Читать книгу - "Летний фарс - Долорес Медио"

— Как это?

— Мы из них сделаем современную песню, понимаешь, под гитару — вроде стихов Мачадо…[27]

— Да… Но… не знаю… Попробуйте… Теперь чего не бывает… Стихи под гитару поют…

— Значит, ты за.

— Мысль неплохая, правда… Столько чуши поют, а это все же поэзия. Ты хорошо придумал. Песни вернутся туда, откуда вышли, и станут не только музыкой, более или менее удачной…

— Более, более удачной… Нынешние песни только музыка и спасает. Вот услышишь, что мы с Флоренсио сейчас сочиняем…

— Сочиняете? Послушай, я тоже кое-что придумал!.. Если тебе все равно, где будет премьера вашей песни, исполните ее на прощальном вечере, а?

— А что, будет вечер?

— Такой у нас обычай. В последний день мы устраиваем прощание, раздаем награды, льстим немножко… Словом, все делаем, чтобы люди разъехались с легким сердцем.

Эмилиано растроган.

— Ну, Эрнесто, и молоток ты! Допишем ее, порепетируем, а если…

— …если получится, нажмем на прессу, чтобы отклик был. Потом, я слышал, у нас в бюро будет свой клуб… лекции там, поэты, актеры… Я вам обещал, что в свое время поговорю о вас. А пока — давайте, репетируйте.

Эмилиано еще не успел толком поблагодарить, а Эрнесто уже идет к машине. Все уже на месте, и Эрнесто говорит Альпидио:

— Гони! Опять опаздываем… Едем сейчас в Потес.

Он снова входит в роль гида, берет микрофон, снова объясняет. Его равнодушные спутники слушают плохо, и он, мстя им, пытается втиснуть в них всю историю монастыря и прочитать лекцию по археологии:

— Друзья мои, минутку внимания!.. По намеченному плану мы едем в монастырь святого Туривия. Это еще один замечательный памятник прославленной долины… Как же так? — спросите вы. Мы видели, как реки Карес и Дэва, сливаясь в нежном объятии, являют взору дивную красоту. Мы проехали от начала до конца ущелье Ла-Эрмида, не уступающее ни в чем прекрасному устью Кареса. Мы созерцали маленькое чудо до-романской архитектуры, храм Девы Марии в Лебенье. Неужели нам суждено сегодня узреть еще что-то прекрасное?.. Да, дорогие друзья, мы проедем по чудесной дороге, которую вправе назвать дорогой камня и неба. Здесь мы увидим вблизи лежащее на восток от нее бурное море камня, именуемое Пикос-де-Эуропа. Кроме того, любителей археологии ждут сегодня приятные неожиданности…

Эрнесто переводит дух, а донья Амалита успевает в это время закричать из глубины автобуса:

— Нет, как говорит! А ученый какой! Только в церкви нас больше не вози, этих романцев и готов я уже навидалась… Теперь и по телику показывают. Вот горы — пожалуйста. Давно хотела их увидеть и закусить, сидя на скале…

Все смеются ее выходке и волнуются при слове «закусить». Солнце уже высоко, приближается полдень; интерес к пейзажу и памятникам, и до того слабый, падает с угрожающей быстротой. Эрнесто это видит и старается изо всех сил поддержать дух своих экскурсантов, пока не приедут в Эспинаму.

— Мы едем вверх по течению Дэвы и не остановимся, пока не найдем хорошего места для завтрака. Но сперва нам надо завершить первую часть программы, посетить Потес и полюбоваться, хотя бы мимоходом, из автобуса, прекрасно сохранившейся башней Инфантадо, одним из любопытнейших памятников средневековья. По дороге в Эспинаму мы увидим еще одну интересную башню, называется она Могровьехо… Пожалуйста, не волнуйтесь… (И чего они всполошились? Не нужно им никаких башен, только бы пожрать на травке, поразвлечься… А потом рассказывать: «Ах, что мы видели, что видели!» А что они поняли? Это им ни к чему.) Не волнуйтесь… особенно мы не будем задерживаться, любовь к искусству нам не помешает, и к обеду…

Он поворачивается к Альпидио:

— Вот что… Покружи немного по городу, сообрази, как нам посмотреть на эту красоту, не выходя из машины, а то времени мало…

Однако по приезде в Потес выйти пришлось, чтобы дон Ильдебрандо и мексиканцы поснимали башню Инфантадо. Они об этом очень просили.

И снова в путь. Эрнесто берет микрофон и щедро делится восторгами, которые вызывает в нем монастырь святого Туривия и в настоящем, и в прошлом. Быть может, ему хочется, чтобы непробиваемые спутники хоть немного разделили его труды. Он ведь так долго готовился.

— Дорогие друзья… Мы на последнем перегоне нашего путешествия Потес — Эспинама… Пришлось пожертвовать посещением одного из интереснейших памятников долины, так как мы сделали крюк, чтобы заехать в Кабесон-де-Лиебана. Памятник этот — храм Девы Марии в селении Пиаска. Портал его — в романском стиле, но он очень причудлив. Храм построен в девятом веке и многократно перестраивался, а в нынешнем своем виде существует с тринадцатого века… Сочувствую нашему дорогому дону Ильдебрандо, а также всем тем, кто питает истинный интерес к этим памятникам и хотел бы их сфотографировать… Терпение, друзья… Мы постоянно запаздываем, время — наш враг… Итак, мы не видели церкви в Пиаске, зато увидим монастырь святого Туривия, основанный в шестом веке и носивший до двенадцатого века имя своего покровителя, святого Мартина. Основал его, по преданию, монах из Лиебаны, епископ Паленский, родившийся в этой долине, именно здесь, где мы сейчас находимся, в Туриено, у подножия той самой горы, на которой стоит монастырь… От первого древнего здания почти ничего не осталось. Недавние раскопки обнаружили остатки фундамента двух более поздних построек, десятого и двенадцатого века… Самая древняя из сохранившихся частей — в стиле ранней готики. Главные врата, которыми вы сможете полюбоваться, сочетают черты романского и готического стилей, они славятся своими резными капителями. Так называемые врата Милосердия, открывающиеся только по праздникам, украшены бронзовыми изображениями пятнадцати — да, пятнадцати! — святых, обитавших в монастыре с шестого по восьмой век… К храму примыкает ренессансная часовня, в которой находится святыня — частица креста господня. Поэтому монастырь называют иногда и Святилищем Креста… Здание, где расположены кельи, построено в восемнадцатом веке и, по сравнению с древними частями памятника, являет жалкое зрелище. Рядом с монастырем — остатки скитов, в которых, согласно преданию, жили первые монахи, пока строилась сама обитель. Особенно примечательны Святая пещера, в которой кончил жизнь Туривий, скит с романской звонницей, посвященный святой Екатерине, и скит, посвященный святому Михаилу. Из