Читать книгу - "Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен"

Пока платформа петляла по каньону, копьеносцы «Громовой пасти» продолжали дохнуть, как мухи, но элемары шакалов пока держались. Стараниями Спайтфула крыша превратилась в облако пламени. Жар, обдававший «Громовую пасть» по всей длине, заставлял всех пригибаться; платформа рвалась вперед, пытаясь набрать скорость, отказываясь сдаваться стракси. Отказываясь умирать.

Именно на это Вокс и надеялся, собираясь нанести смертельный удар. Но сначала он вернет Лириен.

Появился лунный свет, и, взглянув наверх, Вокс понял, что Зедре удалось разогнать большую часть туч. Вокс сфокусировал свет в ослепительный луч и рявкнул:

— Готовы?!

Команда сгруппировалась позади него; яркий свет защищал «Сумрачного охотника» и его экипаж от стракси. Как только они вышли на прямой участок дороги, Вокс прорычал:

— На абордаж!

С яростным ревом его бойцы рванули по крыше машинного отсека «Сумрачного охотника», перепрыгнули через абордажную платформу и обрушились на помятый хвостовой отсек «Громовой пасти».

Вокс возглавил атаку. Он удерживал свет над своей платформой и командой, оставляя переднюю половину «Громовой пасти» во мраке. Костяные шакалы развернули оружие: в битве пиромантов пламя столкнулось с пламенем, а тугие потоки ветра аэромантов сбивали бойцов с крыши. Но громче всего звучали резкие хлопки пистолетных выстрелов. Оружие старого мира было бесполезно против стракси, но его создавали, чтобы убивать людей, и сегодня ночью оно доказывало свою ценность.

Вокс фокусировал свет в острые лучи и метал их, словно стрелы, которые резали шакалов, как раскаленный нож масло. Отсек, где, как он полагал, держали Лириен, находился ближе к середине состава, но шакалы знали, зачем он пришел, и не собирались отдавать ее без боя.

Схватка становилась всe ожесточеннее, жар был невыносимым, и хотя Вокс рвался первым добраться до этого проклятого отсека, он понимал, что должен защищать свою команду. Товв взял на себя командование прорывом. С пистолетом в одной руке и копьем в другой, он прикрывал Вокса от шакалов, пока сам Вокс защищал всех от стракси.

Рядом с ним держался Арни, сын Максимилиана, его оромантия была необходима, чтобы проникнуть внутрь отсека, когда они до него доберутся. Из-за того, что он находился не в центре атаки, парень выглядел разочарованным, так же, как и Вокс.

— Они лезут сзади! Следите за тылом! — крикнул кто-то, и Вокс, обернувшись, увидел, как несколько шакалов выбираются из люков позади. Он сразил двоих световыми стрелами, еще одного метким выстрелом из пистолета уложил Арни.

— Поворот! — проревел Товв, и все припали к крыше, чтобы удержать равновесие, когда отсеки сильно накренились на крутом изгибе дороги. Как только платформа выровнялась, он крикнул: — Вперед!

По залитым кровью отсекам «Громовой пасти» они помчались дальше, оттесняя шакалов к двигателю.

Я иду, мысленно кричал он Лириен. Мы тебя вытащим!

Но, когда Вокс заметил, как огромный стракси когтями раздирает стену одного из отсеков, прорываясь внутрь, его охватил страх, что он мог опоздать.

Глава 48

[Флинтспайр]

После слов Делайт все хрупкие куколки, только что хлопавшие огромными глазами, вмиг стали твердыми, как сталь. Они были одеты в светлые ночные сорочки и полупрозрачные халаты, волосы были распущены или заплетены в косы, а босые ступни утопали в ковре. Свет ламп смягчал черты их лиц, отливая золотом на шелке и кружевах, облегавших их фигуры. Они напоминали призраков, вынырнувших из какого-то древнего, надушенного сна — прекрасные, мстительные и пугающие.

— Да мы просто сметем вас, сучки, — ответила Джесси.

Лириен сделала осторожный шаг вперед.

— Мы не хотим причинить вам вред. Просто дайте нам пройти через этот отсек.

Но эти слова возымели совершенно обратный эффект: несколько куколок вытащили ножи.

— Ни за что, — прошипела Делайт, доставая из кармана халата пистолет и опуская палец на спусковой крючок.

Но выстрелить она не успела. Платформа яростно содрогнулась, пол ушел из-под ног, и Делайт выронила оружие. Стракси бились о борта отсека, крышу над их головами уже дырявили их когти. Куколки охнули, и их напускную храбрость вдребезги разбила паника.

Несколько человек бросились бежать. Двое захлопнули двери своих комнаток. Еще трое вжались в стену, дрожа от страха. Остальные застыли на месте, пока Лириен и Джесси шли по коридору, пытаясь добраться до дальнего конца.

— Это всe из-за нее! — Делайт попятилась к своему пистолету. — Стракси чуют ее. Им нужна она. Говорю вам, давайте отдадим им ее!

Сердце Лириен подпрыгнуло и забилось, как сумасшедшее.

— Не начинайте драку, в которой не сможете победить. Пропустите нас, и мы вас не тронем.

— Если мы вас отпустим, мы все покойники. — Делайт сжала руки в кулаки. — Рэнсид награждает только преданных.

Куколки двинулись к Лириен с обоих сторон, их лица были так же суровы, как и ножи в их руках. Костяные шакалы позволили им иметь оружие, значит были абсолютно уверены в их верности, из чего следует, что все находились здесь по собственной воле.

— Хватайте ее! — крикнула Делайт, и все они бросились на Лириен.

Они не были солдатами, но животный страх придавал им сил. Одна вцепилась Джесси в руку, другая попыталась оттеснить Лириен назад. По лицу Лириен заскользили шелковые рукава, ее легкие наполнили запах духов, ее волосы и одежду рвали чьи-то руки. Пытаясь их отогнать, Джесси замахнулась подсвечником, но в ответ сверкнули ножи.

А потом ковер под их ногами вдруг ожил.

Как живое существо, он пошел волнами, а потом намертво обвился вокруг ног Лириен. Она споткнулась, рухнув на одно колено, а ткань ползла вверх по ее икрам, гладкая, но непреклонная, как ее проклятый костюм. Джесси выругалась, когда та же ткань опутала и ее, заставив потерять равновесие.

В конце коридора, в открытых дверях, стояла Силкен. Босая, невозмутимая, безупречная. Свет ламп блестел на серебряных шпильках в ее волосах и на тонкой ткани ночной сорочки.

— Довольно, — произнесла она. Ее тихий, но не терпящий возражений, голос разнесся по коридору.

Все куколки мгновенно замерли.

— Сила делает тебя слишком самоуверенной, Разрушительница Мира. — Силкен подняла руку, и ковер слился с костюмом Лириен, затягиваясь еще туже. — Но и красивые вещи могут быть опасными,