Читать книгу - "Мы нарушаем правила зимы - Ксения Шелкова"

Над её головой клубился слабый золотистый свет, будто солнце силилось пробиться через тучи; под ногами был по-прежнему холодный песок, рядом какие-то валуны…

— Мы внутри Каменного коловрата, неподалёку от входа, — подсказала Велижана. — Ночь у нас нынче.

— А откуда же эти… солнечные лучи?! — изумилась Анна.

Илья и Всеслав переглянулись.

— Как тебе сказать — это с твоей картины, как видно, — кашлянув, проговорил Илья. — Только когда ты убежала, оно… солнце твоё то есть, не смогло тебя догнать. Мы и перепугались, что ты куда-то пропала или забрал кто.

— Ну и дела! — пробормотала Анна. — Я даже не думала…

— Тогда поступим так, — перебил её Полоцкий. — Илья, должно быть прав: искать в этом месте логику и нормальность нам точно не стоит. Если ворон вам, Анна Алексеевна, не привиделся, значит, вас здесь знают и ждут. Тогда вам и быть нашим проводником!

— Но я ничего не знаю, — смутилась Анна. — Я сама заплутала и чуть не погибла! Илья, ты ведь был здесь, ты помнишь?

— Тогда всё выглядело совсем не так, — тихо возразил Илья. — И здесь не было никакого лабиринта. Мы просто прошли вон туда — он кивнул на тот коридор, что вёл через середину лабиринта — и вышли с другой стороны!

— Хорошо, почему бы и нам не сделать так же? — спокойно предложил Данила. — Ведь другого пути мы не знаем! А вот в лабиринт этот соваться точно не нужно!

— Договорились, — неохотно уступил Полоцкий, с сомнением поглядывая на Анну. — Значит, Илья, пока что ведёшь нас ты. Идёмте вперёд и будем осторожны! Не отставать и держаться друг у друга на виду.

Они торопливо собрали прихваченную с собой провизию, воду, тёплые вещи и непременный альбом графини Левашёвой вместе с карандашами. Ещё Анна приметила, что князь, Данила и Велижана вооружены — саблями и кинжалами. Анна содрогнулась: значит, Полоцкий не исключал встречи с какой-то опасностью?..

Она вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, оказавшейся далеко-далеко от дома, испуганной и растерянной. От неё чего-то ждут, надеются, а она… Анна поморщилась, вспомнив, как понеслась в лабиринт с криком: «Маменька, маменька!» С чего она вообще решила, что только лишь очутившись внутри Каменного коловрата тотчас встретит там мать?!

Анна поймала встревоженный взгляд Илья и поспешно улыбнулась ему. Нет, не стоит заставлять любимого беспокоиться и переживать за неё уже сейчас — кто знает, что будет ждать их впереди.

***

— Государь, скоро рассвет, — нарушила молчание Велижана. — Но мы с Велимиром готовы сопровождать вас и днём.

Рассвет? Анна удивилась: как они это поняли? Ведь путники шли уже давно, и никакого освещения, кроме того самого золотистого облачка, что плыло над графиней Левашёвой всё это время, у них не было. Сперва Данила нёс зажжённый факел, но вскоре каменный коридор стал сужаться, а потолок сделался ниже. Факел начал чадить, и князь приказал потушить его.

— Попробуем обойтись без огня: благодаря Анне Алексеевне у нас достаточно света.

И правда: клубок золотистых лучей следовал за Анной, будто ручной: останавливался, когда она стояла и перемещался, чуть только она снова делала шаг. Анна сперва ожидала, что их искусственное «светило» исчезнет, растает, станет невидимым — но ничуть не бывало.

Это, несомненно, облегчало путникам жизнь — но и только. Выяснилось, что оставшийся в памяти Ильи «выход на ту сторону» либо существовал лишь в его воображении, либо зимой Каменный коловрат был совсем не таким, как летом. Или же мавки умели ходить через него более короткой дорогой. Так или иначе, но они шли по каменному коридору уже несколько часов, а никакого выхода даже не предвиделось.

Илья хмурился, напряжённо прислушивался, глубоко втягивал носом воздух — ничего! Тот же холодный, желтоватый песок под ногами, по сторонам — ледяные стены и каменные своды над головой. Потолок уже опустился настолько, что рослые Всеслав и Илья доставали до него рукой — а в остальном пейзаж оставался тем же самым.

— Точно кому-то хочется заставить нас повернуть назад, — пробормотал Данила. — Чтобы мы отчаялись и ушли…

— Подождите! — попросила Анна.

— Что такое? Ты устала? — тотчас повернулся к ней Илья, но Анна замотала головой. У неё перед глазами вдруг возникло необыкновенно яркое видение — Алтын, вернее Злата, юная, прелестная, совсем, как на том портрете. Она смотрела на неё влажными от слёз глазами и улыбалась — горько и нежно.

— Маменька… Я ни за что не брошу вас здесь, — прошептала Анна.

Илья внимательно поглядел на неё.

— Что с тобой? Анна, с кем ты разговариваешь?!

Но она не слушала; выхватив альбом, Анна быстро принялась набрасывать рисунок: узкая длинная пещера с низким каменным потолком посередине которой плескалось глубокое на вид озеро… Где оно оканчивалось, видно не было.

— Что это? — Полоцкий склонился над её рисунком. — Почему вы изобразили именно это?

— Не знаю. — Анна пожала плечами. — У меня и раньше такое было: я не знаю почему рисовала Каменный коловрат, маменьку, вас, Илью…

— Государь, возможно мы как раз и должны следовать этим путём, какой нам барышня указывает. Вы ведь говорили — она проводник! — напомнил Данила.

— Значит, теперь надо искать какое-то озеро! — уныло протянула Анна. — А я опять не знаю, где оно…

Путники направились дальше; впрочем, через четверть часа Всеслав Братиславович приказал остановиться и отдохнуть. Анна про себя возблагодарила Бога: она уже буквально шаталась от усталости. А стоило сказать об этом Илье, он просто взял бы её на руки и понёс дальше — хоть весь день. Ей не хотелось слишком утруждать его.

Велижана вместе со своим отпрыском — угрюмым безмолвным Велимиром — обратились волками и заснули. В отличие от Ильи и Всеслава «обращённые поневоле» выглядели как совершенно обыкновенные волки, только тощие и облезлые. Анна про себя испытывала некоторую робость перед молчуном Велимиром, ловя иногда на себе его острый, испытующий взгляд. Впрочем, его мать Анне скорее нравилась: Велижана держалась спокойно, шла неутомимо, беспрекословно слушалась князя, а её мужественное, приятное лицо хранило следы пережитых испытаний и невзгод.

Данила и Всеслав расстелили большую теплую полость на песке, достали из узла несколько одеял. Илья уселся, опираясь спиной о камни и прижал к себе Анну — она утомлённо опустила веки, устроилась поудобнее в его объятиях… Данила примостился рядом с ними, Всеслав же коротко сказал: «Отдыхайте, я покараулю» и принялся вышагивать туда-сюда по каменному коридору. Волки свернулись на песке, будто обычные дворовые собаки. Анна слышала, как Данила завозился, укладываясь на полость.

— Тоскуешь по Клавдии Семёновне? — тихонько спросил у него Илья. — Не тревожься, она о тебе