Читать книгу - "Школа. Питер. Любовь - Саша Керн"

– М-м-ма-а-ам? – Я так опешила, что даже начала заикаться.

– Привет, – протянул руку этот отфотошопленный красавчик будто с обложки журнала. – Александр.

Я машинально пожала руку, роняя рюкзак на пол, и посмотрела на маму.

– Это Саша. Я тебе про него рассказывала.

– Ага. Любитель мультиков.

– Чего? – не понял Александр, и его идеальная бровь поползла вверх.

– Говорю, вот, оказывается, почему у нас теперь вкусная еда в холодильнике и цветы на столе.

– Саша владелец ресторана и сам готовит! – защебетала мама, вдруг становясь такой милой, что мне ещё сильнее захотелось убежать в свою комнату и не высовываться, пока этот Александр не перестанет светить своей улыбкой прямо мне в глаза. – Он… то есть мы хотели бы, чтобы ты с нами поужинала…

– Можно не сегодня? – Получилось грубо, мама даже поникла от моего резкого отказа. Она говорила, поглаживая Александра по спине, но после моего ответа поддерживать пришлось маму, и Саша, как мама его назвала, нежно прижал её к себе. Я очень хотела познакомиться поближе, раз он ей так нравился, хотя и выглядел чуть моложе неё, но у меня не осталось сил после всего, что произошло в школе.

– Я не против в любой другой день. Очень приятно познакомиться и всё такое… Но сейчас мне нужно побыть одной.

Я подняла рюкзак, протиснулась между стеной и мамой, покидая прихожую, открыла дверь комнаты и услышала, как она тихонько объяснила Александру:

– Переходный возраст. Не будем её трогать.

В мыслях я поблагодарила того, кто там сверху, что послал мне такую прекрасную маму, а потом зашла в комнату и закрыла дверь. Рюкзак остался у стола, брюки отправились на кровать, худи тоже. На остальное не осталось сил. В носках, водолазке и трусах я упала на кресло, включила лампу и накрылась пледом. Но спрятаться не получалось, мысли всё равно зашевелились, как букашки в голове, подбрасывая шокирующие моменты сегодняшнего дня.

Макс поцеловал меня… Макс Кравцов меня поцеловал!

Поцеловал по-настоящему, без фарса, театральности и выкрутасов. Просто поцеловал, будто вокруг нас не было ни Ксюши, ни Тимофея, ни полной школьников столовой. Только мы одни… Как тогда на концерте. Только тогда ничего не получилось, а в столовой… Я закрыла глаза и вернулась мысленно в ту минуту.

На секунду я опешила и застыла, ощущая его губы на своих, чувствуя, как всё внутри становится каким-то лёгким, невесомым и звенящим. В голове ни осталось ни одного разумного довода против, я приоткрыла губы и ответила на поцелуй. На вкус губы Макса были сладкими, как компот, который он пил, – клубничный. И я прикрыла глаза, ощущая, как сталкиваются наши языки и рука Макса ложится на мой затылок, придвигая меня к нему ближе. На несколько секунд я потерялась в пространстве. А потом он медленно отстранился, изумлённо рассматривая меня…

У кого-то звякнула вилка, Шутов присвистнул:

– Ого…

Кравцов моргнул, посматривая на мои губы. Я тут же отвернулась к подносу с едой. Щёки горели, мне хотелось провалиться сквозь землю или засмеяться, сказать, что это какая-то шутка… Но ятолько смотрела в тарелку на промасленные макароны и думала о том, что сейчас произошло, кто всё это видел и что теперь будет.

– А так убедительно? – голос Макса стал ниже и зазвучал как-то хрипло. В его тоне не было ни намёка на шутку.

– Даже слишком, – обмахиваясь ладонью, заметила Ксю. – Шутов, тебе понятно?

Я не поняла, что Тима ответил, потому что тут же схватила рюкзак, закинула его на плечо и постаралась с прямой спиной, не сбиваясь на бег, покинуть столовку.

Сердце бешено колотилось, когда я ступила на лестницу, где меня тут же нагнал Макс. На площадке он преградил мне путь, сунув руки в карманы, я подняла глаза и впервые не знала, что ему сказать. Наверняка он видел, как горят мои щёки, что я выгляжу так, будто попала в торнадо и выбралась оттуда уже другой.

– Ты злишься на меня? – спросил он негромко.

Я не злилась, хотя должна была. Только сейчас начинала понимать, что мы не собирались заходить настолько далеко с этим фиктивным романом, даже не обсуждали поцелуи, всё произошло неожиданно… И вот теперь я начинала злиться и на себя, и на него. За то, что позволила, да ещё и ответила.

– А ты как думаешь? – голос дрогнул от волнения, которое я всё ещё испытывала рядом с ним.

– Я просто… – Он на секунду опустил взгляд, но тут же снова посмотрел мне прямо в глаза. – Надо было убедить всех и сразу, чтобы больше не приставали.

– Убедить всех? – Я прикрыла глаза, не веря в то, что он говорит. – В чём? Разве мы не собирались просто притвориться без поцелуев и чего-то такого? Что они теперь подумают?

Проходящие мимо ученики косились на нас – мы не только мешали подниматься по лестнице, но и вызывали интерес: многие просто тормозили рядом с нами.

– Пошли… – Макс положил руку мне на спину и повёл вниз, а потом в конец коридора, где располагались начальные классы и было меньше ушей.

Мы встали у окна друг напротив друга, и Макс снова положил руки мне на предплечья.

– Теперь Фролов подумает, что может потерять тебя, если не предпримет хоть что-нибудь… – Макс сглотнул, и я снова увидела, как дёрнулся его кадык, а на скулах напряглись желваки. – Просто хотел, чтобы это выглядело правдоподобно. Подумаешь, поцелуй.

Я сбросила его руки и отвернулась к окну.

– Подумаешь?.. Это был мой первый поцелуй, Макс. Первый… И я надеялась, что он произойдёт с Даней и не в столовке.

Внутренне я вся сжалась от своего признания. Да, я была скромной и неумелой, возможно, я что-то делала не так, когда он поцеловал меня, но я сказала то, что думала, то, что грызло меня после всего. Рядом упал рюкзак, что-то зашуршало, я почувствовала, как Кравцов встал у меня за спиной и прошептал мне в макушку:

– Прости…

– Не делай так больше без моего разрешения! – Я психанула, схватила рюкзак и побежала на следующий урок. Как у него всё просто получалось: сказал «прости» – и вопрос решён! Почему люди такие? Сначала что-то делают и только потом думают о том, что кому-то они причиняют дискомфорт?

В класс я забежала со звонком. Макс на русском не появился. Ксю пыталась узнать, всё ли у меня в порядке, но я только сказала, что не хочу это обсуждать на уроке. Потом рассказала, что не ожидала такого от Кравцова, понятно, что это игра, но мы не собирались целоваться. Одно дело – просто воображать, что мы пара, а другое целовать так, будто всё это не понарошку, а реально. Ксюша, конечно, сидела в шоке, повторяя мне, что она так и знала, что он тот ещё раздолбай и посоветовала не относиться ко всему слишком серьёзно.