Читать книгу - "Неживой свидетель - Валерий Георгиевич Шарапов"

— Сторожа тоже не видели?

— Ни одной живой души.

— Какие машины рядом стояли?

— Никаких.

— И вам это не показалось странным? Спрашивается, зачем склад отпирать, если никто не приехал?

— Так машина-то уехала уже. Я увидел, как она за сквер заворачивала. Знаете, почему запомнил? Ехала очень быстро. Я еще подумал, что водитель от графика сильно отстал, поэтому припустил.

— Разглядели ее?

— Не обессудьте, вроде как «ЗИС».

— Слушайте, а если машина уже уехала, почему сторож двери не затворил? Кого ждал? — недоумевал Бурцев.

— Ясен день! Ждал, пока грузчики разложат по рядам то, что водитель привез. Мы, шоферы, — птицы вольные. Добро привез, помог сгрузить и погнал себе дальше. А грузчикам оставайся и раскладывай твое добро по полочкам, по ящичкам. — В этом месте Виноградов насторожился и спросил: — Я правильно ответил? Вы скажите, как лучше для протокола, я постараюсь другой ответ дать.

Пятницу заполнили «занятия литературой», как метко назвал вычитку архивных дел младший лейтенант Рудзиев. К счастью, за день удалось перелопатить львиную долю документов, поэтому в субботу, поручив остаток папок Жегунову, остальная опергруппа выехала на склад для проведения ревизии с участием бухгалтера «Стальбазы» Марии Зеленко. Записи о погрузке-разгрузке машин сличались с фактическим наличием лома.

«Муровцы» искали ответ на вопрос, что именно было или могло быть похищено. Увы, ничего не пропало из неровных рядов ржавеющего хлама. Не имелось здесь и ценностей, ради которых отчаянная голова пошла бы на дерзкое преступление. Никогда не привозили на «островок» подле депо детали танков и самолетов, которыми бы заинтересовались западные разведки…

Как ни грустно признавать, субботу опергруппа потратила впустую. Безрезультатная волокита продлилась и после выходного, в понедельник, когда ближе к обеду майору пришлось вернуться на Петровку, 38, где Бурцева ждала встреча с участковым инспектором Николаем Михайловичем Михеевым. Участковый явился в кабинет майора с интересными новостями.

Сегодня, в начале восьмого утра, Михеев выезжал на Большую Пошехонскую по жалобам жильцов и автомобилистов на брошенный грузовик «ЗИС-151», который вот уже более суток стоит в неположенном месте. Большая Пошехонская — тихая улочка, людей и машин там мало, поэтому грузовик не сразу привлек внимание, и обращения граждан поступили с запозданием. Никто уже не скажет, когда именно «ЗИС» пристроили позади пустующего, подлежащего сносу деревянного двухэтажного дома под номером три. Быть может, в воскресенье, а может, значительно раньше.

Михеев осмотрел машину и понял, что она соответствует ориентировке, еще в пятницу поступившей из УГРО и ГАИ. Совпадали даже номера, которые первоначально показались участковому необычными, как бы иногородними. Участковый поспешил доложить коллегам из МУРа о счастливой находке.

Не откладывая дела в долгий ящик, Бурцев направил криминалистов на Большую Пошехонскую, а сам вернулся на склад, чтобы прервать затянувшуюся ревизию и забрать свою опергруппу. Прошло не более получаса, как муровцы, щурясь от вспышек фотокамер, тоже стали осматривать этот «ЗИС» со всех сторон.

— Места здесь в избытке, надо сказать, — протянул Бурцев, покрутив головой по сторонам.

— Верно, есть где вторую машину поставить, — согласился Ефимов.

Варов чуть было не открыл рот, чтобы спросить, о чем толкуют старшие товарищи, как сообразил, зачем сюда заезжать второй машине. Прежде чем бросить угнанный грузовик, злоумышленники перегрузили награбленное в другой транспорт, который не желали «светить» рядом со складом. Сержант принялся осматривать землю в поисках следов от покрышек второй машины. Безрезультатно.

— Ах, будь ты неладна! — сокрушался он. — Затоптано все. Хотя удивляться нечему. За столько дней вряд ли бы отпечатки шин уцелели. Не найти нам, не найти…

— Не кручинься раньше времени, — сказал Бурцев. — Эксперты — ребята глазастые. Авось чего-нибудь и найдут. Ты лучше глянь на номера и скажи, что с ними не так. — Он указал пальцем на переднюю табличку номерного знака, на черном фоне которой белела комбинация из крупных, четких цифр и букв. За пару минут осмотрев ее прищуренным глазом, сержант Варов — вот что значит опыт мотоциклиста за плечами! — без колебаний вынес вердикт:

— Перекрасили.

— Думаешь? — спросил Ефимов.

— Сразу видно! Взяли белую краску и подправили буквы и цифры. Выполнили ровненько, не подкопаешься. Словно маляр или художник кистью водил. Написали, кстати, сущую чепуху, таких номеров в природе не существует. Потому он и показался странным: вроде московский, а вроде и нет. По этой «липе» вся милиция Союза сто лет бы искала, к какой организации наш грузовик приписан, и не нашла бы ни шиша.

— Ловкий трюк, черт их дери… — процедил Бурцев. — Не новички действовали, у них все на два шага вперед продумано и схвачено. Что ж, по крайней мере, у нас предостаточно «пальчиков».

Сказал он это, по большому счету, чтобы приободрить товарищей. В действительности майор прекрасно осознавал, что отпечатки пальцев не принесут скорого результата. Прежде всего снять их быстро не получится, криминалистам предстоит адский труд по «опылению» салона машины, ее дверей, зеркалец и так далее. Затем снятые отпечатки придется долго сортировать по принадлежности, формируя наборы. Весьма непростая задачка. В конечном итоге все закончится тем, что будут найдены десять наборов отпечатков, из которых половина принадлежит невиновным людям, когда-либо садившимся за руль угнанного ЗИСа.

В последнем Бурцев ошибся. Потратив несколько дней, криминалисты насчитали восемь наборов «пальчиков», а не десять. Впрочем, тоже немало. Отчет о новых находках лаборатории лег на стол Бурцева семнадцатого сентября, в четверг. Майор назвал отпечатки с таблички самыми главными и объяснил команде важность находки:

— Это не могут быть отпечатки работников предприятия, потому что такие таблички обновляют редко, поэтому любые «пальчики» с них стираются, когда шофер моет машину или когда ее поливает дождь. В перерывах между покраской табличка годами катается без единого отпечатка. О чем это говорит? О том, что обнаруженный нами набор — совсем свежий и оставлен тем «Микеланджело», который переправлял номер. Знайте, что перед вами «пальчики» преступника, причем не какого-нибудь, а соучастника в убийстве Нефедова.

— Почему? С чего вдруг? — загалдели молодые опера.

В ходе этого разговора Ефимов молча стоял в сторонке и едва заметно улыбался. Он-то был достаточно опытен, чтобы понимать значение находки и без пояснений Бурцева.

— Вот смотрите, проведем мысленный эксперимент, — терпеливо пояснял майор. — Допустим, нашли вы в салоне отпечатки некоего