Читать книгу - "Предательство во времени - Джули МакЭлвен"

Если только… Если только они не заключили союз и Кросс не помог Холбруку убить отца.

Нет, решила она, слишком натянуто. Кроссу от этого не было никакой выгоды, тогда как Холбрук получал всё. К тому же Кросс был последним, кого видели с сэром Джайлсом, и разговор у них, судя по всему, был спорным. Не слишком разумное поведение, если Кросс был сообщником сына сэра Джайлса. Если у Кросса и был партнёр, то скорее капитан Мобрей.

Её взгляд переместился к имени на доске, которое, хотя было написано буквами того же размера, словно подавляло все остальные: Эверт Ларсон.

Мужчина умер два года назад, но чутьё подсказывало Кендре, что он каким-то образом связан с происходящим сейчас. Инстинкт вовсе не так мистичен, как многие думают. Он складывается из тысяч мельчайших впечатлений, которые мозг перерабатывает и отправляет в подсознание. Шесть лет работы агентом ФБР, а до этого годы учёбы и подготовки научили Кендру доверять своему чутью. Логика и грифельная доска лишь усиливали это ощущение. Эверт был общим знаменателем, соединявшим сэра Джайлса с Кроссом и Мобреем.

Она поймала себя на том, что постукивает указательным пальцем по чашке. Если исключить Фицпатрика и Холбрука, Эверт становился центральной фигурой. Но какое отношение мёртвый человек мог иметь к нынешним событиям?

Эверт умер в Испании. Тогда шла война, напомнила себе Кендра. Одному Богу известно, какие зверства творятся на поле боя — и в лагерях для военнопленных. Человеческая природа непредсказуема. Война может превратить самого обычного человека в героя, способного на невероятную храбрость. А может выпустить наружу самые тёмные порывы. Ради выживания люди совершают мерзкие, невообразимые поступки.

А что они готовы сделать, чтобы сохранить тайну после окончания войны?

Кендра вспомнила внимательные серые глаза Мобрея. В нём было что-то непреклонное — гораздо больше, чем в Кроссе, который показался ей… слабым. Достаточно слабым, чтобы выдать секрет, если нажать как следует? Пожалуй. Кендра верила, что смогла бы его сломать, останься она с ним один на один.

Если Мобрея и Кросса связывала тайна времён Испании, капитану больше не приходилось опасаться, что Кросс заговорит. Мёртвые не разговаривают.

Её взгляд перешёл к другому имени. Магдалена. Ещё одна связь с Испанией? Имя испанское, но это не означало, что женщина была испанкой. Да и вообще, возможно, Магдалена вовсе не женщина. Что, если это кодовое название операции или имя другого шпиона? И всё же странное совпадение: Эверт Ларсон умер в Испании, а месяц или около того назад сэр Джайлс получил письмо от человека с испанским именем. Если Магдалена всё-таки женщина, каковы шансы Сэма найти её в городе с населением больше миллиона? Ни фамилии, ни описания. Принадлежит ли она к знати, дворянству, торговому сословию или низшим классам?

Кендра вздохнула. Даже в двадцать первом веке это было бы поиском иголки в стоге сена. Но там у неё хотя бы были бы базы данных. И цифровой мир — Facebook, кредитные карты, камеры наблюдения на каждом углу. Спрятаться можно, но спрятаться навсегда становилось всё труднее. В девятнадцатом веке поиски Магдалены казались безнадёжными.

Она снова задумалась о письме. Решение сэра Джайлса сжечь его означало, что в нём, вероятно, содержались какие-то компрометирующие или опасные сведения. С другой стороны, сэр Джайлс был руководителем разведчиков. Возможно, так он обычно избавлялся от корреспонденции.

Почему-то Кендра в это не верила.

Дверь открылась, и в комнату вошла горничная с подносом: обещанный кофейник, тарелка горячих булочек с крестом, маленькие блюдца со свежесбитым эппингским маслом и мармеладом. — Вам ещё что-нибудь нужно, мэм? — спросила она, поставив поднос на стол. — Спасибо, нет.

Его светлость уже проснулся?

— Да. Он и графиня скоро отправятся в церковь. Она присела в коротком реверансе и вышла.

Кендра долила кофе, добавила сахар и размешала. Желудок заурчал, когда она потянулась за булочкой, всё ещё такой горячей, что из разлома поднимался пар. Намазав половинки маслом и мармеладом, она откусила кусок и едва не застонала от удовольствия. Современная жизнь занесла всё углеводное в список «не есть», если только эти углеводы не имели вкус древесной коры. Кендра и сама всегда следила за их количеством.

Теперь она не понимала, как когда-либо сможет жить без свежих домашних булочек и хлеба. Жуя, она вновь встала перед доской. Её взгляд переместился к другим именам. Бертель, Астрид и Дэвид Ларсон. Каждый член семьи Ларсонов был напрямую связан с сэром Джайлсом, но только Эверт и Дэвид имели прямую связь с лордом Кроссом — через Итон.

Школу она отбросила. Слишком давно, и тогда они были детьми. Оставалась более свежая связь Эверта и Кросса в Испании.

Стук колёс экипажа и цокот копыт прервали её размышления и заставили подойти к окну. Внизу мелькнул фиолетовый плюмаж на чепце леди Этвуд, прежде чем та скрылась в карете; следом сел герцог. Бенджамин захлопнул дверцу, сложил ступеньки, кучер поспешил на козлы, взял вожжи, и экипаж покатил прочь. Кендра оглядела площадь. Туман рассеялся, небо стало нежно-голубым, залитым солнечным светом. Сохранится ли такая погода через два часа — одному Богу известно.

Доедая булочку, Кендра вернулась к кофейнику, наполнила чашку и взяла ещё одну. Она ходила по комнате, ела и пила кофе, а мысли опять возвращались к Испании. Два года — большой срок. Должен был существовать недавний толчок. Таинственная Магдалена? По времени подходило.

Теперь она окончательно проснулась, подстёгнутая кофеином и сахарно-углеводным подъёмом от булочки с вареньем, но ни на шаг не приблизилась к разгадке. В глубине сознания уже жужжали, как назойливые насекомые, несколько подозрений — хотя это мог быть и кофеин. Ей требовалось больше сведений. Нужно было найти Магдалену.

Кендра доела вторую булочку, продолжая ходить. Возможно, следовало взглянуть на дело с другой стороны.