Читать книгу - "У черты заката. Ступи за ограду - Юрий Григорьевич Слепухин"

– Он авиационный инженер, строит самолеты, понимаете?

– Теперь да, – улыбнулся Жерар, возвращая ей снимок. – Симпатичный у вас жених, поздравляю.

– О, он чудный человек, Джерри… Вы просто представить не можете, какой он хороший. Я так его люблю! А у вас есть невеста?

– Невеста? Почему именно невеста? Человека моего возраста уместнее спросить, есть ли у него жена.

– Жены у вас нет, это я вижу, – возразила Беатрис, кивком указав на его руку.

– А, это… Это ни о чем не говорит, мисс Шерлок Холмс, кольцо я потерял.

– Вы и другое потеряете, привяжите ниточкой. Смотрите, как оно болтается. Это сапфир? Красивое, очень… Так вы женаты?

– Женат, женат. Послушайте лучше, какая красивая вещь. Вы еще в состоянии двигать ногами?

– Угу, пойдемте…

Они опять вышли на танцевальную площадку. Беатрис стала вдруг молчаливой. Жерар слегка отодвинул от себя девушку и посмотрел ей в глаза:

– Что это вы загрустили, Трисс? Вспомнилось что-нибудь печальное?

– О нет… – Беатрис очнулась от своей задумчивости и бегло улыбнулась. – Просто… я сейчас подумала о Фрэнке. Конечно, я ему напишу о сегодняшнем вечере, что тут такого? Но если бы я…

Она замолчала, покусывая губы.

– Ах, это все так сложно, Джерри… Он самый хороший в мире, я убеждена в этом, но почему у него всегда есть на все ответ? И как он может меня понять, если я сама себя не всегда понимаю?

– А вам непременно нужно, чтобы вас понимали?

– Конечно, Джерри, – кивнула она. – Но только это очень трудно – понимать другого человека, я не говорю, что именно меня, будто я такая сложная и непонятная, – вовсе нет, во мне нет никакой сложности, – а понять человека вообще, понимаете? Другого человека. А Фрэнк все понимает, и меня тоже. То есть ему так кажется, что он понимает, а на самом деле… – Беатрис вздохнула.

– Трисс, люди вообще редко понимают друг друга до конца. О «полном понимании» мечтают в молодости, а на самом деле оно вовсе не так необходимо. Важна любовь, а все остальное придет со временем…

– Да, но… Вы тоже не совсем меня понимаете сейчас, или я не умею сказать толком… Смотрите: один человек видит все сложным и хочет в этом сложном разобраться, а для другого все просто, и он смеется, когда ему говорят, что есть какая-то сложность. Вы думаете, такие люди могут быть счастливы вместе?

– Безусловно, если они любят друг друга, – кивнул Жерар.

– Вы и в самом деле так думаете?

– Слово чести, Трисс.

– Ну, тогда…

– Что?

– Ничего. – Беатрис плутовски сморщила нос. – Давайте танцевать, Джерри, я больше не хочу никаких умных разговоров… Ой, уже конец! Ну ничего, пока посидим.

Вернувшись на свое место у стойки, она подперла кулачком щеку, гоняя соломинкой плавающий в стакане кубик льда. Жерар спросил еще коньяку и стал раскуривать трубку, окутавшись облаком дыма. Когда дымовая завеса рассеялась, он с удивлением заметил, что уровень жидкости в его рюмке понизился ровно наполовину. Беатрис с озабоченным видом тянула через соломинку свой «физз».

– Где мой коньяк? – строго спросил он.

– Я немного влила сюда, – отозвалась она, не поднимая головы и глянув на него из-под ресниц. – Знаете, очень вкусно.

– Да вы что, окончательно с ума сошли? Энрике, перемените у сеньориты ее коктейль!

– Нет, нет! – запротестовала Беатрис, обеими руками прикрыв стакан. – Не нужно, Джерри, я больше не буду, пожалуйста.

– Ах так? Ладно, я умываю руки. Пейте что хотите и сколько хотите, дело ваше.

– Ну не сердитесь, Джерри! Со мной ровно ничего не случится, правда. Зачем ссориться из-за пустяков?

– Из-за пустяков? – зловеще переспросил Жерар. – Увидим. Вы говорите, ваш отец известный человек?

– В определенных кругах, я думаю… Его «Анализ франко-аргентинских отношений в эпоху диктатуры Росаса» имел большой успех. Ему по поводу этой книги писал даже сам Висенте Саэнс.

– И вы считаете, что дочери известного историка прилично напиваться?

– Я не напилась, Джерри. – Беатрис взмахнула ресницами и посмотрела на него невинным взглядом.

– А я говорю – вы уже напились, nom de Dieu! Подождите еще полчаса…

– Зачем вы ругаетесь, Джерри? – укоризненно сказала Беатрис. – Я ведь понимаю по-французски.

– Тем лучше, nom de nom!

– Не нужно ругаться. Расскажите лучше о вашей жене. Почему вы не привезли ее сюда?

– Потому что это не место для молодой женщины – понятно вам? И вообще, она сейчас за границей.

– Путешествует, да? Какая счастливая…

– Вы любите путешествовать? – покосился на нее Жерар.

Беатрис вздохнула:

– Я никогда не путешествовала по-настоящему… я даже Аргентину знаю очень плохо. Где я была? – Она пожала плечиками. – Немного на юге – Неукен, Барилоче – и потом в Кордове. Ну, не считая здесь – Мар-дель-Плата, Некочеа, Тандиль… Разве это путешествия! Подумать, что на свете есть столько экзотических стран – Индия, Россия, а тут приходится сидеть в этой скучной Аргентине… Знаете, на Сан-Мартин, возле пассажа Гуэмес, есть такое агентство путешествий, «Экспринтер»? Мне по службе часто приходится бывать в тех местах, так я всегда зайду туда хоть на минутку, хотя бы почитать расписания пароходов, воздушных линий… Можно вообразить себе, что сама собираешься куда-то ехать.

Беатрис застенчиво глянула на Жерара – не смеется ли он. Тот не смеялся, слушал внимательно.

– Иногда я путешествую по карте, – продолжала она, ободрившись. – У меня дома есть огромный атлас мира – «Лярусс»… Это очень удобно – можно выбрать любой маршрут.

– Ничего, Трисс, Жюль Верн путешествовал приблизительно так же, – кивнул Жерар. – Не огорчайтесь, вам еще многое предстоит в жизни увидеть – много стран, много людей…

Глаза Беатрис приняли мечтательное выражение.

– Хорошо бы, – вздохнула она. – Джерри, давайте потанцуем?

Потанцевать им на этот раз не удалось – Беатрис вдруг совершенно перестала воспринимать ритм. Увидев, что дело плохо, Жерар тихо присвистнул и увел ее с площадки.

– Не свалитесь? – спросил он, когда она умостилась на своем табурете – слишком высоком, чтобы сидеть на нем после трех коктейлей с полурюмкой старого коньяка в придачу.

– Конечно… н-нет, – безмятежно улыбнулась она, держась за никелированный поручень. – Я чувствую себя очень… хорошо.

– Сколько вам лет, Трисс?

– Мне? Восемнадцать. Недавно исполнилось.

Она допила свой коктейль и покачнулась, улыбнувшись Жерару уже чуть затуманенными глазами.

– Поздравляю, Трисс. Вы уже готовы.

– С чего это вы взяли… что я готова? – высокомерно спросила она.

– Потому что вижу! Я много отдал бы за возможность присутствовать сегодня при сцене возвращения блудной дочери в родительский дом. На упитанного тельца, Трисс, вам определенно не стоит рассчитывать.

– Я и не рассчитываю ни на каких… тельцов, – пробормотала Беатрис, стараясь говорить отчетливо. – И если хотите знать, я вообще не собираюсь возвращаться сегодня домой… Вот! Папа уехал к тетке в Тандиль, а мисс Пэйдж я сказала, что иду ночевать к Инес… Это моя подруга. Я еще должна ей позвонить, сказать, что приду…

– Вы еще не договорились? Позвоните сейчас, пока не поздно.

– Успею, – беспечно бросила Беатрис. – Инес раньше полуночи не ложится.

– Смотрите. А