Читать книгу - "Израненные альфы - Ленор Роузвуд"

несет ее; жест настолько непринужденный и интимный, что у меня внутри что-то скручивается. Она напевает под нос какую-то вриссийскую колыбельную, чувствуя себя совершенно спокойно в его руках.

Николай, с другой стороны, выглядит так, словно у него вот-вот случится аневризма. Его челюсти работают так усердно, что я слышу скрежет зубов с трех футов.

— Продолжай в том же духе, и твоя челюсть отвалится, — говорю я ему.

— Заткнись, — огрызается он, но на этот раз он на самом деле не зол. Это просто разочарованная ярость человека, наблюдающего, как кто-то другой держит то, что он хочет.

Добро пожаловать в гребаный клуб, думаю я, но держу рот на замке.

Проходит еще час, прежде чем мы наконец добираемся до входа. Жизнерадостная бета в безупречно белых одеждах сияет нам так, словно мы ее давно потерянная семья, а не разношерстная группа очевидных чужаков.

— Добро пожаловать в Королевский дворец Сурхииры! — щебечет она, добавляя несколько слов на вриссианском с акцентом. Должно быть, она приняла нас за туристов из того региона, судя по внешности Козимы, Николая и Рыцаря. — Я буду вашим гидом сегодня, пока мы исследуем публичные крыла резиденции Их Величеств. Пожалуйста, оставайтесь с группой и не трогайте артефакты.

Она пускается в то, что звучит как заученная речь об архитектуре, указывая на резные колонны и расписные потолки с энтузиазмом того, кому на самом деле не наплевать на все это дерьмо. Я отключаюсь, сканируя вход на предмет камер наблюдения, позиций охраны, потенциальных выходов.

— Помните, — бормочу я достаточно тихо, чтобы слышала только наша группа, — мы здесь только для разведки. Придумаем план, как только узнаем расположение помещений и где находятся Призраки.

— Призраки не будут в самом дворце, — бормочет Николай.

— Очевидно, — огрызаюсь я. — Но здесь начинаются поиски. И Чума — принц, помнишь? Он тот, с кем нам нужно поговорить, так что он с большей вероятностью будет здесь.

Николай не может поспорить с этой логикой, хотя выглядит так, будто хочет попытаться.

— На фоне этого места райнмихский государственный дом выглядит как подземная выгребная яма Гео, — бормочет Козима, все еще на руках у Ворона, словно она сама королевская особа, пока мы следуем за экскурсионной группой вглубь дворца.

— Если будешь продолжать болтать как паршивка, я перекину тебя через колено, — говорю я ей.

Я шучу — в основном — но то, как ее щеки вспыхивают розовым над вуалью, застает меня врасплох, и мне приходится впиться ногтями в ладони, чтобы не отреагировать заметно.

Ну, ебите меня семеро. Может, я все-таки не вообразил ее реакцию, когда назвал ее хорошей девочкой в магазине.

Интересно.

Я никогда не представлял, что захочу иметь что-то общее с омегой. Они все слишком требовательны на мой вкус, по крайней мере, для чего-то серьезного. А Козима? Она, вероятно, самая требовательная омега всех времен. Просто не так, как я ожидал. Пример тому — мы все здесь, в гребаном сурхиирском королевском дворце, выслеживаем семью ее бывшего, как будто это обычная прогулка во вторник.

Но я не могу отрицать, что меня к ней тянет.

Я говорю себе, что сейчас все равно нет времени разбираться с этим. Нам просто нужно сосредоточиться на поисках этого ее Аз-задницы, и, очевидно, на меня ложится задача убедиться, что мы все выберемся отсюда живыми.

Каким-то образом.

Гид ведет нас через череду все более роскошных комнат. Каждая нелепее предыдущей. Стены покрыты драпированными шелковыми гобеленами, изображающими победы Сурхииры и абсолютно никаких поражений; полы инкрустированы драгоценными камнями в узорах, на создание которых, должно быть, ушли десятилетия; потолки расписаны сценами их богов, занимающихся хер пойми чем в свободное время. Особенно ибис. Этот ибис, которому они поклоняются, повсюду.

Неудивительно, что Чума использует птичьи мотивы.

Но ни его, ни остальной королевской семьи не видно, что, в общем-то, неудивительно. Личные покои семьи, вероятно, находятся в совершенно другом крыле, подальше от грязных рук и глаз туристов.

— Нам нужно разделиться. Охватить больше территории, — предлагает Ворон, наконец опуская Козиму на пол, когда она хлопает его по плечу. Она начинает разглядывать одну из картин, изображающую перекачанного бога с рогами и кожистыми крыльями, развалившегося на каменном троне. Полагаю, она монстроебка до мозга костей.

— И что именно ты планируешь? — настороженно спрашиваю я, узнавая этот блеск в его глазах. Тот самый взгляд, который появляется у него прямо перед тем, как он сделает что-то феерически глупое.

— О, ничего особенного, — говорит он, уже залезая в карман, чтобы достать сигару. Одну из моих сигар. — Просто небольшая диверсия.

Мои руки летят к карманам, и конечно же, мелкий говнюк каким-то образом умудрился стянуть ее у меня. Когда, блядь, он успел и как, черт возьми, я этого не почувствовал?

Прежде чем я успеваю сказать ему остановиться, он достает спичку, чиркает ею о ботинок, прикуривает чертову сигару, которую украл, и бросает ее в декоративную корзину для мусора, наполненную чем-то похожим на сухие цветы и ароматические палочки.

Корзина тут же начинает дымиться.

— Это хорошая идея, — бодро говорит Козима, словно Ворон только что не совершил поджог в, мать его, королевском дворце. — Ворон, Рыцарь и я возьмем западное крыло. Николай и Гео могут обыскать восточное.

— Ни за что, — рычу я. — Я не позволю тебе и Ворону сбежать вместе. Вы в итоге сожжете все это место дотла.

Дым становится гуще, клубясь вверх к расписному потолку. Гид еще не заметила, продолжая болтать о любимой наложнице какого-то мертвого короля, но это лишь вопрос времени.

— Пожар! — кричит кто-то из задних рядов группы.

И тут начинается полный ад.

Глаза экскурсовода расширяются, когда она замечает дымящуюся корзину.

— Пожалуйста, без паники! — выкрикивает она, что, конечно же, заставляет всех немедленно запаниковать.

Туристы начинают толкаться и пихаться, пытаясь добраться до выходов. Кто-то опрокидывает фарфоровую вазу, которая разбивается о мраморный пол и рассыпает то, что, я надеюсь, не является чьим-то королевским прахом. Экскурсовод отчаянно пытается поддерживать порядок, пятясь от нарастающего дыма.

Именно на такой хаос Ворон и рассчитывал.

— Блядь! — рычу я, хватая Козиму за руку. Рыцарь тут же рычит на меня в ответ, звук низкий и собственнический, но я знаю, что он последует за ней куда угодно. Это единственное, на что я могу рассчитывать с этим большим ублюдком. — Вы двое, отделитесь! Не разнесите это чертово место! — кричу я Ворону и Николаю.

Николай выглядит так, будто предпочел бы съесть стекло, чем работать в паре с Вороном, но златовласый идиот уже хватает его, проталкивая сквозь паникующую толпу в противоположном направлении.

— Не дай случиться с ней