Читать книгу - "Мода с 1900 года - Валери Д. Мендес"

154 Выполненный Норманом Хартнеллом эскиз вышитого белого атласного свадебного платья принцессы Елизаветы для ее бракосочетания с лейтенантом Филипом Маунтбеттеном 20 ноября 1947 года. Мастерским Хартнелла потребовалось почти три месяца, чтобы выполнить романтичный дизайн с вырезом-сердечком, расклешенной юбкой и длинным шлейфом.

155 Элегантное платье-пальто от Харди Эмиса из черного шелка, 1954 год, в комплекте со шляпой «летающей тарелкой», перчатками и туфлями-лодочками. Идеальными завершающими штрихами стали жемчужные серьги и колье.

156 Этот костюм 1946 года от Эдварда Молино, символизирующий переход от утилитарной одежды военного времени к экстравагантному стилю New Look, выполнен с короткой юбкой, типичной для военных лет, но жакет отличается зауженной талией и более мягкими линиями, что предвещает революцию, произведенную коллекцией New Look в 1947 году.

В 1947 году была возобновлена традиционная церемония представления ко двору, что ознаменовало возвращение к турниру дебютанток и «Сезону», который включал в себя типично английские мероприятия, начиная от скачек в Аскоте и заканчивая регатой в Хенли. Все эти мероприятия требовали соответствующей одежды, что неизбежно означало рост продаж для целого ряда модельеров, портных и розничных продавцов, в основном базировавшихся в Лондоне (Илл. 153).

В то время ведущую роль в британской высокой моде играл Харди Эмис. После обучения в компании Lachasse он открыл собственный дом моды на Сэвил-Роу в 1946 году и на протяжении конца 1940-х и в 1950-х годах производил как городскую одежду, так и одежду для загородного досуга (Илл. 155). Он также был известен своими вечерними нарядами и платьями для особых случаев, предназначенными для балов дебютанток и представления ко двору. Его вечерние платья для молодых женщин имели плотно облегающие лифы, которые были либо без бретелек, либо поддерживались узкими бретельками. Юбки были пышными и летящими, из тюля или органзы, их украшали мерцающей вышивкой. При пошиве платьев для зрелых клиенток, похожих по силуэту, Эмис часто использовал плотный атлас или рубчатый шелк с вышитыми вставками. Ему покровительствовала королевская семья, и в 1950 году он разработал дизайн гардероба принцессы Елизаветы для ее официального визита в Канаду. А в начале 1950-х годов, осознавая необходимость удовлетворить требования взыскательных покупателей, которые не могли позволить себе дорогостоящую высокую моду, он открыл бутик готовой одежды.

Чарльз Крид, происходивший из династии знаменитых парижских кутюрье, вернулся в Лондон из французской столицы с началом войны, а когда война закончилась, основал собственное дело. Будучи превосходным портным, Крид сосредоточился на производстве элегантных, хорошо скроенных пальто и костюмов, которые привнесли сравнительно смелый дух в степенный мир британской моды (Илл. 156). Виктор Штибель, Эдвард Молино, Джон Кавана и Дигби Мортон, хотя и были способны на экстравагантные жесты, прежде всего славились высококачественной, со вкусом выполненной классической одеждой.

Новые имена появились и в Италии. После войны группа модельеров, многие из которых принадлежали к аристократии, стали важными законодателями стиля, создавая одежду ярких цветов и смелых узоров, которая обладала живым обаянием юности, а также индивидуальности автора. Эти модельеры, преуспевшие в создании одежды для активного отдыха и спорта, получили широкую известность и привлекли американских покупателей. Одна из них, Симонетта, открыла ателье в 1946 году и стала известна благодаря своим шикарным молодежным коллекциям. Симонетта вышла замуж за кутюрье Альберто Фабиани, который специализировался на минималистичном крое, и в 1950-х годах пара достигла профессиональной гармонии, демонстрируя свои коллекции отдельно.

157 Фотопортрет Барбары «Бейб» Кушинг Мортимер Пейли работы Джона Роулингса для американского журнала Vogue, 1 февраля 1946 года. Пейли была американской светской львицей и красавицей, носившей одежду от-кутюр от Баленсиаги, Валентино и Живанши. В 1938 году, накануне своего замужества, она работала модным редактором в американском журнале Vogue.

Расцвет итальянских дизайнеров был отмечен в 1951 году групповым показом, организованным модным предпринимателем Джованни Баттистой Джорджини на его вилле Торреджани во Флоренции. В нем приняли участие десять ведущих дизайнеров из Рима и Милана, а также четыре бутика. Джорджини пригласил американских закупщиков и прессу: журнал Life официально заявил, что это мероприятие бросило вызов Парижу. Джорджини продолжил проводить такие презентации раз в два года, и в 1952–1953 годах они были перенесены в Палаццо Питти, свидетельствуя о том, что Италия прочно заняла место на международной арене моды. В 1951 году дебютировал двадцатиоднолетний Роберто Капуччи, который стал выпускать выдающиеся коллекции, превращая архитектурные и геометрические концепции в удобную для ношения одежду. Действуя в несколько ином ключе, неаполитанский аристократ Эмилио Пуччи привлек внимание своей спортивной и повседневной одеждой, которая подчеркивала формы атлетического телосложения, а также своими шелковыми платьями с закрученными узорами броских цветов, ставшими его визитной карточкой. Ансамбль из брюк и рубашки от Пуччи стал неотъемлемой частью курортной одежды для международного светского общества.

Между тем как Париж вновь занял позицию мирового лидера в области высокой моды, США могли похвастаться самыми передовыми производителями готовой одежды. Американские производственные линии, конструкторские подразделения и процессы розничной торговли, относительно не затронутые войной, вернулись к отлаженной и прибыльной работе. Спрос на качество, а не на разнообразие, обеспечил стабильность и процветание отрасли. На протяжении конца 1940-х и 1950-х годов американские компании с радостью принимали визиты европейских коллег и потенциальных конкурентов, желавших изучить их передовые системы. Отрасль позволяла тщательно себя изучить: в 1947 году был опубликован подробный анализ, а в 1956 году Министерство труда США подготовило отчет о производстве женских платьев, предназначенный специально для европейских управляющих производствами.

Хотя американская пресса и закупщики с энтузиазмом вернулись в Париж, они больше не обходили местные таланты стороной. Напротив, американские модельеры оказались в центре внимания, и их инновационные подходы в сочетании с производственными навыками обеспечили то, что Седьмая авеню в Нью-Йорке по-прежнему оставалась главной движущей силой модной индустрии. В такой огромной стране децентрализация была неизбежна, и в штатах расцвели многочисленные местные центры моды. Даллас, Флорида и Калифорния (в основном Лос-Анджелес) специализировались на пляжной и спортивной одежде, в то время как Чикаго и Нью-Йорк производили широкий ассортимент одежды. Качественная готовая одежда рекламировалась в каталогах для заказа товаров по почте. Влиятельная газета Women’s Wear Daily от издательского дома Fairchild Publications ежедневно информировала всю американскую легкую промышленность о новостях моды по всему миру. Американские модельеры, обладая собственным взглядом на стиль жизни и требования внутреннего рынка, сопротивлялись влиянию Парижа, и хотя глянцевые модные журналы продолжали публиковать отчеты о коллекциях во французской столице и фотографировать лучшие парижские экземпляры, всё это уравновешивалось освещением моды отечественного производства. Относительно состоятельные стильные американцы тратили значительные суммы денег на одежду и тем самым стимулировали торговлю. Американские производители также обратили внимание на подростковый рынок и стали производить молодежную одежду специально для этой возрастной группы.

158 Чарльз Джеймс был известен своими великолепными бальными платьями. Ему