Читать книгу - "3000 иен для счастья - Хика Харада"

ей. Оглядываясь назад, в те дни, она тосковала о детстве.

Михо вспоминала о прошлом и думала, что отец, производивший впечатление человека, который полагается на жену во всем, что касается дома, на этот раз совершенно неожиданно подключился к общему делу.

– Что-то нет нигде.

Они внимательно осмотрели станцию JR, но ничего похожего на афишу Сёхэя не нашли.

– Тогда давайте спустимся вниз, – предложил отец негромко.

– Думаешь, в метро?..

– Поищем на других платформах и по пути домой, в Дзюдзё, тоже можно посмотреть. Так что давайте спустимся в метро.

Метро в Сибуя – место, которого по возможности лучше избегать. Михо, хоть и нечасто здесь бывала, знала, что представляет собой этот большой и запутанный транспортный узел с множеством лестниц. Вечером, после шести, здесь было настоящее столпотворение, от которого голова шла кругом.

– Мам, как ты? Можешь еще идти?

– Ничего-ничего. Нормально.

Увидев отразившееся на лице дочери беспокойство за ее здоровье, Томоко улыбнулась шире, чем обычно.

– Сначала у турникетов посмотрим, – с несвойственным ему энтузиазмом предложил отец.

– Угу.

Все-таки отец есть отец.

Она смотрела на родителей, которые шли впереди, направляясь к спуску в метро, и думала: «Не надо никаких афиш, мне и этого достаточно».

Того, что мать, которая была против Сёхэя, теперь так старается отыскать его афишу.

Однако ни на этаже с турникетами, ни в подземном переходе, где выстроились многочисленные магазинчики и кафе, афишу Сёхэя обнаружить не удалось.

– Остается только купить билеты и искать на платформах, – пробурчал отец.

– Хватит уже. Я потом на других станциях поищу. Если найду, позвоню вам.

– Ну нет. Раз мы сюда явились, надо довести дело до конца. Давайте напоследок посмотрим на платформах.

Отец пошел покупать билеты. У автоматов выстроилась очередь.

Пока Михо с матерью дожидались его, Томоко сказала:

– Похоже, это бабушка ему сказала.

– Бабушка? Что сказала?

– Что ты его дочь, и если он активно не подключится к этому делу, то потом пожалеет.

– Ты думаешь?

– Что если продолжать в том же духе, связь с тобой будет становиться все слабее.

– Слабее?..

– Вот выйдешь замуж, заведешь детей… Наверное, сейчас мы в последний раз можем повлиять на твои решения и оценки.

Мать грустно рассмеялась.

– Да ничего подобного!

– Ну что? Пошли?

Отец вернулся и раздал купленные билетики.

– Я первый раз не по проездному, а по билетику прохожу.

– Я тоже.

Михо встретилась глазами с матерью, и обе рассмеялись.

«Вы же мать и дочь».

Эти слова бабушки рефреном звучали в голове Михо.

– Сначала двинемся на самый нижний уровень, на линию «Фукутосин». А уже оттуда станем подниматься.

Спускаясь по двум длинным эскалаторам, они погружались все глубже и глубже.

– Я никогда не ездила по этой линии. До чего ж глубоко! – удивленно проговорила Томоко, оглядываясь на Михо и мужа, стоявших на пару ступенек выше.

– «Фукутосин» – самая новая линия. Уже не осталось места для платформ, пришлось зарываться глубже.

Когда они вышли на платформу, как раз подъехал поезд, и на них хлынул поток пассажиров.

– Я вперед – там посмотрю. Если увижу афишу, сразу к вам. А вы не торопитесь.

Михо хотела пуститься бегом, но мать остановила ее:

– Столько народу, не беги, это опасно. Пойдем не спеша, чтобы спокойно осмотреть обе стороны платформы. Так будет больше толку.

Отец кивнул в знак согласия.

– Спасибо, спасибо, – поблагодарила Михо.

Они нашли, что искали, как раз посредине платформы. Афиша будто говорила: «Как можно меня не заметить?» Михо увидела ее метрах в десяти и сразу поняла: это она. Что-то в этой афише вызвало у нее восторг, подобный тому, что она почувствовала, впервые увидев картины Сёхэя.

– Что с тобой? – спросила мать, заметив, что Михо вдруг заспешила.

– Вот она, кажется. – Михо указала на афишу.

Подойдя ближе, она убедилась в своей правоте – на афише был тот самый классический дуэт, о котором писал Сёхэй.

– Эта?

– Ага! Точно она.

Все трое остановились перед афишей и стали ее разглядывать. Она оказалась гораздо больше, чем представляла Михо.

На черном фоне, символизирующем ночное небо, сверкали крошечные золотые точки, напоминавшие звездочки. Приглядевшись, можно было различить образуемые ими женский профиль и луну. Губы женщины, едва тронутые красным, казались плывущим в ночном небе сердцем. Золотыми буквами было выведено место и время проведения концерта, а также имена исполнительниц.

Михо была восхищена. Простая, на первый взгляд, но по-настоящему изысканная работа.

– Похоже, это лак? – пробормотал себе под нос отец.

– Что ты говоришь?

– Непростая картина, это особая техника лаковой живописи. Потом, наверное, делается фотография, обрабатывается на компьютере и масштабируется на афишу.

Послушав отца, Михо пригляделась еще внимательнее и обнаружила по краям афиши глянцевые полосы, похожие на плывущие по небу облака.

– И правда. Как ты догадался, папа?

– В самом деле, очень тонкая вещь, – протянула мать.

Отец положил руку на плечо Михо.

– Пригласи его к нам. Хочу расспросить его, как он это сделал.

– А можно?

Михо машинально перевела взгляд на мать. Та все еще рассматривала афишу. Меж ее бровей залегла неглубокая складка.

– Если сейчас не получится, можно позже. Иначе жалеть будем. Такая замечательная работа! – заявил отец, и мать наконец еле заметно кивнула в знак согласия.

– Как вы это заметили? – удивленно воскликнул Сёхэй, когда отец Михо рассказал о своем наблюдении, касавшемся афиши.

Молодой человек пришел в дом Микурия в следующий выходной, днем. По такому случаю он решил надеть костюм.

– Вы совершенно правы. Оригинал я сделал лаком, его сфотографировали, потом фото обработали на компьютере. По правде сказать, работа потребовала много времени и денег. Старшие коллеги и начальство наезжали на меня, говорили, чтобы я сделал все на компьютере, но тогда не было бы такой глубины… Это была ужасно сложная работа!

Сёхэй подался вперед, казалось, он очень рад, что встретил здесь понимание. Но тут же застенчиво улыбнулся, вспомнив, что сидит в гостиной дома, где живут родители его девушки, и сделал глоток чая, поданного хозяйкой.

– А… вы этой технике в университете обучались? – поинтересовалась Томоко.

Она закончила с чаем и присела рядом с Сёхэем. Хоть гость был и не самый желанный, важно разобраться, что он собой представляет.

– Да. В университете заложили основу. И очень многому я научился за те несколько месяцев, что работаю в нашей фирме. Техника самая современная, уровень подготовки у старших коллег очень высокий, так что есть чему поучиться.

Сёхэй знал, что родители Михо в курсе его проблем со стипендией. И хотя их отношение к этому ему тоже было известно, он отвечал на вопросы бойко и без всякой робости. Казалось, он даже