ожидал, да? -задорно спросил он. -На каждый ваш фокус у нас найдется другой фокус. Вы там, у себя в эмпиреях, думали, что вы самые умные? А мы тут, понимаешь, обезьяны с гранатами, а тоже кое-что умеем.

Глава 7

Небеса. Так называли свой дом те, кого люди в своем примитивном языковом мышлении окрестили ''Сияющими''. Название неточное, неполное, искажающее саму суть, но в устах существ, едва научившихся управлять огнем, иного ожидать не приходилось.

Небеса были искусственно созданным континуумом, организованным как четырехмерная сфера радиусом в сотню световых лет. Пространство здесь замыкалось само на себя, если двигаться в любом направлении достаточно долго, в итоге возвращаешься в исходную точку. Никаких строгих границ в привычном понимании, никаких барьеров или стен, просто геометрия, доведенная до совершенства, где понятие ''край'' теряет смысл.

Взгляд извне мог бы различить бесконечную сине-фиолетовую бездну, в которой, словно драгоценные камни, горели холодные звезды. Они излучали ровный, чистый свет, несущий в себе информационные паттерны, настроенные на восприятие обитателей Небес.

Между звездами стелились газопылевые туманности, не хаотичные, как в дикой вселенной, а структурированные, несущие в себе сложнейшие узоры, доступные для понимания лишь тем, кто достиг определенного уровня развития.

И в этой пустоте висели белоснежные города. Они парили в пространстве, не связанные ни с какими опорами, подчиняясь только воле своих создателей. Архитектура, недоступная воображению смертных, текучие формы, переходящие одна в другую, идеальные пропорции, рассчитанные с точностью до планковской длины. Башни, шпили, купола, арки сливались в единую симфонию света и геометрии, где каждый элемент был необходим, и ни одного лишнего.

Рядом с городами вращались планеты. Одни представляли собой райские сады с идеально сбалансированными экосистемами, где каждое растение, каждое животное занимало строго отведенное ему место. Другие являлись мирами-кольцами, опоясывающими пустоту гигантскими конструкциями, на внутренней поверхности которых кипела жизнь, подчиненная единому замыслу.

Третьи вообще не поддавались классификации - структуры, где пространство и время переплетались в причудливые многомерные узоры. Здесь не было хаоса, случайностей и ошибок.

Каждый город, каждый мир, каждая парящая в пустоте структура служила домом для Сияющего или небольшого их сообщества. Одни посвящали себя исследованиям, ставили эксперименты с магией и технологией, с жизнью и смертью, со временем и пространством, достигая таких глубин познания, что любая смертная цивилизация сочла бы их богами.

Другие предпочитали медитацию, погружаясь в созерцание на миллионы лет, постигая тончайшие вибрации бытия. Третьи окружали себя слугами, живыми и не очень, вели более активное существование, интриговали, создавали временные союзы и враждовали, не выходя за рамки дозволенного. Так выглядел план существ, достигших вершины развития.

Сотни миллионов лет они существовали в этом идеальном мире, редко обращая взор на кипящую за его пределами реальность. Смертные цивилизации возникали и гибли, галактики сталкивались, звезды рождались и умирали, а Сияющие наблюдали, изредка корректируя особо опасные отклонения от гармонии. Но пришел Хаос, не в виде мелких прорывов.

Восьмерка Первородных Богов, вырвавшихся из изначальной бездны, несла с собой не просто разрушение, они несли искажение самой реальности, хаотизацию всех процессов, разложение порядка.

И Сияющим пришлось вспомнить то, что они, казалось, давно оставили в прошлом. Страх, ненависть, насилие, боль.

Небеса превратились в оплот метафизического Порядка, центр сопротивления Восьмерке. Те, кто миллионы лет не брал в руки оружие, вынуждены были создавать легионы конструктов, порабощать смертные расы, отправлять их на убой. Те, кто презирал насилие, учились убивать снова. И теперь, когда к Хаосу присоединилась Земля, ситуация стала еще более неопределенной.

Наблюдатель-531 никогда не имел личного имени, у него была функция.

Он был создан в инкубаторе Небес для выполнения узкоспециализированных задач вроде сбора и анализа данных. Как и многие его собратья, он не помнил смертной эпохи, не знал, каково быть ограниченным, слабым, смертным. Он родился уже Сияющим, уже совершенным, уже готовым к выполнению своей функции, но война изменила все.

Теперь Наблюдатель-531 командовал одним из легионов Альянса Света. Ему приходилось принимать решения, от которых зависели жизни миллионов, не только врагов, но и собственных подчиненных. Ему приходилось учиться ненавидеть, бояться, учиться убивать.

Корабль, сплетенный из энергии и материи в идеальных пропорциях, нес Наблюдателя-531 сквозь пустоту Небес к Граду Песнопений. Город-сфера, размером с город, висел в центре искусственного скопления звезд, принимая в себя потоки информации со всех концов континуума.

Здесь заседал Наивысший Совет и Пентархия, пятеро древнейших, помнивших еще эпоху до вознесения, принимала решения, определяющие судьбы Альянса.

Наблюдатель-531 проплывал через залы, потолки которых терялись в бесконечности. Стены здесь были прозрачны, открывая взору бескрайнюю сине-фиолетовую бездну с парящими в ней мирами. Пол переливался миллиардами огней.

В центре зала, на возвышении, парили пятеро. Они не нуждались в тронах, само пространство вокруг них искривлялось, подчеркивая их статус, их древность, их власть. Пентархия.

-Наблюдателю-531 дается право голоса, -произнес Арвел Сур, негласный лидер Пентархии. Его голос звучал не в воздухе, а прямо в сознании, сотканный из чистых