Читать книгу - "Навязанная жена. Несносный герцог для попаданки - Мария Шарикова"

- Благодарю вас обеих. Прошу дождаться миссис Хоскинс в соседней комнате. До распоряжения врача никто не должен входить сюда и прикасаться к чайному прибору.

Когда девушки вышли, он вновь посмотрел на меня.

- Теперь вы понимаете, почему я просил вас не оставаться без сопровождения?

- Понимаю, что вы были правы насчёт опасности. Но, заметьте, меня едва не отравили в собственной библиотеке, среди книг, в обществе двух горничных и под надзором ваших замечательных новых замков. Боюсь, ваше сопровождение не решает всех проблем.

- Я не утверждал, что решает.

- Тогда давайте хотя бы не будем ссориться из-за того, что я не могу предвидеть каждый шаг человека, который желает моей смерти.

Он медленно выдохнул и опустил голову.

- Я не собираюсь с вами ссориться.

- Это чрезвычайно любезно с вашей стороны. Особенно учитывая, что обычно вам для этого не требуется никакого повода.

Он поднял глаза, и я заметила, как напряжение в его лице немного ослабло.

- Вы неисправимы.

- А вы повторяетесь, милорд. Мы уже обсуждали недостатки друг друга и пришли к выводу, что они многочисленны.

- И всё же, - произнёс он после паузы, - я предпочёл бы иметь возможность обсуждать ваши недостатки ещё много лет.

Я не сразу нашлась с ответом. Он тоже, кажется, понял, что сказал больше, чем собирался, и отвернулся к окну, будто заинтересовался состоянием садовых дорожек.

Врач прибыл через четверть часа. Он осмотрел чашку, попросил сохранить чай и чайник отдельно, но отказался делать выводы по одному запаху. По его словам, отсутствие каких-либо симптомов позволяло надеяться, что я ничего опасного не проглотила, однако определить состав жидкости без дальнейшего исследования было невозможно. Седрик распорядился передать посуду через поверенного человеку, сведущему в химии, а миссис Хоскинс велел записать имена всех, кто входил в буфетную.

Когда врач уехал, за окнами уже начинало темнеть. В библиотеке зажгли свечи, но чайный столик оставили нетронутым, и его присутствие среди привычной мебели действовало мне на нервы сильнее, чем я желала признать.

- Вы сегодня будете ужинать в малой столовой, - объявил Седрик, закрывая за врачом дверь.

- Надеюсь, это приглашение, а не приказ?

- Это сообщение о том, где я намерен ужинать сам. Я подумал, что вы, возможно, согласитесь составить мне компанию.

- В таком случае соглашусь. Хотя и вынуждена заметить, что ваши манеры заметно улучшились после знакомства с угрозой убийства.

- Я всегда отличался безупречными манерами.

- Разумеется. Особенно когда велели мне не выходить из кабинета и угрожали запереть двери.

- Я никогда не угрожал запереть двери.

- Тогда у вас ещё есть возможность окончательно испортить свою репутацию.

Он покачал головой и протянул мне руку. Я вложила в неё пальцы, и мы вышли из библиотеки вместе.

Ужин оказался тихим. Седрик почти не притронулся к вину и несколько раз прерывал разговор, чтобы задать мне вопрос о самочувствии, каждый раз получая ответ, что я чувствую себя превосходно и не нуждаюсь в немедленном составлении завещания. Под конец я пригрозила, что, если он спросит ещё раз, непременно объявлю о головной боли исключительно из чувства противоречия.

Он наконец улыбнулся, но вскоре снова стал серьёзен.

- Есть одна вещь, которую я хотел бы узнать, Аннабель. В тот первый раз вы тоже почувствовали запах лилий?

Я опустила вилку. Отвечать на этот вопрос было опаснее, чем казалось, потому что мне пришлось бы говорить о воспоминании, принадлежавшем не совсем мне. И всё же скрывать его теперь не имело смысла.

- Да. Это последнее, что я помню перед тем, как очнулась после болезни. Запах был очень сильным. А потом ничего.

Седрик долго смотрел на меня.

- Почему вы не рассказали мне раньше?

- Потому что вы не поверили бы. И потому что я сама не понимала, что произошло.

Он не стал спорить, и я была ему за это благодарна. Вместо этого он отложил салфетку и сказал:

- Завтра мы вместе осмотрим ваши старые вещи. Все до единой. Возможно, найдётся что-нибудь, чему вы прежде не придали значения.

Я вспомнила серебряный флакон, спрятанный в туалетном столике, и почувствовала укол стыда. Седрик уже не раз давал мне повод довериться ему, а я продолжала хранить улику при себе, потому что боялась вопросов, на которые пока не могла ответить.

- Есть кое-что, что я должна вам показать, - произнесла я.

- Сейчас?

- Завтра утром. И прежде чем вы начнёте сердиться, я хочу, чтобы вы пообещали хотя бы выслушать меня до конца.

- Я постараюсь.

- Не самое обнадёживающее обещание.

- Зато единственное, которое могу дать совершенно искренне.

После ужина он проводил меня до лестницы. В холле было тихо; только из дальнего коридора доносились приглушённые голоса слуг, а у входной двери стоял новый человек из охраны, присланный Беккетом.

- Спокойной ночи, Аннабель, - сказал Седрик.

- Спокойной ночи, милорд. И, пожалуйста, не приказывайте запирать меня в спальне. Я и без того намерена провести там ночь.

- Я распоряжусь, чтобы у вашей двери дежурили.

- Это совершенно другое дело, - заметила я. - Если уж мне суждено стать пленницей, я предпочитаю, чтобы тюремщик был хорошо одет и умел поддерживать разговор.

- Боюсь, в этом случае вам придётся довольствоваться мной.

Я посмотрела на него. Он произнёс это почти небрежно, но не отвёл взгляда, и мне вдруг стало неловко оттого, что мы стояли так близко, а между нами оставалось столько несказанного.

- Вы слишком дорого обходитесь для подобной должности, - ответила я наконец.

- Я могу позволить себе работать бесплатно.

Он взял мою руку, поднёс к губам и задержал чуть дольше, чем требовала обычная учтивость. Затем отпустил, пожелал мне доброй ночи и направился обратно к кабинету.

Я поднималась по лестнице медленно, прислушиваясь к шагам, которые удалялись по коридору. Ещё несколько недель назад я была уверена, что этот человек желает видеть меня как можно дальше от себя, а теперь он собирался поставить охрану у моей двери и, кажется, действительно готов был провести там ночь, если бы я позволила. Такая перемена не могла не трогать, но я слишком хорошо знала цену доверию, чтобы безоглядно принять её за обещание счастливого будущего.

В спальне Дженни уже приготовила ночную рубашку и зажгла свечи. Когда она вышла, я подошла к туалетному столику, отодвинула маленькую шкатулку и открыла потайной ящичек. Серебряный флакон лежал там же, где я