Читать книгу - "У черты заката. Ступи за ограду - Юрий Григорьевич Слепухин"

– Разве я тебя мучаю? – Ян сделал весело-изумленное лицо, Беатрис опустила взгляд и увидела его пальцы, комкающие салфетку. – Я тебя мучаю, Беатриче? Странно. Что, в сущности, произошло? Ничего, самая банальная история. Роман в стиле двадцатого века – легкий, непродолжительный, без последствий. Какое же тут горе?

– Послушай, перестань… Я тебя прошу – перестань!

– Ты не причинила мне никакого горя, Беатриче, – весело продолжал Ян. – Ничего, кроме радости. Если говорить точнее – удовольствия. Как женщина ты меня вполне устраивала… несмотря на всю твою неопытность…

Беатрис, выпрямившись, смотрела на него с совершенно белым лицом.

– Или, может быть, именно благодаря ей? – Ян судорожно усмехнулся. – Да, пожалуй. Кстати, я считаю, что мы не можем обижаться друг на друга: каждый из нас получил то, что хотел, тебе не кажется? Я думаю, мои уроки пошли тебе на пользу. Робкая и неопытная Беатриче оказалась способной ученицей. О да. Ты просто молодец!

Беатрис изо всех сил прижимала ладони к скатерти. Она подумала, что Ян даже через стол может ощутить их дрожь, и тут же ей стало смешно – какое это имеет значение? Почему в такие моменты думаешь о пустяках, о совершенно незначительном? «Откуда тебе знать, – вмешался какой-то внутренний голос, – таких моментов в твоей жизни еще не было…»

– Вот как? – сказала она и улыбнулась со страшным усилием, глядя Яну прямо в глаза. – Приятно слышать. Почему же ты замолчал? Говори, прошу тебя.

– А я уже, собственно, все сказал. – Ян пожал плечами. – Под чьим руководством ты думаешь продолжать теперь свое образование? Желаю успехов, Беатриче.

– Ну что ж… – сказала Беатрис. – Все это я заслужила, полной мерой. Поэтому я сидела и слушала, и поэтому сейчас ты уйдешь отсюда безнаказанно. Но запомни, Ян Сигизмунд Гейм! Если ты хоть раз осмелишься позвонить мне по телефону, я дам тебе пощечину при первой встрече, в каких бы обстоятельствах она ни произошла. А если когда-нибудь ты переступишь порог моего дома, клянусь, я застрелю тебя как собаку…

Долгожданный ответ от Стэнфорда пришел шестого июля, сразу после празднования Дня независимости. Взяв у портье конверт с внушительным грифом «БОИНГ ЭЙРПЛЕЙН КОМПАНИ – департамент научно-исследовательских работ», Фрэнк невольно задержал дыхание. Поднявшись к себе в номер, он положил конверт на стол и посматривал на него издали, вешая на спинку стула пиджак и развязывая галстук.

Умывшись и развязав шнурки туфель, он сел, закурил сигарету и только после этого позволил себе вскрыть конверт. Внутри был плотный глянцевитый бланк с тем же грифом, несколькими отпечатанными на машинке строчками и размашистой подписью внизу. М-р Хартфилд приглашался зайти к главному инженеру департамента завтра, в девять утра, для беседы по делу, изложенному им в письме на имя м-ра Стэнфорда от тридцатого прошлого месяца.

– Ага! – торжествующе сказал Фрэнк. – Наконец-то!

Он положил бланк на видном месте и прошелся по комнате, не теряя его из виду и испытывая сильное желание сплясать что-нибудь индейское. Наконец-то, черт возьми!

Он начал искать работу в мае. Делонг посоветовал выждать время, пока уляжется бумажная буря, и почти два месяца ему пришлось проболтаться без дела, занимаясь спортом и время от времени перечитывая собранные в папку вырезки и наиболее интересные письма. А в мае Фрэнк начал свое турне сперва по соседним Техасу и Калифорнии – Даллас, Бербэнк, Лос-Анджелес, Сан-Диего, Санта-Моника, а потом все дальше и дальше – побывал у Мак-Доннелла в Сент-Луис, Миссури, оттуда, по совету одного тамошнего парня, поехал в Детройт, где корпорация «Бендикс» якобы искала специалистов по электронике стабилизирующих систем, и уже потом стал объезжать восточные штаты. В его записной книжке появилась красноречивая страница:

Штат Нью-Йорк

Бетпэйдж – «Грумман эйркрафт энджиниринг» – нет.

Буффало – «Белл эйркрафт» – нет.

Фармингдэйл – «Рипаблик авиэйшн» – нет.

Лейк-Саксесс – «Сперри джайроскоп» – нет.

Штат Мэриленд

Балтимор – «Гленн Л. Мартин» – нет.

Хэгерстаун – «Фэйрчайлд» – нет.

Штат Нью-Джерси

Вуд-Ридж – «Кертисс Райт» – нет.

После этого на странице красовалось ругательство, а ниже – еще один адрес: фирмы «Томпсон электроникс» в Кливленде, Охайо. Там он побывал уже на обратном пути, когда ехал сюда, в Сиэтл.

Неудивительно, что сюда он прибыл в довольно мрачном настроении. «Боинг» оказался его последним прибежищем не только географически; перспектива работать именно в этой фирме устраивала Фрэнка меньше всего хотя бы потому, что его вообще не привлекало строить бомбардировщики-атомоносцы. Он предпочитал работать над легкими сверхскоростными машинами типа перехватчиков, утешая себя тем, что это оружие скорее оборонительного, нежели наступательного характера. Правда, наивность подобной «классификации» была очевидна и ему самому. Однажды, когда разговор об этом зашел с Делонгом, тот беспощадно его высмеял, и Фрэнку просто нечем было защититься – настолько зыбкими показались ему самому его собственные аргументы.

И все же компания «Боинг» была последней фирмой, куда он мог обратиться. Она была действительно последней. Когда ему одна за другой отказали в работе крупные калифорнийские компании – такие, как «Нортроп», «Локхид», «Норт-Америкэн», «Дуглас», – ему стало немного не по себе, но впереди оставался еще большой выбор. Странным было одно обстоятельство. Этой зимой, в Грейт-Салинас, он познакомился с инженером фирмы «Локхид»; они часто выпивали вместе, вместе ухаживали за платинированной аптекаршей, и Бернини – так звали инженера – несколько раз говорил, что их фирма нуждается в хороших специалистах, и предлагал подумать о переходе в «Локхид». А сейчас, когда Фрэнк приехал туда, с ним даже не стали разговаривать.

Тогда он сказал себе, что конъюнктура вполне могла измениться за четыре месяца и отказ еще ни о чем не говорит. Но потом ему стало казаться, что его преследует просто какой-то рок: куда бы он ни обращался, ответ был одним и тем же. Иногда ему отказывали сразу, иногда обещали узнать и тянули несколько дней, но работы для него так и не находилось.

Перспектива остаться безработным пугала Фрэнка не материальной стороной. Семья его была относительно обеспеченна, сам он мог довольствоваться очень немногим. Взятой у Роя тысячи ему должно было хватить надолго, машина у него была – правда, старая, но он собственноручно перебрал и отремонтировал ее в апреле, за время своего вынужденного отдыха. В случае чего он – специалист по сложнейшему электронному оборудованию – мог устроиться в какую-нибудь радиокомпанию или, на самый худой конец, хотя бы в мастерскую по ремонту приемников, если бы перед ним действительно встал вопрос заработка на жизнь. Но такой проблемы перед Фрэнком еще не стояло, и его теперешнее положение было тяжело не этим.

Он уже начинал догадываться, что все это связано с пресс-конференцией и поднятой вокруг его имени шумихой. Тут могло быть два варианта: либо с ним просто предпочитали не связываться, как с человеком, в данный момент пользующимся