Читать книгу - "Тихий дом в Кедровом тупике - Анна-Лу Уэзерли"

Он не отрывает взгляда от экрана телевизора.

– Да, и я ответил на оба вопроса. Хочешь, чтобы я повторил?

– Не надо защищаться от меня. Что ты ощетинился? Это вполне законный вопрос.

– Я не защищаюсь. А от тебя одни вопросы, вопросы, вопросы. Я же не забрасываю тебя вопросами, ведь правда? Я не прижимаю тебя к стенке каждый раз, когда Джек Демпстер набирает твой номер.

– Да, но Джек мой начальник. Он женат на Деборе и не звонит мне в одиннадцать вечера.

– Ну, раз ты так говоришь…

– В каком смысле? Не неси чушь.

– Ты проводишь с ним много времени…

Она посмотрела на Роберта, не веря своим глазам.

– Только потому, что он мой начальник… я работаю с ним, Роберт! Господи, да ты знаешь Джека и Дебору с тех пор… по сути, с тех пор, как я получила эту работу.

– Я всегда считал, что он к тебе неравнодушен.

Она качает головой, фыркает.

– Это же полный абсурд.

– Ну а ты…

– Я – нет. Джек не звонит мне в одиннадцать вечера, а если бы и позвонил, то исключительно по работе. Эта… эта Мелани, с которой ты несколько недель назад целых два дня занимался съемками…

– Лори, я устал. С меня хватит. Я иду спать.

Она почувствовала, как в ней закипает гнев.

– Чего с тебя хватит? Разговоров со мной? Со своей женой? Ты отказываешься объяснять мне, по какой причине женщина с работы названивает тебе поздней ночью в четверг?

– Лори, что ты хочешь от меня услышать? – Он устало вздыхает, как будто этот разговор – тяжелейшая обуза для него. – Что сразу после знакомства я стал трахать ее у тебя за спиной?

Она подскочила, расстроенная, уязвленная, взбешенная.

– Роберт, зачем ты так говоришь? – Она почувствовала, как подступают рыдания, как слезы пощипывают глаза.

– Но ведь ты именно так и думаешь, – говорит он.

– Нет. – Она качает головой. – Я так не думаю. Почему ты все время рассказываешь мне, о чем я думаю?

– Потому что я знаю, о чем ты думаешь.

– Не знаешь!

– Знаю, Лори. Это написано у тебя на лбу. Ты же не доверяешь мне, верно? Ты никогда мне не доверяла.

– Это неправда! Я… Я просто хотела узнать, почему женщина с работы…

– Да-да, помню, почему она звонит, и я ответил тебе, что не знаю! Я иду спать.

– Тогда почему бы не выключить телефон? – Лори больше не хочет задавать вопросы, но она ничего не может с собой поделать. К этому ее подталкивает интуиция. Она же доверяет Роберту, да? Но она ненавидит, когда он вот так пренебрежителен с ней, когда он выворачивает разговор так, что она начинает чувствовать себя виноватой за то, что задает вопросы. И она все еще не может прийти в себя от нелепой идеи о том, что Джек Демпстер, ее начальник, к ней неравнодушен.

– Потому что я не хотел говорить с ней, что бы ей там ни было нужно, черт побери… Лори, у тебя паранойя, только меня это не касается, ясно?

– Не касается? Я же твоя жена, Роберт. У меня есть право спрашивать, разве нет?

– Есть, и я уже тысячу раз ответил тебе. Что из моих слов «я не знаю, зачем она звонит» тебе не понятно? Послушай, я устал. Спокойной ночи.

Роберт ушел спать, один из редких уютных вечеров был испорчен и закончен. После его ухода Лори еще некоторое время сидела на диване, мысленно проигрывая разговор. Разве она повела себя неразумно? Разве у нее паранойя? Может, вообще не надо было задавать вопросы, касаться этой темы? У них так редко появляется возможность вместе провести вечер, поваляться на диване. А она все испортила, пристала с вопросами. Спустя какое-то время она легла в кровать рядом с ним, надеясь, что они займутся любовью, но он уже крепко спал.

К утру мысли Лори приняли несколько иное направление. Она никак не могла избавиться от зудящего ощущения, что что-то не так. Реакция Роберта, то, как он ощетинился, когда она задала совершенно невинный вопрос, – все это заставило зазвучать сигнал тревоги. Однако она была озадачена; Роберт мастерски умел вывернуть ситуацию так, что она начинала сомневаться в себе. Ее главная цель состояла в том, чтобы не расстраивать его. Если он расстраивался, это означало, что несколько дней он будет дуться и молчать, а она такого вынести не могла. Но иногда у нее не хватало выдержки, хотя она и знала, что ее ждет именно такое наказание именно за то, что она высказывает свои опасения.

– Послушай, мы испортим утро точно так же, как испортили замечательный вечер, обсуждая Мелани Джонс? – Роберт наливает себе кофе. Налить ли кофе ей, он не спрашивает. – Потому что если да, то я ухожу.

– Уходишь?

Роберт закатывает глаза.

– Господи, Лори, ты не знаешь, когда нужно остановиться, а? Ты продолжаешь, и продолжаешь, и продолжаешь… Тебе не надо работать? Может, займешься чем-нибудь получше, чем торчать тут целый день и спорить из-за телефонного разговора, которого не было?

Лори судорожного сглатывает, чувствуя, как в ней закипают эмоции, как внутри, словно дрожжевое тесто, понимается напряжение, но молчит.

– У меня сегодня утром важная встреча с итальянскими отельерами, – тихо говорит она, подавляя желание разрыдаться.

– Вместе с Джеком?

– Да, с Джеком. И с Деборой, его женой…

– Удачи, – сухо говорит он, поворачиваясь к ней. – Меня несколько дней не будет. Я еду в Ньюкасл, на съемки для мужского журнала.

Лори удивленно смотрит на него.

– Ты не предупреждал.

– Разве? Ну, предупреждаю сейчас. Я уеду до обеда, только соберу кое-какие вещи.

У нее сжимается сердце.

– Тебе не кажется странным – предупреждать в последнюю минуту? – Она знает, что говорит не то, раздражает его, но не может ничего поделать с собой и со своим языком.

– Не начинай, – говорит Роберт с предостережением в голосе. – У меня такая работа, Лори, – все в последнюю минуту, и ты это отлично знаешь, черт побери.

– Я ничего не сказала, я просто… – Она сама останавливает себя. – Когда вернешься?

– В четверг, может, в пятницу, зависит от того, как пойдут съемки.

Лори кивает. Ей хочется спросить у него, кого он будет снимать, что за журнал – нормальные вопросы для обычного разговора, – однако она знает, что он опять воспримет это как допрос, поэтому молчит.

– Ну, – через пару минут говорит она, – надеюсь, съемки пройдут успешно.

– Спасибо, – говорит он, поворачиваясь к ней спиной и наливая кофе. – Надеюсь, и с отельерами все пройдет удачно.

Его слова звучат неискренне, и ей хочется плакать.

– Мне пора, – говорит она, вставая. Она мечтает, чтобы он обнял и поцеловал ее перед отъездом. – Прости меня, – говорит она, и он поворачивается и смотрит на нее.

– За что?

– За то, что сомневалась в тебе вчера вечером, за вопросы…

Вот тут Роберт улыбается, ставит свою чашку, подходит к ней и обнимает ее.

– Все в порядке, – говорит он, целуя