Читать книгу - "3000 иен для счастья - Хика Харада"

казалась нормальной приятной женщиной, чего Михо не ожидала. Это подействовало на нее успокаивающе.

В коридоре, по которому они прошли из прихожей в гостиную, было расставлено много ящиков со старыми журналами и одеждой.

– Ты хотя бы убирала все это, когда люди приходят, – послал упрек в спину шедшей впереди матери Сёхэй.

– Но это так неожиданно.

– Ой, извините, – сказала Михо.

Несколько дней назад, когда они с Сёхэем опять обсуждали, что делать со стипендией, Михо робко спросила: «Что за люди твои родители?», – и тогда Сёхэй предложил: «А давай к ним съездим». Конечно, в глубине души Михо не могла не думать о займе, но в первую очередь ей хотелось посмотреть на этих людей, встретиться с ними.

– Ну что вы! Если бы даже сын меня предупредил о том, что вы придете, все равно все было бы так же, – рассмеялась хозяйка дома, не обращая внимания на противоречие в своих словах.

Гостиная представляла собой комнату метров тринадцати-четырнадцати, где помещались два больших дивана, стол и два телевизора. Мебель была такой громоздкой, что занимала почти все помещение. За одним телевизором резался в компьютерную игру какой-то парень (видимо, брат Сёхэя), по другому – глава семейства смотрел трансляцию соревнований по гольфу. И брат, и отец казались чересчур упитанными; они были похожи друг на друга. А Сёхэй больше походил на мать.

Старший из его братьев работал по соседству в строительной фирме и пока жил с родителями, средний был женат и появлялся у них крайне редко.

Отец с сыном сидели на разных диванах, Михо стояла рядом.

– Что вы расселись! Куда девушку усадить? – прикрикнула на них Канако.

Отец послушно встал с места и уселся рядом с сыном, погруженным в игру. Оба едва взглянули на гостью. Надо, наверное, представиться или хотя бы имя свое назвать, думала Михо, но никак не могла выбрать подходящий момент.

– Садитесь где вам удобно, – предложила Канако.

Михо присела на диван, туда, где только что сидел отец Сёхэя, и ощутила оставшееся после него тепло. Неприятное чувство.

Мать сделала чай Михо, Сёхэю и себе, обойдя вниманием мужа и старшего сына. Михо сделала глоток, поблагодарила, но этим ограничилась, потому что ни отцу, ни брату Сёхэя так ничего и не принесли.

Ничего не говоря, семья уставилась в телевизор.

– В гольф играете?

Отец повернул голову и посмотрел на Михо.

Вопрос застал ее врасплох, она растерянно показала на себя:

– Я?

– Угу.

– Я… нет. У меня папа играет.

– Хм.

В комнате снова воцарилось молчание.

– А вы играете? – спросила Михо, не в силах терпеть повисшую тишину.

– Я? – переспросил отец.

– Да-да.

– Я – нет.

Он вдруг рассмеялся.

– Эйта у нас мотоциклист, – пояснил Сёхэй.

– Мотоциклист?

– Ну да, на мотоцикле гоняет, – пояснила Канако.

Михо поняла, что в этом доме к родителям обращаются по именам, хотя Сёхэй, разговаривая с ней, называл их «отец» и «мать».

– Вот как!.. И часто вы ездите?

– Ха! Как бы не так. Куда ему. Растолстел. Устает быстро. Одно слово – возраст. Но недавно взял в кредит новую модель за два миллиона. Хотя и не ездит почти.

И тут почему-то все, за исключением Михо, весело расхохотались.

– Ну уж это слишком, – сказал Сёхэй со смехом.

– Да ладно заморачиваться.

Канако произнесла ту самую фразу, о которой говорил Сёхэй.

Между тем приближалось время ужина. Сёхэй поднялся:

– Ну ладно. Мы пойдем. Поужинать еще надо.

– Да?

Канако не стала их останавливать, только проводила до прихожей. Брат Сёхэя так и не оторвался от игры и ни на кого не посмотрел.

– Знаешь… – робко проговорила Михо, когда они шагали к станции.

– Что?

– Может, я какая-то не такая?

– Ты о чем?

– Или я что-то сделала не так?

– Ну что ты!

Поглядев на Сёхэя, который искренне не понимал, что она хочет сказать, Михо решила больше ни о чем не спрашивать.

Вот такая семья, подумала она.

Ограничились чаем, ни приветствий, ни представлений, ни разговоров, ни ужина… И в то же время не скажешь, что Михо им не понравилась, что они испытывают к ней неприязнь. Что касается займа, то этот вопрос, похоже, их мало волновал.

С другой стороны, Михо понимала Сёхэя, который не мог быть жестоким со своей родней, порвать с ней. Не такие уж они плохие люди. Просто не повзрослели вовремя.

А может, Сёхэй смог отточить свои художественные навыки как раз потому, что вырос в такой семье? Кто знает…

Они зашли выпить в дешевый бар у станции (и действительно, посидели там меньше чем за три тысячи на двоих) и поехали в Дзюдзё.

И что теперь делать? – раздумывала Михо, вернувшись домой. – Что мне теперь делать?

Сегодня я хочу не столько рассказать о том, что произошло, поделиться своими мыслями, сколько попросить у вас совета, друзья. Как бы вы поступили, если бы услышали от своего жениха нечто такое, что бы вас удивило?

Что могло бы стать серьезной помехой для дальнейших встреч и брака с человеком, с которым вы планировали связать судьбу?

Что, если вина лежит не на этом человеке, а на его родне?

И что, если мои родители знают об этом, и решительно против брака?

Если я выйду за него, на время, возможно, придется отказаться от цели, которая указана в названии моего блога – «собственный домик и собака из приюта». Так все серьезно.

Что мне делать, друзья?

Когда Матиэ-сан, в своем любимом наряде в коричневых тонах – жакете и юбке, появилась у выхода со станции Асагая, на Михо нахлынула волна теплой ностальгии.

– Сколько же мы не виделись! Я так обрадовалась, получив от вас письмо о том, что хорошо бы встретиться.

От радости Матиэ чуть не взяла Михо за руки.

– Извините, что вам пришлось так далеко ехать, но мама плохо себя чувствует, и я не могу отлучаться надолго. А к себе приглашать… Не очень подходящее место.

– Мама болеет?

– Наверное, переезд плохо сказался. С конца прошлого года у нее с сердцем проблемы. Но ничего, сейчас она дома, отдыхает.

Они зашли в кафе недалеко от станции, и Матиэ начала рассказывать.

Неделю назад она сообщила Михо по электронной почте, что они с матерью переехали из своего дома, похожего на особняк, в съемную квартиру в многоэтажке возле станции Асагая.

– Ой! А как же ваш дом?..

– Продали.

– Как?!

– Ну, это такая продажа с перспективой.

Оказалось, что находившаяся по соседству риелторская фирма уже давно присматривалась к участку, на котором стоял дом Матиэ, и не раз предлагала купить его.

– Наш дом сломают,