Читать книгу - "Маяк на улице Рамбла - Льюк Оливерас"

докуривал дешевую сигарету. Смутившись от осуждающего взгляда дона Рамона, он сделал вид, что выбросил окурок, и прикинулся дурачком.

– Все никак не расстанешься с сигаретой, Рикардо? Мы разве не договорились, что ты бросишь? Я бы не хотел рассказывать об этом твоим родителям, у них и так забот хватает… Знаю, что вмешиваюсь, куда не следует, малыш, но это для твоего же блага, – сказал глава семьи Рос Адель с добрыми намерениями, но при этом в его голосе слышались поучительные нотки, характерные для того времени.

– Да, да, сеньор Рамон… Но вы же знаете, как это бывает – я по глупости пристрастился к дыму. Но клянусь вам, что сегодня же брошу, – приводил аргументы парень, пытаясь изобразить искреннее покаяние.

– То-то же… И не вздумай угощать сигаретой моего сына, а то нас ждет серьезный разговор… Договорились?

– Договорились, договорились…

Рикардито озорно улыбнулся, понимая, что отец его друга отчитывал его для видимости, просто чтобы сохранить строгость. Он хорошо знал этого мужчину и был уверен в его святости. С тех пор как семья Моралесов переехала из Мадрида в Барселону, он неустанно им помогал. Не только предоставил отцу работу, но и одолжил денег в трудную минуту, и заботился о благополучии каждого члена семьи. В этом растущем мегаполисе дон Рамон был белой вороной, и Рикардо гордился дружбой с его сыном. Эти отношения, казалось, немного приближали его к семье Рос.

– Дон Рамон, а Льюис сможет выйти попозже немного поиграть? Если я закончу пораньше, я бы за ним зашел.

– Лучше завтра, Рикардито, сегодня у нас есть дела. Ты не против, сынок? – спросил отец семейства, чтобы убедиться в том, что его отпрыск согласен с его предложением.

– Да, отец.

Мальчики улыбнулись, узнав, что получили одобрение уважаемого взрослого, и попрощались до следующего дня.

Прежде чем продолжить путь к Рамбле Каналетас, Льюисет на мгновение обернулся и увидел, как Рикардито разыгрывает целое представление, чтобы привлечь внимание прохожих и всучить им последние экземпляры «Диарио де Барселона». Только Льюис собирался догнать отца, как заметил, что его друг вновь закурил, погрузившись в торговлю. Если кто-то в городе и выделялся своим исключительным нахальством, то это, несомненно, был Рикардито Моралес.

* * *

И вот после неспешной прогулки по лучшим и худшим местам Барселоны они вступили на последний отрезок своего пути к киоску.

Рамбла Каналетас была самым знакомым местом для детей дона Рамона из-за близости к их дому, располагавшемуся на углу улиц Тальерс и Жовельянос. На этом участке всегда происходило что-то интересное, что привлекало их внимание, и, хотя они об этом не говорили вслух, дети чувствовали особую гордость от того, что родились у ворот величественной площади Каталонии.

У отеля «Гран Континенталь» на Рамбле глава семейства обратил внимание на уличную торговку, продававшую устрицы по восемьдесят сантимов за штуку. Для большинства горожан этот деликатес был непомерной роскошью, и лишь парни, работавшие в самых шикарных ресторанах каталонского мегаполиса, покупали здесь небольшие партии для своих хозяев.

«Когда-нибудь, дети мои, если вам доведется попробовать устрицу, знайте – вы благословлены богатством. Возможность отведать эти дары моря позволит вам понять, насколько хорошо вы живете», – сказал им отец.

Льюисет, обычно с большим интересом слушавший своего отца, на этот раз отвлекся на уличных музыкантов, развлекавших посетителей на террасе кафе. Музыка сама по себе была одним из самых ярких составляющих атмосферы Рамблы, обладавшей немалой социальной значимостью. Со всех концов города и его окрестностей музыканты приезжали сюда, чтобы заработать кругленькую сумму на чаевых от публики. Бесчисленные пианисты, игравшие в помещениях, услаждали слух тех, кто в это время неспешно беседовал за чашкой кофе.

Лишь жестокий анархистский террор, пробудивший самые глубинные страхи в добропорядочных жителях Барселоны, разрушал всякую надежду на будущее. Анархисты были единственными, кто исповедовал идею о том, что прямые действия являются безотказным способом покончить с неравенством в обществе, которое, впрочем, уже переставало их бояться.

Кафе на Рамбле были знаковыми заведениями, олицетворявшими социальное равновесие, хотя здесь можно было найти и небольшие ларьки, в которых кофе с молоком предлагали по более доступной цене. Скромный табурет и незатейливый самодельный столик, стоявшие прямо на улице, придавали этим будкам вид уличного салона, предназначенного исключительно для представителей рабочего класса.

4

Невыразимая радость захлестнула Атилио, когда он увидел, как семья Рос приближается к киоску «Каналетас». Эти визиты дарили управляющему заведением ощущение умиротворения, ведь он мог отблагодарить отца ребятишек. Он был в вечном долгу перед этим добрейшей души человеком, предоставившим ему заем без каких-либо промедлений или условий, когда он так в этом нуждался. Поэтому для Атилио дон Рамон был своего рода святым, который пока ходил по земле.

– Какая отрада для глаз! Да это же дон Рамон со своими птенцами! Добро пожаловать в самый удивительный киоск города! – объявил главный официант, чем мгновенно пробудил любопытство своего подмастерья Пьера, который бросил мимолетный взгляд на Агнес и тут же покраснел.

– Ребята сильно по тебе скучали, Атилио, и ныли с утра до ночи, так что мне пришлось привести их с собой, – добродушно произнес дон Рамон.

Управляющий с теплотой подмигнул ему. Не имея детей, он успел сильно привязаться к этой паре ангелочков.

– Вам как обычно?

– Хотите содовой? – спросил Рамон своих детей, и те хором ответили утвердительно.

– Пьер, принеси мне большую тарелку картофеля фри для семьи Рос. Так их содовая будет еще вкуснее.

– Атилио, да ты настоящий искуситель! Видно, что за барной стойкой ты в своей стихии! – заметил Рамон с улыбкой на лице.

– Я уже много лет обслуживаю людей, дон Рамон. Не стану лукавить. Это и есть моя жизнь…

Атилио и Пьер неспешно подготовили закуски, воспользовавшись тем, что других клиентов в киоске не было, а дон Рамон, чтобы скоротать время, играл с Льюисетом. Как только им подали напитки и еду, мужчины решили скрасить трапезу беседой о том, что происходит в городе. Но прежде Атилио обратился к двум юным посетителям.

– Хотите увидеть будущее? Вы же знаете, что этот киоск похож на одну из диковинок в романах Жюля Верна?

Льюис был поражен словами официанта, тогда как его сестра была уверена, что это всего лишь очередная детская сказка. Но для малыша эти слова породили параллельные реальности, а сам киоск тут же стал удивительным аппаратом для покорения космоса или путешествия к самому центру Земли.

– Да-а-а-а! – закричал взволнованно Льюисет.

– Что ж, тогда обойдите киоск, Пьер откроет вам дверь и проведет tournée[10] по заведению.

Дети дона Рамона зашли в киоск с заднего входа, выходившего на