Читать книгу - "Навязанная жена. Несносный герцог для попаданки - Мария Шарикова"

не увижу, и он не только выслушал меня, но даже назвал моим настоящим именем. Однако за этим последовали его признания о сэре Чарльзе Вудвилле, о деньгах, переданных Элинор, и о приказах, которые он отдавал в ночь болезни Аннабелль. В результате я лежала без сна до рассвета и пыталась решить, какое из двух открытий должно тревожить меня сильнее.

К половине девятого я успела сменить три решения. Сначала собиралась немедленно поговорить с Беккетом, затем решила, что поступить так за спиной Седрика было бы нечестно, а после вспомнила, что обещала действовать открыто, и рассердилась на себя за излишнюю осторожность. В конце концов я велела Дженни подать тёмно-синее платье, которое не мешало ходить, и спустилась в столовую.

Седрик стоял возле окна с письмом в руке. При моём появлении он обернулся, и я заметила, что он тоже почти не спал. Это открытие не принесло мне удовлетворения.

- Доброе утро, милорд.

- Доброе утро, Аннабель.

Я остановилась на мгновение. Вчера он называл меня Анной, а теперь снова произнёс имя, под которым меня знали в этом доме. Он заметил моё замешательство.

- Я подумал, что при слугах нам лучше не менять привычек, - тихо пояснил он, когда лакей вышел за кофейником. - Если вы не возражаете.

- Напротив. Я только рада, что вы вспомнили об этом прежде меня.

- Признаюсь, я провёл часть ночи, размышляя, какие ещё вопросы мне следовало задать.

- Надеюсь, среди них не было вопроса о том, умеют ли люди будущего готовить кофе. Я могу рассказать вам слишком много и окончательно испортить аппетит.

Он слегка улыбнулся, подвинул мне стул и дождался, пока я сяду.

- Боюсь, мои вопросы менее приятны.

- Тогда, вероятно, они совпадают с моими.

Мы начали завтрак с той преувеличенной вежливостью, которая иногда бывает опаснее открытой ссоры. Седрик спросил, хорошо ли я спала, я ответила, что превосходно, он заметил, что я выгляжу утомлённой, а я осведомилась, не следует ли мне сказать то же самое о нём. После этого мы оба замолчали, и я поняла, что подобный разговор способен продолжаться до самого обеда.

- Я хочу, чтобы мистер Беккет проверил ваши счета, - сказала я наконец.

Седрик положил нож на тарелку.

- Я уже распорядился.

- Все счета, связанные с Элинор и сэром Чарльзом?

- Все, которые он сочтёт необходимыми. В том числе платежи, о которых я говорил вчера.

- Вы сделали это до завтрака?

- Ещё вчера вечером.

Я посмотрела на него с невольным уважением.

- В таком случае мне остаётся лишь выразить неудовольствие тем, что вы лишили меня возможности проявить решительность.

- Я готов предоставить вам такую возможность по другому поводу.

- Не сомневаюсь. В этом доме поводов хватает.

Он налил себе кофе и некоторое время рассматривал чашку.

- Аннабель, я не рассчитываю, что вы поверите мне лишь потому, что я ваш муж. И не стану требовать этого. Но прошу вас об одном: если вы услышите что-то, что покажется вам обвинением против меня, сначала дайте мне возможность ответить.

- При условии, что вы не станете скрывать от меня обстоятельства, которые считаете неприятными.

- Согласен.

Мы пожали друг другу руки через угол стола, и в эту минуту я вдруг вспомнила, как ещё недавно подобное соглашение показалось бы нам обоим немыслимым. Я хотела отпустить его пальцы сразу, но Седрик задержал мою руку.

- И ещё, - сказал он. - То, что вы рассказали вчера, останется между нами.

- Даже если вы решите, что мне требуется помощь врача?

- Врач уже видел вас достаточно часто, чтобы заметить, что ваши способности спорить совершенно не пострадали. Я не собираюсь приглашать его для оценки ваших рассказов о будущем.

- Вы чрезвычайно великодушны, милорд.

- Не распространяйтесь об этом. Мне ещё придётся управлять собственным домом.

После завтрака мы отправились в кабинет, где нас ждал Беккет. Он привёз известия из Дептфорда и выглядел так, словно предпочёл бы изложить их за закрытыми дверями. Седрик велел лакею никого не впускать, а мне предложил кресло возле стола. Поверенный поклонился, разложил бумаги и начал с того, что бывшего лакея Патрика удалось найти.

- Он работает на складе у реки, ваша светлость, - сообщил Беккет. - Живёт с женой и двумя детьми. Наш человек поговорил с ним вчера вечером. Патрик не писал письма, которое вам предъявили, и, по его словам, едва способен написать собственное имя.

- Это мы предполагали, - заметила я. - Но теперь он готов подтвердить это?

- Готов, миледи. Более того, он помнит вечер, когда его попросили отнести свёрток к экипажу. Женщина была в тёмном плаще, лица он почти не видел. Она говорила тихо, но уверенно, и от её одежды исходил сильный цветочный запах.

- Лилии? - спросила я.

- Патрик не назвал цветок. Он сказал, что запах напоминал дорогие духи и долго держался на его рукаве.

Я посмотрела на Седрика. Он не шевельнулся, только слегка сжал пальцы на подлокотнике кресла.

- Патрик видел экипаж? - спросил он.

- Да. Наёмный, с зелёным фонарём. Мы уже нашли кучера, который иногда работал на этой стоянке, но пока не установили, был ли это именно он.

- А Гарриет Уэллс? - спросила я.

- Её прежняя квартирная хозяйка опознала описание женщины, которую видели возле дома Вудвиллов. Однако сама миссис Уэллс по-прежнему не найдена.

Беккет переложил листы. Я заметила, что следующую бумагу он не спешил передавать Седрику.

- Есть и другое обстоятельство, ваша светлость. Я проверил записи кучера, который возил вас к сэру Чарльзу незадолго до его смерти.

Седрик выпрямился.

- Продолжайте.

- В день вашего визита экипаж оставался у дома почти два часа, хотя вы говорили, что пробыли внутри около получаса.

- Я говорил о продолжительности разговора. После него я ждал в малой гостиной, пока мне не принесут ответ на записку, которую я оставил для Элинор.

- Значит, леди Вудвилл в тот день не было дома?

- Мне сказали, что она выехала к сестре. Я не видел её.

Беккет сделал пометку.

- Кучер утверждает, что, когда вы вышли, у вас был небольшой кожаный футляр. Он запомнил его потому, что вы велели положить вещь отдельно от дорожной сумки.

- Футляр с документами, - ответил Седрик. - Сэр Чарльз передал мне бумаги по одному земельному спору. Я должен был показать их поверенному.

- Вы сохранили