Читать книгу - "49 ночей в салоне «Камелия» - Сури Ко"

зеленым луком в кляре и ттоккуком, Иджин восхищенно присвистнул:

– Тетя… А это точно кимпапная? Почему тут такой… праздничный стол?

Покхи поставила в центр пэксольги[71].

– Это не просто праздник. Это день рождения.

– Чей?

– Если строго говорить… первый год жизни.

– А-а, поэтому и цветы?

– Цветы я всегда покупаю для себя.

– Но сегодня я хотел подарить их вам.

Чжихо протянул Покхи букет – пышные розы, будто сошедшие с картины на стене. Женщина смущенно улыбнулась, щеки ее порозовели.

И тут дверь кимпапной распахнулась.

– Здравствуйте!

– Брат и сестра Ма, заходите!

Двое подростков низко поклонились старшим. Брат и сестра: аккуратный старшеклассник в школьной форме, улыбающийся широко и просто, и девочка в стильном спортивном костюме с запоминающимся сильным взглядом. Странная пара, но лица их почему-то казались знакомыми.

– Ма Чжангун, я тебе говорила или нет? Входи быстрее!

– Говорила, говорила, Чжанми… Только я рюкзак забыл…

– Ты вообще в себе?

Едва войдя, они уже препирались.

– Вот розы!

– Ой, какие красивые! Прямо и не понять, где тут цветок. – Чжанми радостно улыбнулась Соре.

– Эй, ты что, намекаешь, что она сама роза?[72]

– Рот закрой.

Ма Чжанми одним взглядом усмирила даже Ю Иджина. Чжихо фыркнул от смеха.

Когда к столу присоединились близнецы Ма, кимпапная наполнилась до отказа. Зазвучали детский гомон, смех, голоса. Чхансу и Покхи смотрели на шумных ребят и улыбались. Тихо. Долго. Так улыбаются люди, которые наконец-то живут.

– Ешьте, не стесняйтесь.

– Приятного аппетита!

Они уселись кружком и ели вместе. Чхансу, Сора, Чжихо, Иджин, Чжангун и Чжанми – все с аппетитом уплетали блюда, приготовленные Покхи.

– Ешьте, ешьте побольше.

Покхи смотрела на эти милые лица с надутыми щеками.

– Вкусно, очень вкусно!

Восклицания с похвалой наполняли ее сердце, как воздух – воздушный шар. Глядя на кимпап, нарезанный кружочками и распустившийся на тарелке пестрыми цветами, она вдруг вспомнила последнюю ночь в салоне «Камелия». Забота – это кормить тем, что сделал своими руками, счастье – это готовить теплую еду и есть ее в теплом месте. Покхи хотелось делиться именно этим.

Иджин, жуя, спросил:

– Тетя, а когда была сделана та фотография?

– Прошлой зимой.

– А где это? Фотостудия выглядит очень модной. Такая ретроатмосфера, будто вы в старой кофейне… И композиция необычная: вы странно сидите втроем. Еще и черно-белая, выцветшая…

Рядом с картиной Рауля Дюфи висела фотография размером с ладонь. В центре Чжихо, по бокам – Чхансу и Покхи. И фон, и композиция действительно были необычными: много пустого пространства, а трое, словно нарочно, сдвинуты в угол. Чхансу, Чжихо и Покхи сидели рядом и улыбались.

– Мне тоже каждый раз интересно, – сказал кто-то. – Все улыбаются, но фотография какая-то… странная.

– И то, что вы так близки, тоже удивительно, – добавили Чжанми и Чжангун.

– Это салон «Камелия», – ответил Чхансу.

То, что видели Чхансу, Чжихо и Покхи, было доступно только им троим. Вся «Камелия» была там: смеющийся во весь рот Дуёль, сияющая Ису, Сунджа с доброй и мягкой улыбкой, Чжина с ласковым взглядом, Вону с тихой, сдержанной ухмылкой.

«Это последний подарок. Память о салоне „Камелия“, собранная с любовью».

Казалось, вот-вот раздастся мелодичный голос мадам. Как они там поживают? Хотелось увидеть их снова.

– Смотрите, тут красивый кот.

Сора указала на фотографию. Там, где другие видели лишь пустоту, черный кот Бари сверкал янтарными глазами.

– Сора его видит, – тихо сказал Чжихо, погладив девочку по голове.

Все замолчали. Фотография казалась очень уж странной и загадочной. Дети рассмеялись, стараясь замять неловкость.

– А как вы познакомились с нашим папой? – спросила Чжанми, прихлебывая ттоккук.

– В свое время я с господином Ма Дуёлем и еду делила, и чай вместе пила. Он много рассказывал о вас. Говорит, вы так хотели быстрее вырасти, что на Новый год съедали по три миски ттоккука. И каждый раз, когда проезжала пожарная машина, вы махали ему рукой. Он говорил, что это делало его безмерно счастливым.

– А я с господином Ма Дуёлем воздушных змеев запускал. Он признавался, что быть вашим отцом – самое большое достижение в его жизни.

Покхи и Чхансу вспоминали Ма Дуёля. Чжангун, до боли похожий на отца, ухмыльнулся.

– Зимой я особенно часто думаю о папе. Каждый год на Рождество он притворялся Санта-Клаусом и оставлял у изголовья подарки и письма.

– Ты знала? А он говорил, что это строжайшая тайна, – рассмеялась Покхи.

Чжанми хихикнула:

– Да как тут не догадаться? Он, бородатый, с утра целовал нас, пил какао и украдкой всхлипывал. Мы просто делали вид, что спим, чтобы ему не было неловко. Папа давно ушел, а я все помню. Наш папа… Он был надежным, очень любящим и по-настоящему классным человеком.

– Точно. Дядя Дуёль был героем, – поддержал Чжихо. – Он и меня спас.

– Ну и слава богу. Наш папа спас такого умного, красивого и подающего большие надежды человека, как Ан Чжихо. Ты же наше будущее.

– Тогда можно и я немного включусь в твое будущее? Давай дружить долго-долго.

– И я тоже. Давайте дружить.

Ровесники – Ма Чжанми, Ма Чжангун и Ю Иджин – по очереди хлопнули Ан Чжихо по плечу, скрепляя свое решение.

– Чего вы такие… Фу, аж мурашки, – буркнул Чжихо.

«Вот бы дядя Дуёль и Ису это увидели. Фу, до чего же у меня противно-очаровательные друзья».

Чжихо нарочно отвернулся, притворяясь, что его передернуло.

– А Ису… Она была ребенком, похожим на солнечный свет.

– Верно. Солнечный свет весеннего дня.

Покхи и Чхансу вспоминали Ю Ису. Иджин округлил глаза и спросил:

– Вы и мою сестру знали? Вот это да… Она умерла, когда мне было десять. В аварии. Она спасла меня, ее органы спасли еще шестерых человек. Настоящий ангел. Чжихо, ты ведь ее не видел? Моя сестра была очень красивая.

Чжихо смотрел на удивительно красивого ангела – Ю Ису – на памятной фотографии. Ю Иджин и представить себе не мог бы, какая связь существовала между ним и Ю Ису.

Связь… судьба… Окинув взглядом сидящих напротив людей, Чжихо подумал: если бы дядя Дуёль не спас ему жизнь, если бы Ю Ису не поверила в его существование, если бы он не покинул мир, смог бы он побывать в салоне «Камелия»? Смог бы встретить этих людей здесь сейчас? Вдруг все решения и все встречи в его жизни показались ему поразительными. Он обязан был пройти через них.

– Братец Чжихо, а «уйти из этого мира» – это значит «умереть»?

– Да. Это как твоя мама: она далеко уехала, и вы на время расстались.

– Тогда вы еще встретитесь.

– Какая же ты у нас умница, Сора. Да, однажды мы снова встретимся.

Чжихо погладил Сору по голове.

– Мне нравится, что мы можем вот так спокойно говорить о тех, с кем расстались, – сказал Иджин. – Обычно это дается трудно: сразу становится тяжело. А я… я хочу много говорить о своей сестре. Чтобы помнить ее.

– Да. Я тоже хочу помнить. Хочу говорить, чтобы не забыть, – кивнула Чжанми.

– Я на время рассталась со своей мамой и дочерью.

– А я – с мамой Ходжуна. Похоже,