Читать книгу - "У черты заката. Ступи за ограду - Юрий Григорьевич Слепухин"

блондинка так мило причесана, – наверно, новая мода; а та пара танцует, будто оба накурились марихуаны – совершенно в трансе…

– Ой, Джерри, – шепнула она вдруг, сжав его руку, – смотрите, смотрите – вон за тем столиком, где пальма, видите – такая дама в золотом платье? Понимаете, я знаю эту материю – это французский брокат, я его недавно увидела на Санта-Фе и просто влюбилась. Два дня не могла думать ни о чем другом, потом наконец не выдержала и пошла спросить цену – думаю, без такого платья я на всю жизнь останусь несчастной! И знаете, почем оказался этот брокат? Четыреста песо метр, ха-ха-ха-ха, а я получаю пятьсот в месяц…

– Это мало, Трисс, – покачал головой Жерар. – Вам следовало бы поискать другое место.

– Нет, зачем же, у меня очень хороший шеф. Только скупой, как… Впрочем, он ведь шотландец, этим все сказано. Доктор Джозеф Мак-Миллан! Это человек, который не ест яиц, чтобы не выбрасывать скорлупу. Я его попросила купить машинку, которая затачивает карандаши, – знаете, есть такие, вы только вставляете карандаш, крутнете ручку – и готово. Так он мне знаете что заявил? «Трикси, – говорит, – первый шаг к разорению самой процветающей фирмы – это покупка такого аппарата. Получив в руки эту машину, секретарша начинает развлекаться, перерабатывая карандаши на стружку, и вы тоже будете это делать, Трикси, и тогда всего моего скромного капитала не хватит, чтобы снабжать вас сырьем». Представляете? И мне приходится чинить карандаши бритвочкой, вот пожалуйста. – Она подняла заклеенный лейкопластом палец.

– Какое животное, – сочувственно сказал Жерар.

– Ну нет, он, конечно, не животное, просто он… Ой, у меня так кружится голова…

– Ах, уже? Я ведь вам это предсказывал, – кивнул Жерар. – И не только это. Посмотрим, как вы будете чувствовать себя завтра.

– Это не от коктейлей, Джерри, просто мне хочется есть. Я не ужинала. А как я буду чувствовать себя завтра?

– Увидите. Собирайтесь, Трисс, нам пора ехать.

– Еще рано, Джерри!

– Уже не рано, и вы голодны. Поужинаем у меня. Энрике!

В Линьерсе, где авеню Ривадавия проходит под мостом пересекающей ее автострады Хенераль Пас, их остановил затор. Беатрис проснулась и вдруг потребовала пустить ее к рулю.

– Я хорошо умею, Джерри, вот увидите! Ну пустите меня, хотя бы несколько кварталов…

– Ни нескольких метров. Спите уж лучше.

– Истинный кабальеро выполнял любую просьбу своей дамы, – пробурчала Беатрис. – А почему это мы стоим, уже приехали?

– Нет, путь занят. Сейчас поедем, спите.

– Я уже выспалась…

– Так скоро?

– Угу… Я очень люблю спать в машине… Похоже, будто плывешь. Я сейчас хотела бы очутиться на корабле…

– На межпланетном?

– Не-ет, что вы… Говорят, у марсиан вместо ушей антенны? На самом обыкновенном корабле… Например, на заколдованном корабле Тристана…

– «На обыкновенном заколдованном корабле Тристана», – усмехнулся Жерар. – Скромное желание, Трисс!

– А я и не говорю, что скромное… У меня все желания нескромные. Наверно, у меня необузданная натура.

– Это заметно.

– Наследственность, что вы хотите… – Беатрис зевнула. – Прошу прощения. Один из моих прапрапра… дон Педро Мануэль… вырезал на перешейке население целой провинции. Потом индейцы убили его самого – бросили в яму с колючками. А еще одного Альварадо сожгли в Вальядолиде. Тоже, кстати, по заслугам.

– Его-то за что? – поинтересовался Жерар.

– О, черные мессы и тому подобное. Он продал душу, понимаете? Жуткий, наверное, был тип.

– Да, родственнички у вас…

– Не говорите! В сущности, мы совсем недавно вступили на стезю добродетели… каких-нибудь полтораста лет. Во время войны за независимость и позже, при Росасе, Альварадо уже вели себя по-джентльменски… Ой, я забыла – у нас еще был один пират! Этого повесили и засмолили англичане. Джерри, я так соскучилась по морю! За неимением Тристана я не отказалась бы сейчас и от пиратского брига… Чтобы были раздутые ветром паруса, огромное море и летящие клочья пены… Почему я не живу в семнадцатом веке?

Стоящие впереди машины начали трогаться. Беатрис, лежа с откинутой на спинку сиденья головой, продекламировала вполголоса, не открывая глаз:

– «Как чудовищные крылья – белый парус корабельный… Небо сверху… Море снизу… Море с небом нераздельны…» Кто это?

– Не знаю…

– Дон Хосе де Эспронседа. Вам нравится испанская поэзия?

– К сожалению, Трисс, я ее не читал.

– Как не стыдно… – укоризненно пробормотала она, снова засыпая.

Проснувшись уже у дверей «Бельявисты», Беатрис потерла глаза и зевнула.

– Как, приехали? – спросила она сонным голосом. – Я не хочу, покатайте меня еще…

– Вот напасть, – вздохнул Жерар, – в жизни еще не встречал девицы с таким противным характером. Ну-ка, выкатывайтесь.

– Почему вы не хотите покатать меня еще? – капризно спросила Беатрис.

– Потому что вам пора спать. Выходите из машины!

Беатрис нехотя повиновалась и, зацепившись каблуком за подножку, едва не растянулась – Жерар еле успел подхватить ее на лету.

– Хорошо? – свирепо прошипел он. – Постыдились бы, в таком возрасте напиваться. Идемте!

– О, я вовсе не… не напивалась…

В холле, услышав голоса, басом залаял Макбет. «Спи, лежать!» – крикнул Жерар, поддерживая Беатрис и роясь по карманам в поисках ключа.

– О, у вас есть собачка… – сонно просияла она. – Какой вы счастливый…

– Да, собачка… Вы только не упадите в обморок, когда ее увидите… эту собачку! Входите, Трисс. Макбет, спокойно!

Предупреждение оказалось излишним – дог почему-то и не подумал отнестись к гостье враждебно. Приветливо виляя гладким хвостом, он лизнул ей руку и ткнулся носом в ее платье. «Вас зовут Макбет?» В полном восторге Беатрис принялась гладить пса по голове.

– Идемте, идемте, – сказал Жерар, – успеете побеседовать завтра утром.

– Я так люблю собак, Джерри, так люблю! – не слушая его, воскликнула Беатрис. – Знаете, я один раз стреляла в человека…

– На вас похоже, – кивнул Жерар. – Из-за любви?

– Нет, что вы! Из-за щенка. Я жила у тетки, в Тандиле, и возле нашего дома собачник поймал щенка – такой милый щенок, с ушами! – и я его просила, чтобы он отпустил, а он ничего. Тогда я взяла дядин револьвер – у него всегда лежал в столе револьвер, и он один раз, в шутку, показал мне, как нужно стрелять, – и выбежала на улицу, а этот собачник уже отъехал со своей повозкой, и выстрелила в него, только не попала…

– Ладно, хватит вам фантазировать, идемте.

– Даю слово, Джерри!

Жерар изумленно посмотрел на нее и пожал плечами:

– Ну знаете… И чем это кончилось?

– Тетка меня вздула, – печально сказала Беатрис.

– Разумная женщина. Жаль, что Тандиль так далеко, я бы непременно свозил вас завтра к вашей тетушке. Щенка-то вы хоть спасли?

– О да. Всех, что были в повозке! Собачник так испугался, что лупил без остановки до самого вокзала, а повозку бросил, и мальчишки открыли дверцу, и все собаки разбежались…

– Ну, значит, вы пострадали не напрасно, – улыбнулся Жерар. – Идемте, Трисс, вам пора спать.

– Я не хочу спать, что вы… Макбет, Макбет!

– Куш, Макбет! – свирепо крикнул Жерар. – Идемте, я вам сказал! Вам нужно принять холодную ванну, поужинать – и спать.

В столовой Беатрис прислонилась к