Читать книгу - "Ваша вина - Мерседес Рон"

 — Не знаю, Дженна. Я ужасно переживаю. Мне его так не хватает, но в то же время я чувствую себя… Не знаю. Может, «преданной» — подходящее слово?

 — Ноа, я ведь уже говорила тебе, что лучше оставить всю эту историю с Марианой в покое. Правда.

 Я посмотрела ей в глаза.

 — Какой она была? — спросила я, прекрасно понимая, что подобные вопросы ничем мне не помогут, а лишь посыплют солью открытую рану.

 Дженна взяла чашку кофе, сделала пару глотков и только потом ответила.

 — Она была… притягательной, — произнесла подруга, пожав плечами. — Из тех девушек, которые привлекают к себе всех вокруг, словно обладают каким-то гипнотическим воздействием. Не знаю, как объяснить, но даже мне хотелось с ней дружить, понимаешь? Хотелось ей нравиться, хотелось, чтобы она приглашала меня на свои вечеринки.

 — А Ник? — спросила я, разглядывая салфетку и делая вид, будто пытаюсь вытащить выбившуюся нитку из белой ткани. — Каким он был с ней?

 — Ну… Таким, каким бывает Ник, когда влюблён, — призналась Дженна.

 Словно кто-то вогнал мне в сердце кол.

 Я посмотрела на подругу, а она поставила кофейную чашку на фарфоровое блюдце.

 — Ноа, что ты хочешь от меня услышать? — спросила она. — Нику тогда было почти двадцать, он был совершенно не в себе из-за родителей. Представь себе парня, едва вышедшего из подросткового возраста, злого на весь мир, с бушующими гормонами, который проводит время с этим неотёсанным болваном, моим мужем. И тут он знакомится с потрясающей красоткой, у которой в голове такой же бардак, как у него самого.

 — Что она с ним сделала, Дженна? Почему заставила его страдать? Почему Ник чувствовал себя виноватым в её смерти?

 Мне показалось, что подруга собирается сменить тему, но я продолжала настаивать.

 — Ноа, думаю, об этом тебе должен рассказать сам Ник. Я могу сказать лишь одно: эта девушка жила на пределе. Помню, в какой-то момент она стала настолько безрассудной, что нам всем пришлось от неё отдалиться. Всем, кроме Ника. Именно тогда начались гонки, покерные партии, вечеринки до самого утра… Я отстранилась первой. Я была младше остальных, и Лайон понимал, что мне не стоит водиться с такой компанией. Но Ник… Не знаю, словно саморазрушение, к которому стремилась Мариана, притягивало его, как свет притягивает мотыльков. Иногда казалось, будто они оба хотели…

 Я уловила страх в голосе подруги, и сердце бешено заколотилось.

 — Хотели чего? — настойчиво спросила я.

 Дженна снова посмотрела мне в глаза.

 — Эти двое вместе были словно машина, которая входит в поворот на скорости двести километров в час, и никто из них даже не собирается тормозить.

 Я представила себе эту картину.

 Представила Ника — сломленного, молодого, безрассудного, каким он был всегда, — и вдруг многое из того времени, когда мы познакомились, обрело для меня смысл.

 То, насколько замкнутым он был. Насколько ему было насрать на всё и на всех, даже на меня, по крайней мере в самом начале.

 Я вспомнила тот случай, когда он бросил меня одну на обочине дороги, совершенно не заботясь о том, что со мной может что-нибудь случиться. Он злился на весь мир, поглощённый собственной тьмой.

 А потом был Ник, который влюбился. Ник, который защищал меня, даже когда мы не были вместе…

 — Ненавижу эту девушку, — не удержалась я.

 Дженна молча кивнула.

 — Они были словно огонь и бензин. Я тоже начала ненавидеть её, когда увидела, что она тянет моего лучшего друга на самое дно. А потом мне стало её жаль. Я поняла, что бывают раны настолько глубокие, что они поглощают всё хорошее, что тебя окружает.

 — Почему у меня такое ощущение, будто всё, что происходило потом между нами с Ником, теперь приобретает совершенно другой смысл?

 Дженна взяла меня за руку, заставляя посмотреть ей в глаза.

 — Потому что тебе досталась его окончательная версия. Ник, которому уже никто не мог причинить боль, потому что это стало просто невозможно… Ты вернула его к жизни, Ноа, и сама это прекрасно знаешь. Ты стала его настоящей любовью. Чёрт возьми, он на тебе женился! У вас есть ребёнок. Почему тебя так волнует то, что случилось в прошлом?

 Я печально пожала плечами.

 — Потому что я всегда думала, что была первой и останусь последней.

 — Милая, ты самая важная.

 Я молча кивнула.

 Именно в этот момент появился Зак с Ив на руках.

 Энди обрадовался, увидев девочку. Я невольно улыбнулась, заметив, насколько крепко они успели подружиться.

 — Как дела, девчонки? — спросил Зак, усаживаясь рядом со мной и закидывая руку на спинку стула.

 Дженна выдавила улыбку, и я последовала её примеру.

 Разговор выдался тяжёлым, и поначалу нам обеим было непросто сделать вид, будто ничего не произошло.

 — У вас всё нормально?

 — Просто замечательно, — ответила я с улыбкой.

 — А скоро будет ещё лучше, потому что у меня для вас есть предложение! — объявила Дженна, меняя тему и улыбаясь так, что это не предвещало ничего хорошего.

 Зак вопросительно вскинул брови, глядя на меня, а я ответила ему несколько обеспокоенным взглядом.

 — Как насчёт того, чтобы провести выходные на озере Тахо в честь дня рождения Лайона? У моих родителей там есть дом, так что мы можем без проблем туда поехать. Будет невероятно весело! Я видела прогноз — возможно, даже снег выпадет. Детям ужасно понравится! Нана сможет поехать с нами и присмотреть за малышами, пока мы, взрослые, будем расслабляться в джакузии-и-и! — пропела она, растянув последнюю гласную на несколько секунд.

 Дженна наняла няню, которая помогала ей с Джун. Подруга была невероятно довольна Наной, поскольку та знала всевозможные способы облегчить боли в животике, вызванные коликами. Дженна, похоже, наконец-то наверстала упущенные часы сна, и её настроение заметно улучшилось. Даже Джун словно подменили: теперь она спала как убитая, и животик больше её не беспокоил.

 Зак улыбнулся мне, а я почувствовала лёгкую неловкость из-за ситуации, в которую меня поставила Дженна.

 Я не рассказывала подруге о том, как Ник отреагировал на мою дружбу с Заком. Мне не хотелось обсуждать это, потому что, если честно, подобный разговор выставил бы моего мужа в крайне невыгодном свете. Я совершенно не горела желанием вслух признавать, что мы вернулись к тем же архаичным порядкам, которые царили в начале наших отношений, когда ревность стала серьёзной проблемой.

 Ник упорно твердил, что дело вовсе не в ревности, а скорее в недоверии к моему другу, хотя