Читать книгу - "Там, где встречаются небо и море - Лина Казак"

ней все в порядке? Она в безопасности? — Слова срываются с губ прежде, чем они успевают заговорить.

Оба быстро кивают.

— Никаких происшествий, сир, — говорит Грегоран. — Мы были предельно бдительны, как вы и приказывали. Но я думаю…

— Что?

Она пострадала?

Отец что-то сделал?

Заболела? Нет, идиот, она бы сама себя исцелила.

— Что случилось? — резко спрашиваю я, когда Грегоран медлит с ответом.

Мужчины переглядываются, и мне стоит огромных усилий не стукнуть их лбами друг о друга.

— Принцесса все это время не покидала ваших покоев. Она казалась подавленной. Мы думаем… прошу прощения, если перехожу границы, сир, но мы думаем, что она скучала по вам.

Острая боль пронзает сердце. Должно быть, Майя оставалась в наших покоях, чтобы не встречаться с моим отцом, как я и просил.

Она называла это клеткой, когда в первые дни нашего брака я заставлял ее сидеть взаперти. Ярость копилась в ней, пока она — и вполне справедливо — не начала бороться за то, чего заслуживала.

Сожаление болезненно сжимает сердце при мысли о том, что ей снова пришлось прятаться.

Меня не было всего неделю. И все же я чувствую, что мне предстоит немало покаяния — но я с радостью простоял бы на коленях всю ночь, если бы она позволила.

— Благодарю вас обоих.

Затем я распахиваю дверь и вхожу в наши покои.

В наши пустые покои.

— Майя? — зову я, хмурясь.

Дверь в купальню приоткрыта, но внутри ее нет.

Я не чувствую ее энергетического следа и на балконе.

Небо темнеет.

Я направляюсь к выходу, готовый обрушиться с гневом на Грегорана и Фрейнка за то, что они снова упустили Майю, но тут мой взгляд падает на вход в туннель.

Край двери туннеля стоит слегка неровно. Кто-то другой этого бы не заметил, но мне это бросается в глаза, словно пощечина.

Дыхание с резким выдохом вырывается из груди.

Неужели Тормик послал воинов забрать Майю домой, как это сделал отец Турмы?

Ушла ли Майя добровольно, или ее забрали силой?

Не опоздал ли я?

Я уже готов позвать Фрейнка и Грегорана, чтобы они привели подкрепление, но времени нет. Возможно, похитители уже покинули дворец. Вместе с моей женой.

Скрытая дверь легко поддается, когда я ударяю по ней кулаком. Меня встречает сырой, застоявшийся воздух и удушающее чувство страха. Зажмурившись, я выпускаю наружу свою силу, пытаясь уловить энергетические следы.

Ничего.

Так и подмывает броситься бегом по узкому проходу, выкрикивая имя Майи, пока не найду ее, но я заставляю себя двигаться бесшумно и размеренно. Если в туннелях находятся воины тундрейна, нужно действовать осторожно. Рассудительно. Я не могу рисковать тем, что они причинят Майе вред.

Но что, если Майя сама хочет уйти с ними? Я отгоняю эту навязчивую мысль — сама мысль о такой реальности невыносима.

Нет. Нет, она бы не бросила меня.

Она любит меня. Я видел это в ее глазах перед тем, как уйти. Ей было хорошо со мной. И я обещал отвезти ее в Тундрейн, она бы не…

Я ​​замедляю шаг.

Впереди проход расширяется, переходя в обширную пещеру; в противоположной стене виднеются входы в три туннеля поменьше. Я останавливаюсь у каждого из них, сканируя пространство своей силой. Паника сжимает грудь. Мне нужно найти ее.

Дыхание перехватывает: в глубине третьего туннеля вдалеке пульсируют слабые электрические разряды.

Я иду дальше. Небеса, пусть с ней все будет хорошо. Пусть она останется невредимой.

Пусть она захочет остаться.

Я был на полпути к туннелю, когда почувствовал это. Энергетический след Майи звучит вдалеке. Течение приглушено, но даже с такого расстояния бешеная пульсация говорит мне, что она взволнована.

Рядом с ней есть второй след. Мощнее.

Блядь. Блядь. Блядь.

Я с грохотом пробираюсь по темному коридору. Звук льющейся воды из мелководного канала, вырезанного в полу, становится громче по мере моего приближения.

Мое сердце падает в желудок.

Его место занимает горячая, потрескивающая ярость.

Перед глазами мелькают белые искры. Дыхание становится рваным, каждый вдох — словно нож, вонзающийся в сердце.

Это чертов капитан.

И он прижал мою жену к каменной стене.

Его большая рука сжимает ее бедро, удерживая на своей талии.

И он целует ее.

Энергетический след Майи яростно вибрирует в воздухе, как будто она отчаянно ищет спасения. Это далеко не то расслабленное, нежное жужжание, когда она со мной.

Моя жена расстроена — она этого не хочет. Шепот облегчения пробегает по моей спине, хотя моя ярость нарастает.

Этот ублюдок насильно целует мою Майю.

Я не думаю. Что-то разблокируется внутри моей груди, и колодец моей силы вырывается на свободу — это уже третий раз.

Я знаю, что делать.

Меня охватывает ярость.

Меня манит энергетический след капитана, готового выполнить мои команды.

И я приказываю ему умереть.

Этому ублюдку, который вломился в мой дворец и посмел распустить руки и коснуться моей жены.

Его электрические токи обращаются против него. Его тело дергается в воздухе, отталкивая его от Майи.

— Чт…

Воздух вокруг него шипит, а его тело начинает трясти в конвульсиях. Его конечности искажаются. Треск становится громче. На этот раз, когда запах горелого мяса пропитывает воздух, я наслаждаюсь им. Воздух вокруг меня потрескивает, ярость все еще струится по моим венам.

Капитан падает на пол, превратившись в кучу окоченевших конечностей.

Я наконец-то вижу лицо Майи.

Вот только она не выглядит так, будто ее спасли.

Она не бросилась мне в руки, как я ожидал.

Она выглядит убитой горем.

Глава 41



Мой гнев испаряется при виде выражения лица моей жены.

Почему она выглядит расстроенной? Он ведь принуждал ее к поцелую.

Не так ли?

Майя смотрит на безжизненное тело капитана, ее глаза наполняются слезами. Она издает болезненный крик, который разрывает мое сердце пополам.

О Небеса.

Не могу дышать.

Майя падает на колени рядом с капитаном, слезы текут по ее бледным щекам…

И мой мир рушится.

Как же я ошибался. Как же сильно ошибался.

Моя жена держит на коленях голову своего умершего возлюбленного, ее щеки мокрые от предательских слез. Она мучительно медленно скользит пальцами по его лицу. Мое сердце разрывается от боли.

Она меня не любит. Она никогда меня не любила.

Пусть Небеса погрузятся в вечное забвение и я вместе с ними.

Он пришел забрать ее обратно. Забрать ее домой.

И я убил его. Мужчину, которого любит моя жена.

Нет названия тому горю, просачивающемуся сквозь мои кости,