Читать книгу - "Школа. Питер. Любовь - Саша Керн"

Оказывается, староста из меня никчёмная, так, приставка к классу. У Ксю получилось бы лучше, она всегда всё про всех знала.

Колосовская не особо лестно прошлась по нам в блоге. В её глазах я выглядела девушкой, которая платит за свидания, потому что ни один симпатичный парень не захотел бы встречаться с такой заучкой и ограниченной страшилкой. Я могла возразить, сколько раз я принимала комплименты от подписчиков в своём блоге, но таким, как Колосовская, ничего не докажешь. Да иМакс… Но онём я решила не думать.

– Что будешь делать? – осторожно поинтересовалась Ксюша, когда мы выходили из кабинета после урока. – Я всеми силами буду уговаривать родителей. Я уже им сказала и сегодня расскажу, что многие из класса собираются поехать! Не переживай, я буду стоять с тобой на Дворцовой и тоже прокукарекаю, чтобы тебе не так стрёмно было.

Я улыбнулась и повернулась к Ксю, чтобы её обнять. Какая же она хорошая! Здорово, что мы сели за одну парту в начале года.

– Ага, правильно, обнимайся со своей подружкой. Потому что парни ещё подумают после моего поста, обниматься с тобой или нет, – услышала я голос Колосовской.

Мы сКсю посмотрели друг на друга и расхохотались, вспоминая какой-то фильм из девяностых, – так сильно Варька напоминала этих вредных популярных девчонок из тех самых американских киношек. Ксюшка даже изобразила её – прошлась, виляя попой, надула губы уточкой и повторила: «А-а-а-ага».

Да, я смеялась с соседкой по парте, но это не значило, что я не грустила. Мне было больно, когда встречалась глазами с Максом, когда видела, как он с ухмылочкой рассказывал что-то парням и посмеивался. Сердце болезненно сжималось, когда видела Фролова и Колосовскую: она каждую перемену подходила к нему и брала под ручку, хихикая. Хотелось разреветься, но я держалась.

День тянулся до ужаса долго и мучительно. После уроков не хотелось тащиться под дождём домой, так что я сидела в переходе между зданиями на третьем этаже, читала «Грозовой перевал» 12 и никак не могла понять, почему кто-то относит эту историю к романтике. Мне казалось, что здесь ужасные и больные герои, которые и любить, по сути, не умеют. Я читала, временами рефлексировала и смотрела в окно, от которого тянуло холодом, но мне было всё равно.

За окном по дороге медленно проезжали машины, куда-то спешили прохожие под зонтами, птицы ёжились на проводах под деревьями. Снега ещё не было, а так хотелось уже вот этой вот снежной феерии, когда хлопья, словно бабочки, падают с неба, везде суматоха ожидания новогодних праздников и мир кажется не таким унылым и серым.

В голове крутились события последних дней, не давая сосредоточиться на книге. Данька и наш спор, Колосовская и её слова, блог про нас с Кравцовым, Макс и его взгляды. Всё казалось каким-то фильмом или сериалом, где я ничего не могла сделать или изменить, потому что сценарий написал какой-то придурок. Пришлось закрыть книгу и спрятать лицо в ладонях, чтобы попробовать прийти в себя.

– Вот ты где. Читаешь? – неожиданно раздался рядом знакомый голос. Я подняла голову и встретилась взглядом с тёмными глазами Макса. Он стоял напротив в чёрном худи, руки в карманах, между бровей складка. – Ждал тебя внизу… Можно?

Я кивнула, и он присел на подоконник. Между нами теснился мой рюкзак, словно та же стена, что разделяла нас всегда. Он посмотрел на книгу у меня на коленях, на меня, потом опустил голову, уставившись на свои кроссы.

– Фиговое сегодня утро выдалось, да?

Я рассматривала его профиль, напряжённые скулы и уголок подрагивающих губ. Меня волновал только один вопрос.

– Что у вас с Колосовской?

Макс вытащил руки из карманов, сложил на коленях в замок, а потом вывернул их, потягиваясь.

– Так и знал, с тобой надо сразу начистоту.

Я молчала, давая ему время собраться с мыслями и рассказать мне, что происходит. Но он продолжал молчать. Нервы сдали.

– Послушай…

– Да это всё ерунда… точнее…

Мы заговорили вместе, но я тут же дала ему слово первому:

– Это начиналось как флирт и всё такое. То есть… Короче, мы как-то исправляли контрольную по алгебре вместе, смеялись, нам было прикольно. Потом кто-то первый написал сообщение, мы начали переписываться, сходили на свидание, и Колосовская закусилась. Типа давай объявим, что мы пара. Я сказал, что было одно свидание, а она хотела всего и сразу. Короче, мы поцапались. В ту субботу она ждала, что я приду типа попросить прощения, и потом мы скажем, точнее, она в блоге напишет, что мы пара.

– А ты пошёл со мной на концерт…

– Ага, – хохотнул Макс.

– Почему ты не пошёл к ней?

– Во-первых, я её не обижал. Просто не думал о серьёзных отношениях. А во-вторых, мне реально нравятся «Звери», и пропустить концерт я не мог. Что?

– Ты!.. – Я всплеснула руками. Надо же было так вляпаться! Стать просто лучшей мишенью для блога этой… Колосовской! – Если бы я всё это знала, я бы никогда тебе не написала и не пригласила. Я бы…

Я спрыгнула с подоконника и открыла рюкзак, чтобы убрать книгу. Макс тоже спустился, положил ладонь на моё предплечье, останавливая. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Он действительно раскаивался, там внутри у него плескалась грусть и какое-то странное тепло, от которого хотелось скрыться.

– Прости, я не думал, что всё так… закрутится. Что Варька всё это… в своём блоге… так некрасиво преподаст. Я не хотел.

Я освободила руку и закинула рюкзак на плечо. Меня бесило, что рядом с ним постоянно испытываю странные эмоции. То злость, то смущение, то… такие чувства, которым я даже название не могла придумать. Стоило забыть произошедшее, перечеркнуть и радоваться тому, что всё получилось с поездкой, пусть и не так, как планировала.

– Слушай, парни говорили о тебе плохо после блога… – Он снова опустил голову и засунул руки в карманы широких чёрных джинсов. – И, в общем, я это… Только не злись… Не знаю, что на меня нашло… И вообще… Но…

Я снова отложила рюкзак на подоконник, смутно предчувствуя что-то нехорошее. А Макс продолжал заикаться, пытаясь объяснить.

– Что ты сделал? – не вытерпев, бросила я.

– Сказал, что Колосовская просто приревновала, потому что мы с тобой… ну, типа мутим, встречаемся. Они сначала не поверили…

– Я бы тоже не поверила, Кравцов! – слишком громко оборвала его я и сложила руки на груди. – О чём ты думал? Мне нравится Фролов. Всегда нравился и…

Привалившись спиной к подоконнику, разбитая эмоционально от всего, что сегодня случилось, я не знала, что мне теперь делать. На улице раздался пронзительный сигнал автомобиля, но даже он не смог отвлечь от этих новостей. Захотелось придушить Кравцова. Ведь завтра об этом будет говорить вся школа! Колосовская снова напишет в своём блоге. Блог… Рука потянулась