Читать книгу - "Мода с 1900 года - Валери Д. Мендес"

портновском репертуаре можно было найти строгую повседневную одежду с четкими, угловатыми деталями, дом Бальмэн в первую очередь славился гламурными вечерними нарядами (Илл. 149). Это были короткие коктейльные платья, часто из расшитого атласа или бархата, а для торжественных вечеров – платья с обтягивающими лифами и длинными широкими юбками из органзы или атласа с вышивкой от Ребе, Лесажа или Дюфура, которые напоминали самые роскошные костюмы XVIII и XIX столетий. Также были популярны облегающие, драпированные и слегка плиссированные шифоновые платья. Как и многие кутюрье, Бальмэн также создавал костюмы для кинематографа – в период с 1947 по 1969 год дом принял участие в создании более чем семидесяти фильмов.

Шанель возобновила свою деятельность в 1954 году и никак не скрывала свою неприязнь к преобладавшему в моде тяготению к сложно структурированной, облегающей одежде (Илл. 151). Она переработала свои классические модели, такие как мягкий костюм с кардиганом, придав им современный вид, но энтузиазм по поводу ее работ проявил только американский Vogue. Потребовалось несколько лет, прежде чем общественность признала ценность ее неподвластных времени моделей и ее снова с распростертыми объятиями приняли на олимп высокой моды.

Хотя высокая мода от парижских модельеров оставалась привилегией состоятельной элиты, распространение моделей каждого сезона было быстрым и происходило на нескольких уровнях. Качественные копии, выполненные в парижских ателье, почти ни в чем не уступали вещам от кутюрье. В обмен на обязательство купить прототипы, оплаченные заранее как часть входного билета, закупщики посещали показы коллекций и выбирали образцы для внедрения в производство. В основном такими клиентами были американцы, и высококачественные копии парижских мод были доступны в США в универмагах Henri Bendell и Marshall Field. Британию превосходными парижскими копиями снабжал Rembrandt. Синдикат высокой моды отвечал за составление расписания показов и соблюдение строгих правил, регулирующих рекламу и воспроизведение моделей. Фотографировать и срисовывать было запрещено. Мемуары модельеров и журналистов дают возможность заглянуть в увлекательный мир моды того времени. Судя по их свидетельствам, методы промышленного шпионажа не изменились. Как и в прошлом, делались тайные заметки и зарисовки, огромным преимуществом была фотографическая память – пиратство стало привычным делом. Представителям официальной прессы разрешалось сделать фотоснимки и рисунки отобранных предметов одежды сразу после ухода зрителей, но затем их снабжали инструкцией по использованию изображений и датами для их публикации (как правило, спустя месяц после показа). Игнорировать инструкции означало потерять доступ к новым коллекциям. В более дешевом сегменте рынка массовые производители полагались на общедоступные источники, включая растущее число журналов, прогнозировавших модные тенденции. Модные журналы рассказывали международной аудитории о ключевых моделях из парижских коллекций. Даже самые заурядные британские журналы для домохозяек вели колонку о моде, и редакторы подстегивали интерес к коллекциям, выходящим раз в два года, сообщая своим читательницам, что они непременно должны приобрести последние парижские модели. По-прежнему была широко распространена традиция домашнего пошива одежды, и производители бумажных выкроек, такие как McCall, Butterick и Simplicity, обновляли свой ассортимент дважды в год. Раздел выкроек журнала Vogue содержал самые авангардные модели и продолжал выпускать дорогую серию моделей от парижских кутюрье.

151 Шанель осталась верна своей формуле костюма с кардиганом, завоевавшей успех в 1920-е годы. Эта модель конца 1950-х годов стала воплощением лаконичной простоты, сочетая в себе жакет прямого силуэта без воротника с застежкой край в край и приталенную юбку в тон.

152 Хлопчатобумажные платья Horrockses, квинтэссенция британского стиля – оптимистичная нота непринужденной простоты и свежих цветовых решений. В середине 1950-х годов они неизменно имели облегающий лиф и очень пышную юбку со сборками. Модель в полоску на цветочном фоне была создана для сезона весна/лето 1957.

153 Наряды для британских светских мероприятий регулярно публиковались в модной прессе. Известная британская топ-модель Барбара Гоулен демонстрирует аксессуары, доступные к покупке в универмаге Harvey Nichols для скачек в Аскоте в 1945 году. Шляпка украшена завитыми страусиными перьями; туфли в крупный рубчик, сумка и замшевые перчатки выпускались в темно-синем или черном цвете.

Условия в послевоенной Британии не способствовали масштабным улучшениям в индустрии моды. Нормирование промтоваров оставалось в силе до 1949 года, а Программа разработки утилитарной одежды была отменена лишь в 1952 году. В попытке стимулировать экспортную торговлю, поощрить «хороший» дизайн и поднять моральный дух, Совет по промышленному дизайну организовал выставку британских товаров под названием Британия может это сделать в Музее Виктории и Альберта в сентябре 1946 года. Выставка привлекла толпы потенциальных покупателей, желавших приобрести новые товары, но поскольку большинство представленных товаров были прототипами или с пометкой «только для экспорта», вскоре выставку прозвали «Британия не может это получить». Членами Комитета по моде и аксессуарам были известные журналисты в области моды: Эрнестина Картер, Энн Скотт Джеймс и Одри Уизерс. В Зале моды была установлена белая экспозиционная витрина, в которой были выставлены работы пятнадцати ведущих лондонских дизайнеров, в основном членов Объединенного общества лондонских модельеров (основано в 1942 году), продолжавших прилагать усилия, чтобы привлечь надежные капиталовложения и создать официальную структуру для своей профессии. Общество модельеров хотело защитить интересы своих членов и привлечь международное внимание к высококачественным британским продуктам. И хотя Общество не могло соперничать с давно существующими французскими организациями, пользующимися поддержкой правительства, в 1950-х годах ему удалось добиться значительных результатов. В его состав входили лучшие британские и ирландские дизайнеры, в том числе Харди Эмис, Норман Хартнелл, Эдвард Молино, Дигби Мортон, Виктор Штибель, Питер Рассел, Бьянка Моска, Джон Кавана и Майкл Шерард. Вместе им удалось возродить интерес к британской моде и привлечь внимание закупщиков к лондонским коллекциям, показы которых проводились непосредственно перед показами в Париже.

Британская королевская семья не слишком интересовалась модой, но ее присутствие на модных мероприятиях было огромным преимуществом, как и статус «поставщик королевского двора». Члены королевской семьи и узкий круг аристократов покровительствовали двум ведущим послевоенным домам моды – Нормана Хартнелла и Харди Эмиса. Свадьба принцессы Елизаветы в 1947 году привлекла широкое внимание прессы и всколыхнула волну массовых покупок одежды во влиятельных кругах (Илл. 154). Ее вышитое платье от Нормана Хартнелла не избежало нормирования и потребовало 100 талонов. Платье вызвало всеобщее восхищение, а магазины на нью-йоркской Седьмой авеню сработали настолько оперативно, что копия была готова за восемь недель до свадьбы, хотя в интересах сохранения гармонии в международных отношениях они не поступали в продажу до самого дня бракосочетания. На протяжении 1950-х годов Хартнелл создавал эффектные парадные платья для королевы-матери и королевы Елизаветы II. В 1953 году он разработал дизайн роскошного расшитого платья для коронации, которое увидели миллионы владельцев первых телевизоров. Парадные платья королевских особ становились сенсациями, и в их дизайне модельеры намеренно отступали от моды времени.