Читать книгу - "Я говорю нет! - Уилки Коллинз"

Вызванный для консультации своей дочерью и гостьей, мистер Вайвил дал совет, который был и мудрым, и добрым, но, как выяснилось впоследствии, лучше бы он его вообще не давал.

Письмо Эмили, насчет которого Сесилия хотела поговорить с отцом, пришло из Нидервудса и было написано Албаном Моррисом.

Он заверял Эмили, что решил написать после изрядных колебаний, надеясь послужить интересам, которых сам не понимал, но которые, тем не менее, могут быть важны. Изложив свои мотивы, он перешел к рассказу о том, что произошло между ним и мисс Джетро. По поводу Франсин Албан заметил, что она не произвела на него благоприятного впечатления и посему дальнейшее сближение с ней он не считает желательным.

На последнем листе было несколько строк, на которые Эмили не знала что ответить. Она сложила страничку так, чтобы никто, кроме нее, не увидел, чем бедный учитель рисования закончил письмо:

«Желаю вам счастья, моя дорогая, среди новых друзей, но не забывайте и старого друга, который о вас думает и мечтает увидеть вновь. Без вас, Эмили, в крошечном мирке, где я живу, становится совсем тоскливо. Вы будете время от времени мне писать и позволите надеяться?»

Мистер Вайвил улыбнулся, взглянув на сложенную страничку, которая скрывала подпись.

– Полагаю, само собой разумеется, – лукаво заметил он, – что этот джентльмен принимает ваши интересы близко к сердцу. Могу ли я узнать, кто он?

Эмили ответила с готовностью. Мистер Вайвил продолжил расспросы.

– Насчет таинственной леди со странным именем…[9] Вам что-нибудь о ней известно?

Эмили рассказала все, что знала, не раскрывая причины отъезда мисс Джетро из Нидервудса. Потом она долгие годы дорожила воспоминанием о том, что сохранила в тайне печальное признание, столь поразившее ее в последнюю ночь в школе.

Мистер Вайвил вновь посмотрел на письмо Албана.

– Вам известно, как мисс Джетро познакомилась с мистером Мирабелем? – поинтересовался он.

– Я даже не знала, что они знакомы!

– Если бы мистер Моррис мог с вами поговорить, а не писать, сказал бы он больше, чем в письме?

До сих пор Сесилия держалась благоразумно, но не выдержала, увидев, что Эмили теряется с ответом.

– Без всяких сомнений, папа! – с уверенностью объявила она.

– Сесилия права? – спросил мистер Вайвил.

Вспомнив о своем влиянии на Албана, Эмили смогла дать лишь один честный ответ: она признала, что Сесилия права. В свою очередь, мистер Вайвил посоветовал не спешить и хорошенько подумать.

– Когда сядете писать мистеру Моррису, – продолжил он, – пообещайте высказать ему свое мнение о мисс Джетро при личной встрече.

– В настоящее время у меня нет никаких шансов с ним увидеться, – возразила Эмили.

– Вы можете увидеться с мистером Моррисом, как только он приедет сюда, – заметил мистер Вайвил. – Я ему напишу и предложу нас навестить, а вы вложите приглашение в свое письмо.

– Ах, мистер Вайвил, вы так добры!

– Ах, папа, именно об этом я и хотела тебя попросить!

Радушный хозяин Монксмура искренне удивился.

– Из-за чего такой переполох, юные леди? Мистер Моррис – джентльмен по профессии и добрый друг мисс Эмили, если мне дозволено так выразиться. Разве он не заслуживает права стать моим гостем?

Сесилия остановила отца на пороге.

– Полагаю, нам не стоит спрашивать у мистера Мирабеля, что он знает про мисс Джетро?

– Милая моя, о чем ты только думаешь?! Какое у нас право расспрашивать мистера Мирабеля про мисс Джетро?

– Папа, так не годится! Должна же быть какая-то причина, по которой Эмили и мистеру Мирабелю нельзя встречаться или почему мисс Джетро на этом так настаивала!

– Сесилия, она не хочет, чтобы мы узнали почему. Вероятно, это выяснится со временем. Надо только подождать.

Оставшись вдвоем, девушки обсудили возможную реакцию Албана на приглашение мистера Вайвила.

– Да он только обрадуется, – заверила подругу Сесилия, – шансу увидеть тебя снова!

– Сомневаюсь, что он захочет увидеть меня в кругу незнакомых людей, – возразила Эмили. – К тому же ты забываешь о препятствиях у него на пути. Разве он сможет оставить своих учениц?

– Конечно, сможет! В субботу у него уроков нет. Он приедет на выходные, и будет здесь уже к ланчу, если встанет пораньше, и погостит до понедельника или даже вторника.

– Кто же заменит его в школе?

– Мисс Лэд, если уж это так важно. Напиши и ей, и мистеру Моррису.

Написав письма и отдав распоряжение подготовить комнату, Эмили с Сесилией вернулись в гостиную. Старшие занимались своими делами: мужчины читали газеты, женщины сидели за рукоделием. Зайдя в зимний сад, они обнаружили сестру Сесилии, томящуюся в мягком кресле среди цветов. Врожденная лень, свойственная некоторым юным леди, принимает порой болезненный характер и делает процесс выздоровления бесконечным. Доктор объявил, что купальни Санкт-Морица исцелили мисс Джулию, однако та с ним не соглашалась.

– Пойдем в сад, – позвала Сесилия.

– Вам с Эмили не понять, что значит болеть, – откликнулась Джулия.

Девушки оставили ее в покое и присоединились к молодым людям, которые веселились в саду. Франсин завладела Мирабелем и облекла его на каторжные работы – качать ее на качелях. Завидев Эмили с Сесилией, он попыталась ускользнуть, но безапелляционный окрик вернул его к своим обязанностям: «Выше! – вскричала мисс де Сор. – Я хочу кататься выше всех!» Мирабель подчинился с покорностью джентльмена и в награду получил нежный ободряющий взгляд.

– Видишь? – прошептала Сесилия. – Бедняга знает, что она очень богата… Интересно, он на ней женится?

– Сомневаюсь, – с улыбкой ответила Эмили, – только не в этом доме. Ты ведь тоже богата, к тому же не забывай, что у тебя есть и другие достоинства.

Сесилия покачала головой.

– Мистер Мирабель очень милый, – признала она, – но я за него не выйду. А ты?

Эмили мысленно сравнила Албана с Мирабелем.

– Ни за что на свете! – заверила она подругу.

На следующий день Мирабель собрался уезжать. Поклонницы проводили его до дверей, где ожидала коляска мистера Вайвила. Франсин бросила гостю вслед бутоньерку.

– Не забудьте вернуться в понедельник! – воскликнула она.

Мирабель поклонился и поблагодарил ее, но последний взгляд бросил на Эмили, стоявшую чуть в сторонке. Франсин ничего не сказала, губы ее судорожно сжались, и она резко побледнела.

Глава IV. Разглагольствования

В понедельник в Монксмуре появился деревенский парнишка из Вэйл-Реджис.

Сам по себе он внимания не заслуживал, однако порученная задача сделала его достаточно важной особой, чтобы навести уныние на всех обитателей усадьбы. Парнишка-крестьянин принес дурную весть: вероломный Мирабель нарушил свое обещание. К великому разочарованию (писал преподобный), его задерживают приходские дела. Остается лишь уповать на снисходительность