Читать книгу - "Горничная для двух Ли. Том 1 - Лика Русал"

Я поправила лямку сумки на плече и ускорила шаг. До начала смены в офисе корпорации «Хансон» оставалось двадцать минут – как раз хватит, чтобы допить кофе из пластикового стаканчика и переодеться в униформу.

«Обычная жизнь обычной женщины», – подумала я, глядя на своё отражение в витрине магазина. Усталые глаза, тёмные круги под ними, волосы, собранные в небрежный хвост. Ничего выдающегося: ни яркой внешности, ни талантов, ни амбиций. Просто Юн Соа – уборщица с зарплатой ниже средней и ипотекой на крошечную квартиру в спальном районе.

Я вспомнила, как мама когда‑то говорила: «Соа, ты такая красивая, у тебя всё получится». Ей было всего тридцать пять, когда она ушла – рак. Быстро, беспощадно, оставив меня одну с отцом, который так и не смог смириться с потерей. Он начал пить, потом потерял работу, а затем и меня – в каком‑то смысле. Через два года он просто не проснулся. Так я осталась сиротой в семнадцать.

С тех пор красота, о которой говорила мама, куда‑то подевалась. Остались только мешки под глазами от недосыпа, тонкие морщинки у глаз – от слишком частых попыток улыбаться, когда не хочется, – и привычка прятать взгляд, будто я всё ещё та испуганная девочка, которая боится напомнить окружающим, что она здесь.

Впереди замигали светофоры, и я прибавила шагу, стараясь успеть на зелёный. Машины проносились мимо, окутывая запахом выхлопных газов. Я уже почти перешла дорогу, когда услышала этот звук – визг тормозов.

Резкий, пронзительный, будто кто‑то разорвал небо пополам. Время замедлилось. Я увидела, как фары несущейся машины становятся всё ближе, услышала чей‑то крик, почувствовала, как сердце проваливается куда‑то вниз. Инстинкт сработал раньше, чем разум: я отпрыгнула в сторону, прижимая сумку к груди. Асфальт больно ударил по ступням, но я устояла.

– Эй, осторожнее! – крикнул кто‑то из проезжающей машины.

Я выдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Поправила выбившуюся прядь волос и наклонилась, чтобы поднять блокнот – он выскользнул из сумки в момент прыжка. Пальцы коснулись мокрого асфальта, схватили синий плотный корешок, и я выпрямилась.

Ладони вспотели, несмотря на утреннюю прохладу. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дыхание. «Всё в порядке, – сказала я себе. – Ты в безопасности. Это просто невнимательный водитель. Ничего страшного не произошло».

Надо срезать путь через переулок – так будет быстрее. Я свернула за угол, привычно представляя себе знакомый маршрут: мусорные баки у кафе, где по утрам всегда пахнет свежезаваренным кофе и тостами; граффити на стене – тот самый синий дракон, которого кто‑то нарисовал прошлой весной; узкая дорожка между зданиями, где вечно скапливается мусор, но зато можно сэкономить пять минут.

Но вместо этого увидела аллею.

Широкую, вымощенную гладким серым камнем, обсаженную деревьями с серебристыми листьями. Они шелестели на ветру, и звук казался слишком чистым и отчётливым для городского шума. Каждый лист блестел, будто покрыт тонким слоем серебра, а ветви изгибались с какой‑то неестественной симметрией – так не бывает в природе.

В конце аллеи, в лёгкой дымке, высился особняк – величественный, с высокими окнами и резными перилами на балконах. Его стены отливали перламутром, словно сделанные не из камня, а из застывшего тумана. На фронтоне виднелся герб: переплетённые ветви и что‑то похожее на глаз в центре. Детали выглядели настолько чёткими, что я могла разглядеть каждую линию, хотя расстояние до здания составляло не меньше сотни метров.

Я замерла, моргая. Этого не могло быть. Я знала весь район как свои пять пальцев: здесь не располагалось никаких аллей и особняков – только бетонные коробки, вывески магазинов и вечно спешащие люди. Каждый день на протяжении последних пяти лет я ходила именно этим маршрутом. Я помнила каждую выбоину на асфальте, каждый рекламный щит, каждое кафе с его кричащей вывеской.

Но не теперь.

Я оглянулась.

За спиной больше не было улицы Сеула. Чёрное марево клубилось там, где только что стояли здания, перетекало волнами, поглощая очертания города. Оно не казалось однородным – в нём мерцали какие‑то тени, далёкие огни и вспышки мелких молний. Воздух стал гуще, тяжелее, словно я дышала не кислородом, а чем‑то вязким, насыщенным. Звуки города – гудки машин, голоса прохожих, шум метро – исчезли, сменившись тишиной, в которой слышалось лишь собственное учащённое дыхание и стук сердца, отдающийся в висках.

«Это не может быть реальностью», – подумала я, сжимая лямку сумки так сильно, что заболели суставы пальцев.

Но всё выглядело слишком чётким и детализированным. Не галлюцинация, не мираж, а… картинка из манхвы или дорамы? Листья на деревьях шевелились от ветра, на камнях аллеи играли блики света, а от особняка веяло чем‑то древним, почти забытым – как запах старых книг или высохших трав.

Я потрогала рукав пальто – ткань ощущалась так же, как всегда. Подняла ногу, ступила на край аллеи – камень твёрдый, холодный, с едва заметными неровностями под подошвой.

Может, я всё ещё сплю? Может, это последствия стресса, бессонницы, разбитого сердца? Я ущипнула себя за руку – больно. Неправдоподобно больно для сна. Или нет?

Я помассировала переносицу, пытаясь прийти в себя. В голове крутились обрывки воспоминаний: вчерашний вечер, когда я сидела на диване с чашкой остывшего чая и смотрела какой‑то сериал, не понимая сюжета; утро, когда будильник прозвенел в шестой раз, а вставать всё равно не хотелось; дорога сюда, знакомая до мелочей…

И вдруг – этот резкий переход.

Тёмное марево за спиной медленно, неумолимо приближалось. Оно не просто стояло – оно двигалось, напоминая живое существо, поглощающее реальность метр за метром. Я почувствовала, как вдруг стало зябко – не от утренней прохлады, а от чего‑то более сложного, инстинктивного.

Глубоко вдохнув, я сделала шаг вперёд – на аллею. Потом ещё один. Ноги сами понесли меня к особняку: что‑то внутри уже знало – назад пути нет. Что бы это ни было – сон, галлюцинация или что‑то ещё более странное – я оказалась здесь. И теперь должна была выяснить, почему.

Аллея тянулась бесконечно, но с каждым шагом особняк становился ближе. Его окна, тёмные и загадочные, казалось, следили за мной. Я чувствовала это затылком, лопатками, каждой клеточкой кожи.

«Что происходит?» – мысленно спросила я, но ответа ожидаемо не последовало.

Только шелест листьев, стук сердца и ощущение, что с этой секунды моя «обычная жизнь» осталась где‑то далеко позади.

Я остановилась, разглядывая панораму. Всё в этом странном месте напоминало картинку, как если бы кто‑то незримый взял и усилил резкость мира в десять раз. В