Читать книгу - "Мода с 1900 года - Валери Д. Мендес"

было заказано эффектное платье «Четырехлистный клевер», или «Aбстракция», для миссис Уильям Рэндольф Херст-младшей, которое она должна была надеть на бал в честь инаугурации Эйзенхауэра в 1953 году. Впоследствии Джеймс сделал несколько копий. Эта версия выполнена из кремового атласа дюшес и черного бархата. Сложная основа (платье сконструировано из тридцати деталей) создает основу для мерцающего атласа и широких полос из лоснящегося бархата.

159,160 На протяжении всего конца 1940-х годов, вплоть до своей безвременной кончины в 1958 году, Клэр Маккарделл создавала (для компании Townley Frocks) одежду для досуга и активного отдыха, в которой элегантность сочеталась с практичностью. Ей нравилось оживлять простые модели, такие как легкая в носке блузка с короткими рукавами, с помощью интересных поясов (вверху), а также она превращала незамысловатую клетчатую одежду в привлекательные купальники (внизу).

Спрос состоятельных клиентов на произведения высокой моды продолжали удовлетворять модельеры, начавшие карьеру в 1940-е годы или ранее. Среди них можно выделить Нормана Норелла, Мейнбокера, Хэтти Карнеги и Полин Трижер в Нью-Йорке, а также бывших голливудских художников по костюмам Адриана, Говарда Грира и Айрин в Калифорнии. Бунтарь-одиночка Чарльз Джеймс, вернувшийся в Нью-Йорк в 1939 году, продолжал изобретать и перерабатывать свои прошлые наработки, создавая необычную одежду из дорогих тканей для своих преданных клиентов, в числе которых были миссис Уильям Рэндольф Хёрст, миссис Уильям С. Пейли и миссис Корнелиус Вандербильт Уитни (Илл. 157). Эти женщины были готовы терпеть эксцентричное поведение Джеймса, потому что знали: он создаст для них наряды, которые станут гвоздем любого светского раута. Его вечерние платья выделялись контрастом объемов, часто сочетая опасно утягивающие корсеты с пышными юбками из плотного атласа ярких прозрачных цветов. Одним из самых запоминающихся его творений стало эффектное черно-белое платье «Четырехлистник», или «Абстракция», 1953 года (Илл. 158). Повседневную одежду он шил из практичной фланели и твида, при этом играл с необычными формами, как, например, пальто «Кокон» (1949), пальто «Готика» (1954) и костюм «Пагода» (1955). Джеймс открыл ателье на Мэдисон-авеню в 1945 году и даже попробовал заняться массовым производством в середине 1950-х, но оказался никудышным бизнесменом и в конечном итоге завершил карьеру банкротом в 1958 году. Несмотря на трудности, он пользовался большим уважением среди коллег: Баленсиага назвал его единственным кутюрье, который «возвел прикладное искусство высокой моды до уровня чистого искусства».

161 Фирменный дизайн от Нормана Норелла: узкое платье-сорочка с простым поясом-завязкой, сплошь покрытое вышивкой из хрустального бисера. Норелл развивал этот суперэлегантный изысканный образ. Это платье он создал в 1950 году для модного дома Traina Norell.

Наследие Клэр Макаделл и Нормана Норелла иллюстрирует две ключевые тенденции американской модной индустрии в послевоенный период. Первая была чисто американской, а вторая следовала парижским традициям моды. Маккарделл уже успела зарекомендовать себя как талантливый дизайнер в компании Townley Frocks (Илл. 159). Ее сильной стороной была функциональная, элегантная повседневная и спортивная одежда, доступная по цене и готовая к приобретению (Илл. 160). В своих работах она использовала простые ткани, такие как хлопок и шерстяной трикотаж, и избегала сложных отделок. Ее строгие, неподвластные времени модели отличаются лаконичными, практичными силуэтами. В 1950-х годах она продолжила развивать идеи, появившиеся в 1940-х, – неприталенные платья со съемными поясами, укороченные топы в сочетании с бермудами и яркие рубашки с юбками солнце. К сожалению, в 1958 году жизнь Маккарделл прервал рак, но она успела создать идеальный универсальный гардероб для активных американских женщин.

Хотя их творческие пути в итоге разошлись, Маккарделл и Норелл оба работали в модном доме Хэтти Карнеги. Норелл и Карнеги вместе посещали парижские модные показы, где Норелл познакомился с французской высокой модой. В 1940 году он покинул Карнеги и в следующем году присоединился к промышленнику Энтони Трейна (Илл. 161). В 1950-х годах Норелл создавал дорогую готовую одежду для состоятельных женщин – оставаясь художественно независимым от Парижа, он черпал вдохновение в техниках и шике французской кутюрной традиции. В 1952 году Норелл заявил: «Я не люблю ничего чрезмерно продуманного», и, в соответствии с этим принципом, его повседневная одежда отличалась простыми линиями с минимумом отделки. Он регулярно возвращался к своим любимым моделям, таким как неброские платья из шерстяного трикотажа, костюмы строгого покроя, и к своей визитной карточке – «маленьким пальто» (шикарная интерпретация скромного бушлата). Норелл предпочитал простоту: минималистичные воротники, округлые вырезы, простые туфли-лодочки, а также полоску, клетку или горох вместо вычурных цветочных узоров. В летних коллекциях он был приверженцем аккуратных платьев в морском стиле в чистых оттенках синего и белого. Хотя он создавал ультраромантичные вечерние платья, удовлетворяя запрос клиентов, наилучшие результаты он показывал в лаконичных образах, таких как его знаменитые «русалочьи» платья – сверкающие платья-футляры, украшенные пайетками, закрепленными в технике «рыбья чешуя». Под стать строгим силуэтам, в показах он использовал манекенщиц с внешностью, прическами и манерами прима-балерин.

В то время как мир женской моды был поглощен обсуждением New Look от Кристиана Диора, демобилизованные мужчины либо вернулись к своему довоенному гардеробу, либо, как в Британии, надели непривлекательные казенные костюмы. Ситуация улучшилась, когда мужская швейная промышленность начала реагировать на изменяющиеся экономические условия и постепенный рост покупательной способности. В Британии классовые различия были такими же жесткими, как и прежде. Если позволяли талоны, джентльмены посещали Сэвил-Роу и окрестности для индивидуального пошива одежды и аксессуаров, в то время как менее обеспеченные покупали готовую одежду в сетевых магазинах, таких как Cecil Gee и Burton’s, а также в универмагах. Состоятельные клиенты из-за рубежа возвращались к своим лондонским портным, среди которых были знаменитые Gieves, Henry Poole & Co. и Anderson & Sheppard. Убеждение, что мужчинам не пристало уделять слишком много внимания гардеробу, способствовало выживаемости консервативной мужской одежды. Обычно она была довольно скучной и ограничивалась черным цветом в вечернее время и серыми, синими и черными оттенками в течение дня, хотя в спортивной и повседневной одежде приемлемы были небольшие акценты цвета. Большинство респектабельных мужчин с фиксированным доходом подчеркивали свое социальное положение и надежность, придерживаясь безопасных, предсказуемых основ. Для работы требовался костюм-тройка хорошего покроя, часто в тонкую полоску, с традиционными аксессуарами, а также пальто и шляпа-котелок; для полуофициальных домашних мероприятий предназначалась пиджачная пара; вечерний наряд мог включать в себя фрак, и очень важно было иметь правильную – от макушки до пят – спортивную экипировку. Британский профессиональный журнал The Tailor and Cutter еженедельно освещал события в портновской индустрии и появляющиеся тенденции, а в конце 1940-х и до 1950-х годов отправлял своего корреспондента фотографировать образцовых и менее стильных британских мужчин как на работе, так и в свободное время. Традиционная мужская одежда допускает лишь незначительные изменения в деталях; таким образом, более широкие и удлиненные лацканы, слегка наклонное положение карманов и глубина подворотов становились важными чертами, достойными