Читать книгу - "Хулиномика 6.2. Элитно, подробно, подарочно! - Алексей Викторович Марков"

на протяжении этого времени? Судя по предыдущим графикам, всё будет довольно стабильно. Вроде не такой уж большой период, второй депрессии можно не дождаться. Поэтому и Блэк с Шоулзом подразумевали нормальное распределение движений цен. И именно поэтому нельзя на них всё время полагаться. Теория Блэка – Шоулза элегантна и полезна, когда все спокойно и нормально. Но в голове постоянно надо держать, что внезапно может прийти любой кризис, и тогда грош цена всем этим теориям. На чёрных лебедей их формула реагируют плохо – так что, по большому счёту, её можно засунуть в поглубже в клюв.

20.8. Опционы на рынке недвижимости

Теперь, когда ваши головы уже взорвались, подкину парочку простых мыслей. Опционы важны, и сейчас их рынок колоссален. Они действительно могут повлиять на нашу жизнь. И такие экономисты, как Роберт Шиллер (напомню, на основе его лекций был написан первый вариант этой книги), стараются расширить область их применения, чтобы они послужили простым людям.

В 2006 году он попытался запустить на CME (Чикагской товарной бирже) опционы на американские дома. Не квартирные хрущобы, а обычные дома на одну семью. Они надеялись, что люди станут покупать опционы, чтобы защититься от падения цен на недвигу, но не взлетело. А люди-то уже через 2 года начали дико страдать и мучиться – дома поотбирали у них во время кризиса необеспеченных ипотек. Защищаться никто не стал. Понятно, что был какой-то шум во власти, и Обама придумал программу защиты цен на дома. Но мы-то знаем, кто там чмо и кто ссыт у нас в подъездах. Поэтому программа тоже не взлетела. А Шиллер до сих пор пытается сделать так, чтобы при получении ипотеки людям выдавали опцион на их дом.

Но это футуристические риски какие-то. Я что хочу сказать: рынки опционов важны и нужны. Люди не умеют обращаться с рисками, а некоторые просто тупые. Если им дать в руки опцион или страховку – им хоть немного полегчает и наш мир станет лучше.

Или нет.

Глава 21

Инструменты больших парней

Для начала удивлю: управление инвестициями, сведённое к базовым принципам, – вещь очень простая. Если смотреть на свой инвестиционный портфель как на жизненный капитал – то есть установить горизонт планирования хотя бы лет в 10 (а лучше в 20) – и подумать, что для этого хорошо, а что не годится, то мы придём к одним и тем же выводам: 1) перекос в сторону акций имеет смысл, так как на длинном периоде они склонны расти; 2) диверсификация очень важна.

Любой, кто прочитал хоть что-то о финансах, да даже и просто оголтело торгует на свой страх и риск, в глубине души понимает, что диверсификация яиц в разные корзины – принцип обалдеть какой фундаментальный. Знаменитый теоретик портфельной теории Гарри Марковиц называл диверсификацию бесплатным сыром. Мы всю жизнь доказываем и рассказываем, где бывает бесплатный сыр, но факт в том, что с помощью диверсификации на любой выбранный уровень доходности можно снизить риск, а на любой уровень риска можно постараться увеличить доход. Круто, а?

Пришло время рассказать про Дэвида Свенсена, портфельного управляющего, который начал управлять фондом Йельского университета в 1985 году. Он немного поработал на Уолл-стрит, но портфельным управлением никогда не занимался. И вдруг оказался с миллиардом долларов – тогда это была огромная сумма (да и сейчас тоже неплохая); расходы всего бюджета РФ на образование в 2016 году – чуть больше 5 миллиардов долларов. В 2015 году фонд Йельского университета составил около 23 миллиардов долларов, это уже в 4 раза больше бюджета РФ на образование. Хочу вас ещё немного огорчить: это был даже не самый большой фонд американского университета, а лишь четвёртый по величине.

21.1. Эндаумент не для даунов

Ну ладно, поплакали немного, но вот вопрос: что же сделал этот неопытный с виду парень? Даже нет, сперва объясню, чем он нам интересен. Дело в том, что эндаумент-фонд – это для нашего постсоветского взгляда вещь очень необычная. Это деньги, на которые существует университет, но не просто деньги, а проценты с этих денег. Есть фонд, и университет должен существовать на доходы с капитала, не тратя сам капитал, а желательно ещё и наращивая его. Понятно, что у универа есть нехилый доход от обучения богатых детишек, но когда у тебя есть фонд, ты можешь делать с учебной программой всё что угодно; тебе не нужны ни государственные деньги, ни деньги студентов. Хочешь – ракету строй; хочешь – шахту копай; хочешь – устрой в кампусе экспериментальную сауну с негритянками или кто там по политике инклюзивности полагается.

Чем пример такого фонда особенно замечателен? Фишка в том, что он похож на нашу с вами жизнь. Ну, то есть на мою точно похож: я всю жизнь копил. Многие как психи учатся всю жизнь, чтобы изо всех сил работать. Я всю жизнь учусь, чтобы изо всех сил не работать. Так и тут: когда у тебя есть фонд, который приносит доход, ты можешь жить на проценты и спокойно дуть траву на диване, пересматривая «Теорию Большого Взрыва». А самое крутое – это когда ты тратишь меньше, чем зарабатываешь с процентов. Тогда твой капитал ещё и растёт. Поэтому для нас этот случай – чуть ли не самый интересный в мире портфельного управления. У человека есть зарплата, это ок, это нормально. У Йеля тоже есть доходы от обучения. Но фонд – это куда лучше зарплаты!

Вернёмся к Дэвиду нашему Свенсену. Для начала он сделал довольно очевидную вещь: посмотрел, что делают все остальные управляющие. Он исследовал эндаумент-портфели других колледжей и университетов. Выяснилось, что 50 % активов были вложены в акции США, 40 % – в облигации и валюту и около 10 % в какие-то альтернативы. Дэвид повтыкал в эту тему и подумал: что-то это немного странновато. Половина всех средств вложено в один класс активов – акции американских компаний, ещё 40 % – в американские облигации и американские же доллары, то есть 90 % вложений так или иначе связано с финансовыми рынками США, и только 10 % вложено в недвижимость, венчуры или в частные компании. Это диверсификацией не назовёшь! Не отягощённый традиционными взглядами, Дэвид кардинально изменил систему управления эндаумент-фондами и преобразил всё портфельное управление.

Несколько лет назад он написал книгу «Pioneering Portfolio Management»[136], где описал свой подход: как он отошёл от модели 50 % акций / 40 % облигаций к модели с большей долей акционерного капитала (включая венчур и всевозможные хеджевые фонды)