Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

– У стороны защиты есть что сказать? – уточнил женский голос.

– Да, госпожа верховная судья. – Юноша привстал и положил руку на сердце. – Я, Ролан Ферхенд, клянусь не лгать и всегда говорить правду вплоть до оглашения окончательного приговора. Итак, я требую перенести суд и провести его через месяц.

– Отказано! – перебили его.

– Послушайте, госпожа. Александр Драгомир является главным обвинителем и при этом имеет голос среди присяжных. Разве это честный суд? Я внимательно изучил особо тяжкие преступления последних шестидесяти лет и могу сказать, что в 1901 году уже было такое заседание, когда обвинителем и одновременно присяжным выступала королева белых фей Тиана Альбрехт. Тогда с вашей же стороны были немедленно приняты меры и суд оказался перенесен на год вперед.

По залу прошелся одобрительный шепот. Светлые, феи и ведьмы заметно засуетились, по большей части высказывая знаки поддержки Ролану. Мне тоже такой расклад дел показался разумным.

– Присяжные отбирались качественно и совершенно случайно. Мы просматривали их личные данные и процент стрессоустойчивости. В 1901 году действительно был подобный случай в деле по убийству белой феей светлого. Суд счел некомпетентным столь активное участие королевы нападавшей стороны в следствии. Господин Драгомир выбрался обвиняемым из трех других, только по причине того, что лучше всего знаком с правилами суда. Мало того, в протоколе о проведении суда присяжных ясно говорится, что подобная ситуация может произойти, если обвинитель приносит энергетическую клятву перед судом. И, рассматривая подобное со всех сторон, можно смело заявить, что вы, господин Ферхенд, тоже тут находитесь не совсем на законных основаниях, ведь являетесь кровным родственником подсудимой. Поэтому отказано! У стороны защиты есть еще что-нибудь перед вынесением приговора?

– Касаемо этой статьи нет, госпожа судья.

– Раз у стороны защиты больше нет никаких доводов, даю перерыв десять минут на совещание присяжным, – отчеканил тонкий голос, и я наконец поняла, что он принадлежал тучной темнокожей брюнетке, сидящей между синей и белой трибунами.

Зал вновь встрепенулся, а я откровенно заскучала, не зная, с кем и заговорить. Мужчина, сидящий рядом со мной, явно не был заинтересован в беседе, отвернувшись к женщине напротив него. Я была уверена в том, что Амелию Альбрехт признают виновной, и ей придется понести наказание в полной мере, поэтому итогом знатно удивилась. После небольшого перерыва присяжные принялись оглашать вердикты. Из ведьм оба, включая Поля, высказались за виновность Амелии, а вот феи разделились: белые посчитали неправильным решение и попросили смягчить наказание в виде лишения всех титулов, красные, к всеобщим вздохам и ахам, оказались асинхронны. Светлые вовсе повалили всех наповал:

– Я считаю госпожу Альбрехт абсолютно полностью виновной, однако также считаю верным смягчить наказание в виде отказа от всех титулов и старения на двадцать лет. Бумаги былых лет, по сути, ничего не решали, ведь мы и без того смогли уничтожить врагов, при этом избежав массовых потерь, – высказался Александр. Следом за ним это повторил и мужчина средних лет, сидящий рядом.

– Амелия Альбрехт, обвиняемая по статье десять точка один, о сокрытии важных материалов, – послышался стук молотка, – признается виновной по своей статье, но из-за многочисленных просьб присяжных, в том числе обвинителя, помилована и получает наказание в виде лишения звания королевы красных фей, места в совете, изоляцию на пять лет от внешнего мира в румынской светлой тюрьме и старению на двадцать лет. – Женщина прокашлялась. – Переходим ко второму заседанию. Прошу сторону обвинений дать показания.

И вновь Александр оказался в центре зала. На этот раз он выглядел куда более собраннее и напряженнее, отчего сразу подтверждалась важность вынесения окончательного вердикта по новому делу.

– Амелия Альбрехт обвиняется по статье пять точка один. Она гласит об умышленном нападении и причинении вреда здоровью светлого при помощи подмены воспоминаний и затуманивания разума. Нападение было произведено из-за ложной информации о хранении данным светлым у себя перстня завесы. Сторона обвинения запрашивает наказание в виде пожизненной изоляции в румынской светлой тюрьме и сорока годов старения.

– У стороны защиты есть что сказать?

– Да, госпожа верховная судья. Прошу вызвать свидетеля по делу.

– Запрос принят. Прошу выйти свидетеля!

Я заметила боковым зрением копошение справа от меня. Благодаря скорости энергетического вампира, «свидетель» быстро скрылся, оказываясь в самом низу. Пред глазами появился невероятно высокий, даже на фоне Александра, мужчина с черными, как ворон, волосами. На мгновение я перевела взгляд на того самого выходца Роспондов, сидящего рядом со мной. Они были невероятно похожи друг на друга.

– Свидетель, представьтесь.

– Зибор Роспонд, госпожа судья. Именно на меня было воспроизведено нападение.

– Запрашиваю у суда провести собственный допрос, – попросил Ролан, вновь вставая со скамейки.

– Разрешаю.

Ролан поклонился, подходя ближе к Зибору. Тот стоял чуть поодаль от Драгомира. Мне не было известно, что творилось у Александра в голове, однако за время, проведенное с ним, я смогла изучить ряд его повадок. И в данный момент складывалось впечатление, что допрос свидетеля явился для него непредвиденным новшеством, граничащим с планами по заседанию.

– Когда и где произошло нападение госпожи Альбрехт на вас?

– В мае этого года. Амелия позвала меня на личную беседу к красным феям. Местоположение дома королевской семьи разглашать не могу.

– То есть вы подтверждаете, что нападение все-таки состоялось?

– Да, – Зибор произнес это уверенно, ничуть не колеблясь.

– Действительно ли госпожа Альбрехт провела его, чтобы выкрасть перстень завесы, который, по определенным сведениям, находился у вас?

Роспонд улыбнулся, почти что оскалился, после пропуская легкий смешок. Я могла поклясться, что в тот момент увидела, как он взглянул на Александра с не менее довольным лицом.

– Нападение было. Не в целях выкрасть кольцо, правда, а для личной самообороны. Она действительно спрашивала у меня про кольцо, после чего мы повздорили… Мне присуща импульсивность, поэтому я воспользовался собственной способностью. Амелия лишь оборонялась.

– Какая у вас способность, господин Роспонд? Остались ли какие-либо телесные повреждения у госпожи Альбрехт, подтверждающие вашу версию? – уточнил Ролан, плавно подходя к сути.

– У семьи Роспонд все способности основаны на том или ином взаимодействии с предметами. Я орудую металлом. Поэтому видоизменил металлический подсвечник в острие и метнул его в госпожу Альбрехт. Оружие было небольшим, поэтому, полагаю, должен остаться небольшой шрам на груди. Амелия атаковала мой разум, только чтобы успокоить.

– Свидетель, вы понимаете, что сейчас сами признались в преступлении? – уточнила темнокожая женщина.

– Безусловно, госпожа главная судья.

Наступила минутная тишина, которую развеял Ролан, провозгласивший опрос законченным.

– Таким образом, сторона защиты требует снятия обвинения с госпожи Альбрехт и полного пересмотра дела.

– Одобрено! Заседание присяжных не требуется. Обвинения по