Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

4. Элизабет Грант и Иренка Ясецкая обязуются подписать контракт, таким образом позволяя Александру Драгомиру полностью распоряжаться судьбой ребенка после его совершеннолетия».

Перечитав каждый пункт около пяти раз, я все пыталась обнаружить подвох, отыскать заветный ключ к златому сундуку. Я вышла замуж за Поля, потому что Александр мне так наказал, и зачали мы Виктора по этой же причине. Крылось в данном нечто невообразимо страшное, ведь и этот случай ничем не отличался: Драгомиру отчего-то нужен был ребенок от союза ведьмака и человека. Раньше я считала, что ему попросту наскучило со мной играться и он отдал свою некогда любимую куклу тому, кто оказался рядом. Сейчас мое мнение поменялось. Однако не понимала я одного: зачем Александру второй? Неужели Виктор не подошел?

– И что же будет с ребенком после совершеннолетия? – спросила, выискивая проблески правды в серых глазах. Не вышло, только лишний раз напомнила себе, что даже к старости и на сантиметр не приблизилась к разгадке.

– Полагаю, ты этого не застанешь, дорогая Лиззи, так что и знать тебе ни к чему, – парировал он, на что Дюбуа не выдержал и ехидно захихикал.

Нести бремя новой клятвы в обмен на уничтожение прошлой? Чересчур заманчиво. Кольцо, о котором многие века слагали легенды светлые, сводило меня с ума, а новый контракт заставлял лишь сделать то, что я умела лучше всего: обречь неповинную душу на погибель от лап энергетических вампиров. Иренка собственноручно выкопала себе могилу, перезвонив мне пару лет тому назад, так что возможностью, хоть и впоследствии тянущую всех ко дну, но все еще возможностью заполучить заветный шанс на материнство я ей только помогала. Но, невзирая на все соблазны, непонятное чувство продолжало стискивать грудь. Нет, я не могла оставить все так.

– Что ж, Александр, я готова подписать контракт, но только при одном условии. – Выждав небольшую паузу, произнесла: – Требую добавить последний, пятый пункт.

– Прошу выражаться точнее, дорогая, – хмыкнул он.

– Я хочу, чтобы ты и Поль поклялись, что сохраните жизнь ребенку, каких бы планов вам это ни стоило.

Ни единый мускул на лице Александра не дрогнул, но не зря говорят: «Глаза – зеркало души». Ледяная серая радужка сменилась на черную, заставляя вспомнить о том, что передо мной сидел не человек или обычный светлый, а самый настоящий монстр. Однако он быстро взял себя в руки: стоило один раз сморгнуть, как глаза Александра вновь приняли прежний вид, а губ коснулась расслабленная улыбка.

– Элиза, кажется, ты не совсем понимаешь, в каком находишься положении… – с угрозой начал Поль.

– Я согласен, – прервал его Драгомир и, вытащив из кармана рубашки позолоченную ручку, быстро внес пятый пункт, соответствующий моему требованию.

Удовлетворенно кивнув, я незамедлительно расписалась на бумаге, с нетерпением ожидая, когда наконец смогу избавиться навеки от злополучного кольца. Остальное время мы провели в напряженном молчании, попутно выполняя действия, невозвратимо влияющие на грядущее будущее. С виду процесс выглядел до жути просто: после того как Александр также расписался в положенном месте, он аккуратно переплел наши пальцы, снова меняя изначальный цвет собственных глаз. Затем принялся неторопливо проговаривать собственную клятву, а я, в свою очередь, почувствовала, как тело пронзило жуткой болью, из-за проходящей через него мерзкой, невероятно сильной энергии Драгомира. Когда он замолк, не теряя ни единой секунды, произнесла:

– Я, Элизабет Грант, приношу энергетическую клятву и клянусь придерживаться ее до последнего вздоха.

Мы, люди, никогда не были способны узреть энергию, которой пропитан мир, однако во время приношения подобных обетов, каждый его участник словно прозревал. Когда впервые мне удалось увидеть тонкие струйки золотисто-зеленой субстанции, я невероятно поразилась, в данный момент же – смотрела с неким страхом за тем, как золотой оттенок истощался, проигрывал в битве непроглядному черному, исходящему от Александра. Энергии сплелись в темно-зеленый, и мужчина опустил наши руки на контракт, позволяя клятве войти в силу. Теперь передумывать поздно. Оставалось только выполнять новое обещание.

– Если я не ошибаюсь, Александр, тебе все еще нужно расторгнуть прошлую клятву, – подметила слабым, неимоверно тихим голосом.

– Заставляющая тебя оберегать кольцо клятва была рассеяна Полем два года назад, милая Лиззи, – монотонно ответил он. – Но я по-прежнему надеюсь на твое благоразумие. Поверь, куда лучше будет, если оно так и останется у тебя до определенного времени. – Александр махнул головой Полю, и тот спешно поднялся. – Не прощаюсь, дорогая, наши пути еще пересекутся.

Положив контракт обратно в небольшой чемодан, Дюбуа мне поклонился и развернулся следом за Александром, быстро скрывающимся в толпе. Я же осталась в одиночестве, но уже не столь желанном, как ранее. Он все равно оказался на несколько шагов впереди: обманул меня, а я, настолько привыкшая к собственным мыслям о благополучии медного перстня, и не заметила, что они исчезли. Когда я столкнулась со свободой, все оказалось куда хуже. Вскоре я назначила встречу Тиане, желая передать кольцо ей, но так и не смогла на нее заявиться. Снова сбежала, испугавшись того, что и королева белых фей может меня обмануть. Так и остался перстень лежать под половицами моей квартиры до самого конца.

Заключив новую клятву, я еще не знала, чем она обернется. В мае две тысячи пятого года родилась прекрасная девочка, и имя ей дали – Тереса, означающее «пламенное солнце». Охраняя чадо от всех невзгод, я и не заметила, как привязалась. Когда же наконец докопалась до истины, прознала весь замысел, была чересчур старой, не способной ничего изменить. Приходилось тешиться одним – надеждой. Надеждой, что Александр не сумеет воссоздать желаемое. Надеждой, что Александр не уничтожит жизнь Тересы Ясецкой так же, как и мою.

* * *

Наше время. Польша. Винецбург

Раздражающая мелодия, предзнаменующая близящийся праздник, что так полюбился людям, заставила меня проснуться и обнаружить собственное нахождение на уроке литературы. Панна Василевская, худощавая пожилая женщина, решила показать нам старый рождественский фильм перед тем, как мы радостно отправимся на каникулы. Меня же пугало, что следующее Рождество я могу и не застать.

Три недели. Именно столько прошло с моей последней встречи с Александром. После длительного свидания в Ницце, воспоминания о котором заставляли кровь холодеть в жилах, он больше никак не проявлялся. Разве что являлся частым гостем в моих снах: только я смыкала веки, как оказывалась на поле, сотканном из шипов черных роз. И каждый раз чувствовала, как сильное мужское тело прижимало меня к себе, а я все плакала, умоляла незамедлительно совершить