Читать книгу - "Проклятие сестер Зыонг - Кэролин Хюин"

пионы, а не полевые цветы. Если она скажет все это вслух, Энди решит, что она спятила. Просто у любительницы пионов не такая сложная жизнь.

— Я собирался жениться на тебе, Тхюи, — в отчаянии сказал Энди, встал и взялся за сумки. — Я был готов на все, только бы у нас получилось. Я дурак. Ты вся — один сплошной красный флаг. Ты не раз говорила мне, что не хочешь замуж, не хочешь детей, и надо было тебя послушать, но я не слушал, надеялся, что ты передумаешь.

— Прости меня, Энди. — Тхюи заговорила тише. — Я тебя не заслуживаю, я всегда это понимала.

Энди отвел взгляд, и она поняла — он старается не заплакать. Она так хорошо его знает! Энди — открытая книга, которая так и хочет, чтобы ее прочитали.

— Надеюсь, он будет тебя ценить, — наконец сказал он. — И я надеюсь, ты впустишь его или вообще хоть кого-нибудь в свою жизнь. Мать, сестер — кого угодно. Потому что тебе, похоже, чудовищно одиноко.

Тхюи открыла рот, хотела остановить его, но слова не сходили с губ. Она смотрела, как он идет к двери. Он обернулся в последний раз. На его лице застыла грусть, но было в его взгляде и что-то такое, чего Тхюи не видела раньше. На нее смотрел единственный человек, который всегда верил в нее, а теперь перестал.

— В одном ты права. Ты меня не заслуживаешь. Кстати, жениться нам было не обязательно. Я знаю твои слабости. Знаю, как ты росла. Может, я не смогу понять, каково было тебе, но я все знаю. Я хотел состариться с тобой, печь хлеб, быть рядом, что бы ни случилось, просто жить день за днем. Мне хотелось одного: чтобы ты говорила со мной.

Когда Энди вышел за дверь, оставив Тхюи в тишине, ее чувства наконец прорвались наружу — все, что она прятала в подземельях своих чертогов разума, все пунктики и подавленные эмоции, которые копила годами, запихивала в переполненный чемодан в надежде, что он закроется. И тогда Тхюи поняла: некого винить, кроме себя самой.

Она пожалела обо всем сразу. Села на диван и заплакала.

Несколько часов спустя завибрировал телефон. Тхюи посмотрела на экран, надеясь, что это Энди, но нет. К ее большому удивлению, ей написала старшая сестра Присцилла, с которой они не общались около года. В сообщении было сказано, что она едет домой. Есть новости.

21. Тхао Нгуен

Тхао не то чтоб совсем игнорировали. Хуже. Ей сыпали крошки. Она подбирала их одну за другой в надежде, что в следующий раз Джефф обронит крошку побольше. Она шла по еле заметному следу несколько месяцев, пока он был в Сингапуре, и не понимала, что с каждым шагом подходит все ближе к обрыву. Время от времени он писал ей, слал селфи с голым торсом по ночам, как-то раз даже позвонил по фейстайму во время пробежки. В конце концов он пропал, сообщения прекратились. Она заходила на его страничку в Инстаграме раз в час, смотрела сториз, как он тусуется в клубах района Кларк Куэй, каждый раз с новой девчонкой. Все указывало на его равнодушие, но она ждала и ждала, не выпуская телефон из рук, как дама викторианской эпохи ждет у окна возвращения мужа с войны. И надеялась, что рано или поздно Джефф соскучится по ней.

Она знала: можно не надеяться. По ней никто и никогда не скучает, потому что она давно дала всем понять: ей не нужно, чтобы по ней скучали и чтобы ее ждали. С того дня, когда она не села в самолет до Лос-Анджелеса, прошло несколько месяцев. Успей она на тот рейс, она бы побывала на похоронах бабушки, смогла бы поддержать мать в горе, восстановила бы связи со всеми, с кем однажды их разорвала. Сайгон был ее убежищем. Шансом изобрести себя заново. Но теперь он превратился в источник огорчений. Мать оказалась права: в Тхао больше американского, чем вьетнамского. Ее американская часть требовала от нее вести себя эгоистично, когда нужно.

Но, выбрав свою американскую часть, Тхао оказалась не готова к тому, что все двигаются дальше без оглядки на нее. Она ждала, когда Джефф наконец поймет, как он ошибся. Ей отчаянно хотелось, чтобы по ней кто-нибудь скучал.

— Выбрось его из головы, Тхао! Он того не стоит, — сказала Александрия. — Серая, унылая посредственность. Знаешь, сколько их таких? Я намекну: до фига! Думаешь, откуда берется смог? Атмосфера пропиталась этой серостью. Я лучше сдохну, чем буду встречаться с посредственностью. — Она закурила во дворе дома Тхао в Районе 2 и выпустила длинную струйку дыма. Подружки сидели в бикини и расстегнутых рубашках, опустив ноги в мини-бассейн, и пили сок сахарного тростника, разбавленный водкой. Александрия поправила соломенную шляпу и шутливо толкнула Тхао, чтобы расшевелить ее и поднять ей настроение.

Тхао недовольно хмыкнула и плеснула в Александрию водой, допивая свой коктейль — поскорее бы запьянеть! Она поглядела на голубое небо над свисающими виноградными лозами на заднем дворе.

— Я такая дура, Алекс. Думала, он меня любит. Я правда решила, он готов остепениться, жить со мной в Сайгоне. Даже хотела пригласить его к родным на Лунный новый год. А я никого из своих парней с семьей не знакомила.

— Любит? — Александрия чуть не поперхнулась. — У чувака трайбл-тату, и он работает в продвижении соцсетей. Он тебя не любит, просто дома популярностью не пользуется. Это в Азии он топ, а в ЮАР ему и пять баллов из десяти никто не даст. Давай не будем торопиться. Лучше познакомить мать с кем-нибудь нормальным, а не с этим проходимцем.

— Знаешь что? Ты права. Он пустышка. Жвачка на подошве моих туфель, — равнодушно ответила Тхао, не веря своим словам. — Я устала от жизни здесь. Все такие несерьезные.

— Милая, так в этом и прелесть! Здесь надо развлекаться, а серьезной побудешь дома. Только мусор всякий больше не подбирай, ладно?

— Ладно. Больше никакого мусора. — Краем глаза Тхао посмотрела на свой телефон, надеялась на чудо. Вдруг сейчас придет уведомление о новом сообщении от Джеффа, вдруг он напишет, что она для него единственная? Увы, экран все еще черный. Джефф молчит, мать тоже, от сестер ни слова, никто из дома не пишет. Как будто все стерли ее из памяти. Она понимала, что виновата в этом сама. Делала вид, что ей не до них, а теперь по иронии судьбы им не до нее.

— Все, хватит! Ты слишком молода, красива и успешна, чтобы ждать, пока какой-то Джефф