Читать книгу - "Тайна Паганини - Наталья Николаевна Александрова"

синий цвет, или вот белые, пышные… а эти совсем незаметные, красоты в них никакой, но я знаю, что самые ядовитые обычно самые неприметные…

— Прекрати! — прошипела Кармина. — Тебе что, наплевать на родную мать?

— Ну, как тебе сказать… вообще-то, у нас с ней всегда были скверные отношения… Что тут у нас?

Передо мной был ящик с обыкновенными ландышами. Вряд ли они так дороги Кармине…

Я прошла мимо них, подошла к следующему столу.

На нем стояло несколько цветочных горшков и кадок с наклеенными на них этикетками.

— Аконит… — прочитала я на первом горшке. — А это дурман… надо же, такой красивый — и тоже ядовитый! А это дельфиниум, мне и этикетка не нужна, я его узнаю. Не думала, что он тоже ядовитый! Надо же, как обманчива внешность!

Я перевела взгляд с горшков на экран телефона, увидела испуганное и раздраженное лицо Кармины.

Пожалуй, это тоже не самые любимые ее цветы…

Пошла дальше.

— Чемерица… Клещевина… Кажется, я видела где-то такие растения… Интересно, они хорошо горят?

— Прекрати! — выкрикнула Кармина.

Уже теплее…

Я сделала еще несколько шагов и остановилась перед столом, на котором в гордом одиночестве стояла кадка с каким-то невзрачным кустиком.

— Манцинелла… родом из Южной Америки… — прочитала я аккуратную надпись на этикетке. — Одно из самых ядовитых растений на земле…

Я скосила глаза на экран.

Кармина заметно побледнела. Она старалась не выдать свои чувства, но глаза невольно расширились, губы побелели…

Кажется, я нашла ее самое любимое растение… самую уязвимую точку…

— Вот, пожалуй, на этом я остановлюсь! — проговорила я задумчиво. — Манцинелла… какое красивое название!

Я на пробу выпустила из баллончика серебристую струю, щелкнула зажигалкой, повела огонек к струе, продолжая говорить, ни к кому не обращаясь:

— С этого кустика начну, но, пожалуй, сожгу всю эту оранжерею… Кому нужны эти ядовитые растения?

— Стой! — вскрикнула Кармина. — Остановись! Это такое редкое растение… я с таким трудом его раздобыла!

Я снова покосилась на экран, сделав вид, что совсем забыла про Кармину и только сейчас вспомнила о ней.

— Что ты говоришь?

— Остановись!

— Ну не знаю… если только ты сейчас же сделаешь моей матери инъекцию противоядия…

Она закусила губу, колеблясь.

— Ну нет так нет! — И я снова щелкнула зажигалкой…

Серебряная струйка вспыхнула.

Я повела огненную струю к кустику…

— Стой! — завопила Кармина. — Я сделаю укол!

— Ну так делай, и быстро! И направь телефон, чтобы я видела!

На экране появилась мамуля, полулежащая в кресле, не подающая никаких признаков жизни. Вид у нее был бледный, полуживой, глаза закатились, она едва дышала, так что я всерьез забеспокоилась, но не подала вида.

Затем появилась рука Кармины со шприцем. Кармина закатала рукав матери, поднесла к руке шприц, сделала укол…

Я продолжала наблюдать.

Вдруг мать вздрогнула, хрипло вздохнула, закашлялась и открыла глаза…

— Ну вот, ты видишь — противоядие подействовало!

— Вижу! Дай поговорить с ней!

Кармина поднесла телефон к мамуле.

Та приподняла голову, огляделась…

— Мама, как ты?

— Это ты, Светка? Даже не знаю… Такое впечатление, что у меня сильное похмелье. А что вообще случилось? И кто эта женщина? И как она попала ко мне в квартиру?

— Ладно, кажется, ты и правда более-менее в норме. А эта женщина… она проходила мимо, увидела открытую дверь и зашла, чтобы оказать тебе первую помощь.

— Мне помогла какая-то посторонняя женщина, а родная дочь не приехала! Тебе наплевать на родную мать! Я едва не померла, а тебе все равно!

— Ну, вижу, ты действительно в норме! — усмехнулась я.

Я снова обратилась к Кармине:

— А теперь быстро вали из квартиры! И проследи, чтобы мать закрыла за тобой дверь!

— А ты?

— Как только ты уйдешь, я тоже уйду из твоей оранжереи. И оставлю все как было.

— Как я смогу убедиться, что ты меня не обманешь?

— А как я смогу? Нам ничего не остается, как поверить друг другу на слово.

— Похоже, что так…

Кармина покосилась на мать, поднялась и покинула материнскую квартиру.

Мать с трудом поднялась, доковыляла до входной двери и заперла все замки.

Я перевела дыхание и огляделась.

Мне ужасно хотелось сжечь все эти ядовитые заросли, но я дала слово и вынуждена была его сдержать — ведь мне самой приходилось надеяться, что Кармина тоже сдержит свое обещание…

Девушка в общем зале обслуживала покупателя и не обратила на меня внимания. А я поняла, что нужно срочно ехать к матери и убедиться, что она в порядке.

Добралась до нее я действительно быстро.

Поднялась на лифте, позвонила в дверь…

Из-за двери донеслись быстрые приближающиеся шаги, и мамулин голос проговорил нараспев:

— Иду-у! Тигре-е-нок, это ты?

Замки щелкнули, дверь открылась.

Мамуля стояла на пороге в кокетливом шелковом халатике, волосы ее были аккуратно уложены, губы и глаза тщательно подкрашены, на лице играла улыбка.

Однако, разглядев меня, она тут же поскучнела, глаза погасли, она ссутулилась и проговорила кислым тоном:

— Ах, это ты… зачем ты приехала?

— Как зачем? — возмутилась я. — Ты ведь сама мне звонила, сказала, что тебе очень плохо, ты чуть ли не при смерти!

— Да, мне действительно было очень плохо, но пока ты соизволила до меня доехать, мне помогла совершенно посторонняя женщина! Правда, мне и сейчас плохо… — Она постаралась голосом и лицом изобразить страдание, но это не очень хорошо у нее получилось.

— Ну не знаю, у тебя хватило сил навести красоту!

Мамуля гордо выпрямилась и отчеканила:

— Я никогда — слышишь? — никогда не опущусь до того, чтобы предстать перед любимым мужчиной в неухоженном виде! Даже на смертном одре я буду тщательно накрашена!

— Что ж, это можно только уважать! — усмехнулась я.

С этими словами я наконец прошла в квартиру и принюхалась.

— Чем это у тебя пахнет?

— Ах это… — У нее сделался задумчиво-мечтательный вид. — Понимаешь, мне доставили очень хорошие духи… Я думала, это Тигренок… то есть Александр… но это вроде бы не он. Значит, это какой-то неизвестный поклонник… Значит, твоя мать еще может вызвать у мужчины настоящее, сильное чувство…

— Слушай, ты вообще понимаешь, что говоришь? Ты чуть не умерла от этих духов! Они отравлены! Их специально прислали тебе, чтобы тебя убить! При чем тут тайный поклонник и сильное чувство?

— Отравлены? — Мамуля задумчиво наморщила лоб. — Не знаю… Вечно ты что-то выдумываешь! Вечно у тебя какие-то мелодрамы!

— Ничего я не выдумываю! Тебе ведь было очень плохо после того, как ты попрыскалась этими духами!

— Может быть, это просто совпадение… может быть, духи здесь ни при чем…

— Прекрати немедленно этот цирк! — рявкнула я.

В глазах у мамули мелькнуло удивление. Она