Читать книгу - "Горничная для двух Ли. Том 1 - Лика Русал"

Сеуле всё оставалось серым, размытым, покрытым слоем городской пыли и усталости. Здесь же цвета играли, переливались. Я смотрела на мир через фильтр детской сказки – именно такое сравнение приходило одним из первых.

«Может, я ударилась головой при прыжке? – мелькнула мысль. – Потеряла сознание, а теперь лежу где‑то на асфальте, и это всё – бред?»

Я снова ущипнула себя – на этот раз за предплечье. Боль была чёткой, острой, без всяких сомнений.

Загадочное марево за спиной шевельнулось. Я продолжила свой путь: странная завеса словно принуждала именно к этому.

Аллея манила и пугала одновременно. Она выглядела так, будто существовала вне времени. Ни граффити, ни следов вандализма, ни мусора – ничего из того, что неизбежно скапливается в любом городе. Только безупречная симметрия.

«Кто посадил эти деревья? Кто выложил эту дорогу? И почему она ведёт именно к этому особняку?»

Я сделала ещё несколько шагов, и с каждым движением тревога отступала, сменяясь странным, почти детским любопытством. В груди зашевелилось давно забытое чувство – то самое, что я испытывала в детстве, когда мама рассказывала мне сказки перед сном. Тогда мир казался огромным, полным чудес и возможностей. Но вера в чудеса исчезла из моей жизни вместе с ней… И вот теперь они вернулись – внезапно, безжалостно, вломившись в мою скучную, предсказуемую жизнь.

Я всё ближе подходила к особняку. Его дверь – массивная и тёмная, с серебряной инкрустацией – теперь казалась ещё внушительнее. Я остановилась в метре от неё, не решаясь постучать. Что я скажу, если кто‑то откроет? «Извините, я случайно оказалась здесь, в месте, которого не существует в моём мире?»

Прежде чем я успела придумать хоть какой‑то план, дверь распахнулась сама.

На пороге появился человек – высокий, худощавый, с безупречно прямой спиной и лицом, на котором застыло выражение вежливого безразличия. Аккуратно зачёсанные назад седые волосы, тёмный костюм сидел идеально – явно сшитый на заказ. В руках он держал серебряный поднос с чашкой, от которой поднимался лёгкий пар.

– Новенькая горничная? – спросил мужчина тусклым, бесстрастным голосом.

Я сглотнула, отступая назад. Вопрос прозвучал не как вопрос, а как утверждение – так, будто другого ответа и быть не могло.

«Нет, я не горничная, – хотелось замотать головой. – Я вообще не знаю, как сюда попала. Отпустите меня обратно в мой Сеул, к моей скучной, но понятной жизни».

Но вместо этого губы сами произнесли:

– Да.

Голос прозвучал тихо, неуверенно, но всё же прозвучал. Я сама не поняла, почему согласилась. Может, потому что это оказалось проще, чем объяснять, что я заблудилась в мире, которого не должно существовать? Или потому что внутри меня что‑то шептало: «Если откажешься – потеряешь шанс изменить свою серую безрадостную жизнь»?

Мужчина окинул меня быстрым, оценивающим, но без осуждения взглядом. Его глаза – тёмные и проницательные – задержались на моих промокших кроссовках, потрёпанной сумке и растрёпанных волосах.

– Понятно. Знаете, опоздание в первый день – не лучший старт. Но, полагаю, у вас были причины.

Он отодвинулся в сторону, пропуская меня внутрь. Я помедлила. Разум кричал: «Беги! Это ловушка! Ты не знаешь, куда идёшь!» Но ноги уже сами сделали шаг навстречу неизвестности.

– Прошу, – мужчина слегка наклонил голову. – Следуйте за мной. Господа не любят ждать.

«Господа?» – мысленно повторила я. Стало ещё волнительнее. Кто эти господа? Хозяева особняка?

Мы вошли в холл. Он оказался ещё величественнее, чем я представляла: высокие потолки с лепниной, массивные люстры, в которых мерцали огни, напоминающие светлячков, а не свечи. Пол был выложен мраморными плитами с витиеватым узором – чёрно‑белыми, переплетающимися, как реки на карте.

Воздух здесь пах иначе: не просто старыми книгами и травами, а чем‑то более сложным – полированным деревом, воском, лёгким ароматом лаванды. И ещё чем‑то неуловимым, что заставляло кожу покалывать, будто рядом притаилось что‑то… необычное.

Слуга шёл впереди, держа поднос с чашкой так ровно, будто в его руках находился не фарфор, а продолжение тела. Я старалась не отставать, но то и дело замирала, разглядывая детали: картины на стенах – не портреты, а пейзажи странных мест: леса с деревьями, чьи ветви сплетались в узоры, напоминающие те, что я заметила и на гербе особняка; зеркала в резных рамах, в которых моё отражение дрожало, как вода в пруду; часы на стене – старинные, с вензелями, но стрелки на них не двигались.

– Сюда, – слуга свернул в боковой коридор, узкий и тёмный по сравнению с холлом. – Ваша комната находится на третьем этаже. Там вы переоденьтесь и получите дальнейшие инструкции.

Я хотела спросить: «Почему вы так уверены, что я останусь?», но вместо этого кивнула:

– Хорошо.

Коридор вёл вверх по лестнице – узкой, с коваными перилами, украшенными теми же переплетёнными ветвями. Ступени скрипели под ногами, но звук оставался каким‑то неправильным – слишком гулким, долгим, словно эхо доносилось не из этого места.

На втором этаже слуга остановился у двери.

– Здесь вы найдёте униформу и базовые указания. Когда будете готовы, спуститесь в столовую.

Он протянул мне поднос с чашкой.

– Выпейте это. Поможет адаптироваться после долгой дороги.

Чай пах мятой и ещё чем‑то пряным. Я колебалась. «Что, если это яд? Или снотворное? Клофелин? Да мало ли что вообще может подсунуть незнакомый мужчина!»

Но слуга смотрел на меня спокойно, без угрозы, и в его взгляде я не замечала ничего, кроме вежливого ожидания. Глубоко вдохнув, я поднесла чашку к губам и сделала глоток.

Вкус оказался неожиданным – не горьким и не сладким, а каким‑то полным, как первый глоток воздуха после долгого погружения под воду. Тепло разлилось по телу, снимая напряжение, которое я даже не замечала. Мысли прояснились, а страх отступил, оставив место решимости.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась я.

– Не за что, – кивнул слуга. – Добро пожаловать в особняк, Юн Соа.

Я вздрогнула.

– Вы знаете моё имя?

Он слегка улыбнулся – впервые за всё время показывая живую эмоцию.

– Конечно. Мы ждали вас. Ваше резюме горничной уже на столе старшего господина.

Дверь за мной закрылась, оставляя одну в комнате, полной незнакомых вещей и ещё более незнакомых вопросов.

Я огляделась. На кровати лежала аккуратно сложенная униформа – тёмно‑синее платье с белым фартуком и кружевным воротничком, совсем как в старых фильмах про горничных. Рядом – пара туфель на низком каблуке, идеально подходящего размера.

«Что это значит? – пронеслось в голове. – Почему