Читать книгу - "Сделка - Лейла Фэй"

сегодня довольствуюсь тем, что просто трахну тебя. А если сомневаешься в моей похоти, посмотри вниз. Все достаточно очевидно.

Когда я упрямо закрываю глаза, Воланд грубо притягивает меня ближе. Теперь наши тела плотно прижаты, его толстый член зажат между нами, а рука медленно, по-хозяйски мнет мою задницу. Мое дыхание такое прерывистое, что кружится голова.

Боги, то, как он ощущается, прижатый ко мне, – это конец! Он такой безусловно крепкий и могущественный, и да, теперь я признаю это. Воланд – тот, кого я хочу. Могущественное существо из царства богов. Мне все равно, дьявол ли он. Мне все равно, что он жесток и вспыльчив.

Нет, его жестокость делает меня еще влажнее. Я жажду его именно из-за того, кто он есть.

И будь у меня стыд, я бы остро чувствовала его сейчас. Все из-за него? Воланд – действительно тот, кого я хочу? Такая ли я женщина? Но стыда больше нет. Все, что осталось, – ослепляющий жар, текущий по телу, когда Воланд с грубым рычанием втискивает свое бедро между моих ног.

– Давай, ведьма в маках. Я вижу твое желание как красное облако дыма вокруг твоего тела. Бесполезно прятаться.

Я кусаю губу и прерывисто вздыхаю, понимая, что не могу выиграть эту битву. И я на самом деле не хочу иного. Воланд прав во всем. Я хочу быть желанной, хочу быть трахнутой, хочу отпустить себя. Хоть раз в жизни я хочу, чтобы Купала была больше, чем просто испытание огнем, которое я прохожу каждый год, доказывая, что не ведьма. Но это не значит, что я должна отдавать себя, не получив ничего взамен.

– И ты оставишь меня в покое после того, как мы закончим, да? – спрашиваю я с закрытыми глазами, хотя тело горит и каждое движение Воланда взрывается умопомрачительным блаженством.

Он двигает ногой вверх, поднимая меня с травы, и мое горячее лоно трется о его толстое бедро. Я всхлипываю и стону одновременно, звук резкий и умоляющий.

– Если скажешь «да», я сделаю именно то, что ты мне велела, – отвечает Воланд, такой же уклончивый, как всегда, но у меня больше нет терпения торговаться.

– Хорошо, – говорю я, открывая глаза.

В то же мгновение выражение его лица резко меняется, и я вздрагиваю. Это было так внезапно, словно маска упала: терпеливый и искушающий прежде, Воланд превратился во что-то голодное и дикое. Его глаза вспыхнули жидким золотом, зубы оскалились, мышцы напряглись. Но все это я вижу лишь мельком: рука Воланда оказывается в моих волосах, грубо дергает, и его рот находит мой.

О боги!

Это всего лишь второй поцелуй в моей жизни, и все же недостаток опыта ничего не значит. Словно Воланд вообще не ждет моего участия. Я должна лишь брать то, что он дает. То, что он приказывает мне брать. Его горячий язык проникает глубоко в мой рот. Его губы движутся на моих, властные и голодные, всасывают и целуют. Сила этого так велика, что ноги слабеют и дрожат, но он здесь, держит меня без усилий, наклоняя мое лицо и тело для своего удовольствия. Воланд делает со мной что хочет, и я охвачена сладкой, горячей слабостью. Это лучшее чувство в мире. И худшее тоже. Я теряю себя.

Внезапно Воланд издает глубокий, вибрирующий рык, и моя нижняя губа с горячей болью трескается. Я чувствую вкус крови, и он довольно хмыкает, втягивая мою губу в рот и сглатывая. Я знаю, что должна оттолкнуть его. Люди так не целуются и не трахаются. Я знаю, потому что видела достаточно пар, занимающихся этим в кустах. Даже самое низменное, самое первобытное совокупление кажется безобидным по сравнению с этим. Словно Воланд – животное, пирующее на мне. И я не могу остановить его, потому что каждое его низкое, полное удовольствия урчание оседает между моими ногами, затягивая эту потребность в горячий, пульсирующий жгут. Я не хочу, чтобы это прекращалось.

Когда Воланд зацепляет рукой мое колено, нетерпеливо притягивая ближе, я следую невысказанному приказу и обвиваю ногами его бедра. Член прижимается ко мне сквозь тонкий слой ткани так, что перехватывает дыхание.

– Видишь? – бормочет Воланд и неожиданно целомудренно целует меня в уголок рта. Его губы горячие и влажные. – Нечего бояться.

– Еще одна ложь, – выдыхаю я, когда он двигает бедрами и член трется о меня.

Воспоминание о шипах, опоясывающих основание, вспыхивает в сознании с уколом страха, но я не чувствую их. Только горячую мужскую твердость.

– Правда? – спрашивает Воланд, отстраняясь. Его глаза сверкают, как драгоценности в темноте. – Тогда позволь мне загладить вину.

Мир переворачивается и проваливается вокруг меня, дыхание царапает горло, когда я проглатываю крик. Я падаю, а затем останавливаюсь. Воланд укладывает меня на спину в траву, его рога нависают надо мной под звездным небом, когда он опускается на колени между моими ногами. Я понимаю, что мое платье непристойно сбилось вокруг талии. Сквозь похотливый туман я слышу стоны и крики удовольствия издалека. Ближайший костер потрескивает, отправляя искры в летний ночной воздух.

– Что ты собираешься сделать? – спрашиваю я, чувствуя головокружение.

Глаза Воланда горят, когда он кладет свои большие когтистые руки на внутреннюю сторону моих бедер и широко раздвигает мне ноги. Я ахаю. Белья на мне больше нет, я даже не знаю, как это произошло, но прохладный ночной воздух ласкает пышущее жаром место между ног.

– Извиниться за свою ложь, – говорит Воланд с порочным блеском в глазах.

Я приподнимаюсь на локтях, наблюдая широко раскрытыми глазами, как он двигается. Большой и мощный, Воланд обладает удивительной грацией крадущейся рыси, и я судорожно сглатываю, когда он опускает голову, бросив на меня последний сверкающий взгляд из-под моих бедер. Затем я ощущаю на себе его рот. Рога обрамляют мои бедра, словно запирают меня в ловушке.

Я с приглушенным стоном откидываюсь на траве, когда Воланд берет мою чувствительную плоть в рот и всасывает, издавая низкий, рокочущий довольный звук. Между моими ногами нет меда, но он ласкает меня языком, словно я – изысканное лакомство, достойное бога.

– Если это… извинение… то можешь лгать сколько угодно, – выдыхаю я.

Мое дыхание горячее и свободное, язык меня не слушается.

– Так и сделаю, – говорит Воланд, и золотые глаза сверкают между моими ногами.

Удовольствие нарастает, я жадно приподнимаю бедра, и зубцы рогов Воланда впиваются в мой живот. Я не ожидала, что это будет так хорошо, так порочно. Я наконец понимаю привлекательность секса и все волнение вокруг него.

– Закричи для меня.

Блаженство омрачает резкая боль, я вскрикиваю, и Воланд рычит от удовольствия, втягивая поцарапанную кожу в рот. Я вырываю клочья травы ищущими отчаянными движениями, но боль быстро утихает, сменяясь еще бо́льшим удовольствием.

– Твою мать! – выплевываю я и хватаюсь за его рога.

Воланд снова рычит,