Читать книгу - "Убийство в книжном - Анита Дэвисон"

Ханна вполне оценила тактичность Мэри, хотя внутри у нее все сжалось. Но ничего не поделаешь, ей просто придется перетерпеть очередной допрос.

– Что еще за новости? – хмуро посмотрел на нее Дариус. Его бокал замер на полпути к губам. – Когда это случилось?

– Как интересно! Скорей расскажи! – Бокал Сесили с силой опустился на стол, несколько капель выплеснулось на белую скатерть.

– Пустяки, меня слегка зашибло дверью, только и всего. Я в порядке. – Конечно же, позднее она серьезно побеседует с тетушкой.

– Что-то не похоже на пустяки. – Дариус повысил голос, чем привлек внимание сидящих за соседними столиками.

– Не цепляйся к ней, дорогой. – Сесили подняла пустой бокал, подзывая проходящего мимо официанта. – Если она не хочет говорить об этом, лучше бы тебе оставить ее в покое.

– Она ведет себя крайне неразумно. А тебе не стоило бы так налегать на выпивку. – Он решительно отобрал у Сесили полный бокал. – Это крепкая штука, ты к такому не привыкла.

– Но я собираюсь привыкнуть! – Сесили глухо рассмеялась. – Вообще-то, когда мы поженимся, я ничего другого пить не буду! И что насчет танца, который ты мне обещал? – Она потянула его за руку, но Дариус был непреклонен.

– Может быть, позже, – отмахнулся он от нее, не сводя глаз с Ханны.

– Тогда я найду кого-нибудь другого, чтобы потанцевать. – Изобразив недовольную гримасу и напоследок бросив на Дариуса взгляд через плечо, Сесили прогарцевала на танцпол.

Дариус остался равнодушен и продолжил барабанить пальцами по столу.

– Итак, расскажи мне подробно, что произошло, Ханна.

– Нечего рассказывать. Вероятно, тот, кто толкнул меня, явился за открытками. Но не получил их.

– Вот вам и защита полиции. – Дариус пожал плечами, но его взгляд оставался встревоженным.

– Я ценю твою заботу, но со мной все в порядке, правда. – Ханна потянулась, собираясь положить руку ему на плечо, но передумала. – Мне велено держаться подальше от книжного магазина, пока инспектор не закончит расследование.

– Ну, хоть что-то. И я даже выразить не могу, до какой степени это меня беспокоит. – Дариус старался сдерживать голос, хотя из-за музыки, громких разговоров и звона стекла стоял такой шум, что едва ли кто-то умудрился бы их подслушать. – Ты могла серьезно пострадать.

Танец закончился, пары пошли к своим столикам; вернулась и тетя Вайолет, которая приветствовала Дариуса теплой улыбкой и объяснила, что вынуждена была отлучиться, чтобы перехватить пару старых друзей. Пока Робсон добывал новые стулья, оркестр завел пробирающее до мурашек танго. Сесили бросила своего случайного партнера и всерьез атаковала Дариуса.

– Теперь ты просто обязан потанцевать со мной. Я специально его разучивала!

Он медленно, почти неохотно поднялся, по-прежнему не отводя глаз от Ханны, и с удивительным мастерством вошел в ритм музыки, уверенно танцуя сильную и слабую долю. Наклон головы был идеален, рука крепко удерживала Сесили в собственнической хватке. Ханна попыталась представить, каково это – быть в его объятиях, сосредоточив исключительно на себе его пристальный взгляд, которым он смотрел на нее несколько мгновений назад. В душе разгорелась крохотная искорка надежды, но тут же погасла. У всякой пары случаются разногласия и плохие дни. Сесили перепила шампанского, и, возможно, позже оба будут чувствовать себя неловко. Только и всего.

– Зачем ты рассказала Робсону, что на меня напали в магазине? – прошипела она тете Вайолет.

– О, извини, просто вырвалось.

– Ладно, но ты узнала хоть что-нибудь?

Ханна отодвинула остатки джина и долила себе еще шампанского без малейших угрызений совести. Робсон вряд ли будет возражать, он достаточно богат. Краем глаза она заметила, как мимо пронесся Дариус с Сесили, лицо у той было каменным. Они все еще ссорились? Или Ханна выдавала желаемое за действительное?

– Вообще-то, да. – Тетя Вайолет со щелчком открыла пудреницу и поднесла к лицу, вглядываясь в свое отражение. – Я только что имела весьма познавательную беседу с тремя самыми пустоголовыми девицами Лондона, которые поведали мне, что цены у одной женщины гораздо разумнее, чем у здешнего персонала.

– Цены на что? О! Официанты здесь продают что-то запрещенное?

– Тише. Незачем так орать. Но да. – Она обмахнула нос пуховкой из страусиных перьев, прежде чем захлопнуть пудреницу. – Я не узнала нужного имени, ну, понимаешь, оно известно только посвященным, но это может быть просто… – Тетушкин голос растворился в окружающем гомоне, когда внимание Ханны переключилось на дверь, и она вздрогнула, увидев знакомое лицо.

– Ханна? Ты слышала, что я сказала?

– Тетя Вайолет, – произнесла Ханна яростным шепотом, – сюда только что вошел Каван Сомс.

22

Тетя Вайолет, не поднимаясь со стула, повернулась и умудрилась сбить локтем бокал шампанского – тот опрокинулся с подноса проходящего мимо официанта прямо на платье стоявшей рядом дамы.

– О, прошу прощения, я такая неуклюжая, – сказала тетя Вайолет.

Дама, раздраженно фыркнув, несколько раз демонстративно отряхнула платье и, возмущенно кудахча, удалилась.

Пропуская рассерженную женщину, Каван поспешно отступил в сторону, с некоторым недоумением глядя ей вслед – похоже, он пропустил начало этой маленькой драмы.

– Мисс Эдвардс, Ханна. – Он кивнул на пустой стул рядом с ними и, не дождавшись реакции, выдвинул его из-за стола и сел. – Какой сюрприз видеть здесь вас обеих.

– А уж мы как удивлены, – ответила Ханна с настороженной улыбкой.

Она уже собралась было спросить, что он здесь делает, ведь его жену убили меньше месяца назад, но тут носок тетушкиной туфли ощутимо пнул ее в голень под столом, заставив промолчать.

– Я так рада тебя видеть, Каван, и выглядишь ты прекрасно. – Тетя Вайолет встала, шумно отодвинув стул, и посмотрела в дальний конец зала. – Уверена, что вижу Рэймонда Аксвита. Ты должен извинить меня, Каван, дорогой, но я просто обязана спросить у него, не передумал ли его отец подавать нашу петицию в палату общин. Надеюсь, Ханна, ты сможешь пока занять Кавана. Я вернусь через минутку.

– Тетя Вайолет, я… – Толком возразить Ханна не успела. Ее тетушка попросту растворилась в толпе.

– Я что-то не то сказал? – озадаченно нахмурился Каван.

– Нет. Ты же знаешь, она просто не может усидеть на