Читать книгу - "Да, мой король - Елена Михалёва"

магнетическое обаяние, которого её взбалмошный брат был фактически лишён. Аристократизм в Шенборне сочетался с особой харизмой. Его хотелось слушать. И чем дольше Маргарита наблюдала за ним день за днём, тем разительнее были для неё отличия. Джо в личной беседе вскользь сказала, чтобы она была с ним очень осторожна, потому что хоть он и их союзник, доверять полностью ему опасно. Нужно выдерживать дистанцию. Но Марго всё больше казалось, что сама Джования не всегда руководствуется собственным советом. Впрочем, Джо была права. Следовало соблюдать осторожность и не забывать, что теперь он её брат. Старший и любимый. Тот самый человек, который был готов защитить её от всего мира, закрыв собой. Какая злая ирония! Он ведь так и умер. Закрыл их всех собой.

– Марго? Ты меня слушаешь?

Принцесса моргнула.

Шенборн внимательно смотрел на неё.

– М? – Маргарита тряхнула головой. – Прости, я задумалась. Ты что-то спросил?

– Да. Кто такой Рафаэль Вайнер? Он родственник маршала? – Ричард облизал нижнюю губу, глядя на принцессу.

– Да, он его младший брат. Ему семнадцать. Он служит оруженосцем при нашем адмирале, – Марго отвернулась к камину. – Не волнуйся. Мы завтра тебе всех покажем и подскажем. Единственное, о чём ещё меня просила Джо…

Маргарита встала.

– Поднимайся, брат. Я хочу посмотреть, как ты танцуешь весенний вальс, – она протянула руку. – Мама всегда его танцует с Вильгельмом. Это их традиция.

– У меня спина больная, – попробовал отшутиться Шенборн, но всё же встал и оставил список гостей на своём кресле.

Они вышли на середину комнаты. Встали друг напротив друга.

– Музыки нет, – Ричард поклонился принцессе. – Я знаю этот танец, не волнуйся.

– Молчи и танцуй, – Маргарита сделала реверанс, а потом шагнула к нему.

Граф и принцесса встали в фигуру для начала. Вальс был довольно быстрым, но партнёры танцевали его, едва касаясь друг друга: рука женщины лежала на ладони согнутой в локте руки мужчины, на этом физический контакт заканчивался. Свободную руку мужчина держал за спиной также согнутой в локте, а дама придерживала подол платья.

И всё же Марго хватило этого лёгкого прикосновения, чтобы почувствовать волну жара. Ричард же и вовсе дважды споткнулся о ковёр и чуть не упал прямо на неё. Первый раз девушка улыбнулась, но во второй раз уже нахмурилась.

– Прости, давно не танцевал, – виновато пробормотал он.

Маргарита ничего не ответила. Но граф и так всё понял: подобные осечки в танце с королевой матерью были не допустимы. Ричард списывал всё на волнение из-за столь близкого и волнующего присутствия своей «возлюбленной сестры», но совесть подсказывала ему: танец он порядком подзабыл, поскольку в Солверине его не танцевали вовсе. Очевидно, что склонный к светским развлечениям Вильгельм вряд ли бы оплошал, исполняя вальс с матерью.

Когда в третий раз он вдруг сделал движение не туда, а Маргарита внезапно налетела на его грудь и упёрлась ладонью прямо в участок открытой кожи, она тотчас прекратила танец. Принцесса замешкалась на мгновение. А потом отпрянула и отвернулась.

– Марго? – Ричард печально свёл вместе брови. – Всё так плохо?

– Не знаю, – девушка растерянно глянула на него через плечо, но сама уже спешила к дверям. – Я поговорю с Джо. Она что-нибудь придумает. Как всегда. Доброй ночи.

Принцесса ушла. А «король» стоял в растерянности посреди своей спальни. Ему понадобилось время, чтобы прийти в себя и вернуться к чтению списка гостей.

Глава 10

– Джо?

– Прекрати меня так называть. Августа.

– Мы одни, Джо.

– Августа.

– Джо.

– Избавитель, дай мне сил. Ну что ещё?

– Ты ослепительна.

– …

– Но у тебя ниточка на волосах. Дай уберу.

– Всё?

– Да. Ты знаешь, в Аду нас ждёт один котёл на двоих?

– Хватит болтать. Гости заждались. Готов?

– Да, моя королева.

– Тогда идём.

* * *

Тронный зал украсили лентами и живыми цветами. Вдоль стен поставили столы для многочисленных гостей. Ещё один стол стоял перед тронами. Места за ним предназначались только для членов королевской семьи и малого совета. Но в центре зала оставалось пространство для танцев. Музыканты на хорах уже играли весёлую мелодию. Кругом сновали слуги с подносами. Они угощали гостей напитками и лёгкими закусками. Однако, за столы никто не садился до тех пор, пока не явились монархи. Они, как положено, пришли последними.

Громадные двери в зал распахнулись. Музыка сделалась торжественной. И герольд провозгласил весьма коротко и громко:

– Король и королева!

Они прошествовали рука об руку. Оба облачённые в пурпур и золото. Оба в коронах и мантиях. Оба красивые настолько, что глаз не оторвать. «Вильгельм» едва уловимо улыбался с толикой особенной гордости за то, как прекрасна его королева. Джования же источала величие и счастье. Она двигалась с такой чарующей грацией, что глаз было не оторвать.

Они неспешно пересекли зал. Мужчины склонялись пред ними. Женщины опускались в реверансах. Последними приветственно присели королева-мать и принцесса Маргарита. Обе они нарядились в цвета Хальбургов и носили ленты с их гербом на груди.

Король провёл королеву к её трону за столом. Затем сел на своё место и провозгласил:

– Сегодня мы собрались во имя моей прекрасной матушки! Восхитительная и мудрая Матильда Хальбург почтила всех нас своим появлением! Да начнём же этот праздник в её славу!

Гости зааплодировали, и королева-мать с улыбкой сделала реверанс, а потом заняла и своё место за столом – подле Джовании. С ней села принцесса Маргарита. А по правую руку от короля по приказу «Вильгельма» сидели герцог Зоммерштерн и Фердинанд Хальбург. Остальные собравшиеся тоже принялись рассаживаться. Снова зазвучала музыка. И пир начался.

Ричард принялся за еду, а сам поглядывал на людей в зале. Вспоминал знакомые лица и отмечал про себя незнакомые, чтобы при случае спросить о них Альберта.

Постепенно аристократы начали подходить один за другим к столу монархов. Кланялись и выражали своё почтение. К счастью, Джо снова оказалась весьма сообразительна и дальновидна. Она приказала герольду громко объявлять имя и титул каждого подходящего, чтобы все в зале знали о том, кто именно обращается к королю. На деле, конечно, ей было наплевать на всех, кроме Ричарда и его уверенности в кругу этих льстивых акул. Очень многих Шенборн узнал. И надеялся, что не узнали его.

Над последним изо всех сил постарался цирюльник