Читать книгу - "Убийство в книжном - Анита Дэвисон"

не предупредил? – Она оглядела дорогу и с облегчением убедилась, что ее матери нигде не видно.

– Решил в последнюю минуту, – ответил он своим обычным отрывистым тоном. – Я здесь, чтобы отдать дань уважения Карстейрсу-младшему. Его отец пробыл моим клерком тридцать лет. Думаю, это правильно.

– Понимаю. – Будет ли он чувствовать то же самое, когда узнает, что сын старого друга предал свою страну? – Я рада, что ты здесь, папа. Ты уже говорил с тетей Вайолет?

– Кратко. Она и тот парень, инспектор, сказали, что Монти сбил конный фургон. И ты все видела. – Ханна молча кивнула, и отец спросил: – Это правда, что его подозревали в убийстве Лили-Энн Сомс?

– Все непросто, папа, – расплывчато ответила она, не желая вдаваться в объяснения на кладбище. – Полиция действует осмотрительно, поэтому я не знаю всех деталей.

– Монти всегда был бездельником и мотом, но я не могу поверить, что он убийца. – Гектор Меррилл бросил быстрый взгляд на инспектора Фаррелла. – Тебе ведь ничто не угрожает, правда?

– Нет, папа. – Уже нет. – Надеюсь, ты приехал не для того, чтобы утащить меня обратно в Суррей? – спросила она, шутя только наполовину.

– И что в этом такого уж страшного? – Уголок его рта дрогнул. – Твоя мать не понимает, зачем тебе работать в книжном магазине Вайолет. Она хочет, чтобы ты была дома, в безопасности.

– Но я дома, папа. – Ханна взяла его под руку, чувствуя, как и всегда рядом с ним, покой и защищенность. – А с дирижаблями, которые способны бомбить любую точку Европы, никто не может быть в полной безопасности. Так что я не в большей опасности, чем вы.

– Ты всегда можешь пожить у Айрис, – с ходу предложил он другой вариант. – Ей не помешала бы помощь с детьми. Особенно сейчас. – От Ханны не ускользнул его деликатный намек на то, что Айрис снова беременна.

– Так… мило с ее стороны, но последнее, что нужно моей дорогой сестре вдобавок ко всем хлопотам, это гость в доме.

Одна только мысль, что ей придется нянчиться с тремя карапузами, не достигшими и трех лет, пугала почище любой бомбы. К тому же вряд ли Айрис и в самом деле нуждалась в помощи, учитывая, что у нее были две няни и полный штат прислуги.

– Ну, я сказал свое слово. Больше ничего не могу сделать. – Отец помолчал, а потом спросил: – Ты слышала, что Бентамы вернулись?

– Нет, не слышала. – Она подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза. – Надеюсь, они знают о Лили-Энн?

Он кивнул.

– Кажется, они вообще были не на Дальнем Востоке, а в Афинах. Телеграмму от Кавана переслали из отеля в Сингапуре, так что в конце концов они ее получили, сели на первый же корабль и вчера прибыли в Англию. Нетрудно представить, как тяжело они приняли эту новость. А потом, из-за всей этой неразберихи… – Отец неопределенно махнул в сторону могилы позади них.

– Они остановились в Лондоне?

– Каван пригласил их погостить в Чизик, но Бентамы отказались. Этот дом хранит слишком много воспоминаний. Пока они остались у нас, в Фарнхэме. Что за ужасная история с Лили-Энн! Уилфред рассказал нам, что она связалась с дурной компанией и часто бывала в ночном клубе какого-то канадского гангстера на Бик-стрит, где сомнительные молодые люди до рассвета отплясывают под джаз-банды и распивают дорогое шампанское в обществе девиц легкого поведения.

– Похоже, ты прекрасно осведомлен, папа. – Ханна хотела успокоить его, объяснить, что у Мюррея все не так страшно, как он себе вообразил, но сейчас было не лучшее время упоминать, что она и сама пусть изредка, но заглядывала туда.

– А ты видела, как одеты парни в подобных заведениях? – спросил он с шумным выдохом. – Ярко-желтые или лазурные жилеты, и ни одного нормального галстука, только эти смехотворные шейные платки. И монокли! – Он фыркнул. – И танго, конечно. Чем плох старый добрый вальс, я спрашиваю? И все как один, разумеется, плевать хотели на закон о «прекрасном сне», нисколько не задумываются о последствиях.

Ханну повеселило его определение нового закона, предписывающего пабам и танцевальным залам закрываться до десяти часов вечера.

– В глубине души Лили-Энн всегда чувствовала себя одинокой. – По его отсутствующему взгляду Ханна поняла, что отец ударился в воспоминания. – Она так и не оправилась после того скандала в девятьсот четвертом. Неудивительно, что она дошла до ручки, – рассеянно пробормотал он. – Да уж, буря в стакане воды. Но слезами горю не поможешь.

– Одинокой? – с сомнением хмыкнула Ханна.

Лили-Энн всегда любила и умела быть в центре внимания. Ханна по сравнению с ней была серой мышкой. Ей стало любопытно, сколько расхожих фраз папа может выдать за день, но потом она осознала смысл того, что он сказал, и насторожилась:

– Скандал? Что за скандал, папа?

– Пожалуй, не стоит ворошить прошлое, милая. – Отец взглянул на свои карманные часы. – Мне пора возвращаться, иначе пропущу ужин. Подбросить тебя куда-нибудь? Меня ждет кеб.

– Нет, не волнуйся. Я приехала с тетей Вайолет. Счастливого пути домой, передавай маме привет. – Ханна погладила его по щеке и коротко, но крепко обняла.

– Твой отец отлично выглядит, – сказал Дариус Ханне, махавшей отцу, пока его кеб выезжал на шоссе. – Я успел перекинуться с ним парой слов. Он упомянул, что Бентамы остановились у них.

– Да, Луиза Бентам – мамина близкая подруга, поэтому они пока побудут у моих родителей. Дом в Чизике они переписали на Лили-Энн, когда она вышла замуж, так что теперь он переходит Кавану. Папа сказал, что Бентамы не хотят туда возвращаться.

– Думаю, это ужасно, быть вдали от дома и получить известие, что твой единственный ребенок убит. – Дариус отвернулся и устремил взгляд в сторону кладбища. – Я помню, как меня вызвали к директору школы и сообщили, что мама умерла.

Сердце ее сжалось от этих слов. Мать Дариуса была милейшей женщиной, при виде которой Ханне почему-то всегда приходили на ум розы и розовый цвет. Дариусу не исполнилось и пятнадцати, когда мать заболела туберкулезом. Его отец отправил ее лечиться на побережье, но было уже слишком поздно. Она умерла там, и бедный Дариус даже не смог проститься с ней, отчего гораздо тяжелее переживал утрату.

Резко вынырнув из воспоминаний, Дариус сжал