Читать книгу - "Бросая вызов сумраку - Даниэль Л. Дженсен"

ради кучки трусливых рассветовцев, которые все равно будут нас ненавидеть наравне со стракси.

— Хорошо, что к тебе наконец-то вернулся рассудок. К сожалению, чтобы вбить здравый смысл в твою тупую башку, сейчас Лириен приходится проходить через то, что делает с ней Рэнсид.

Вокс не хотел об этом думать, но он знал предпочтения Рэнсида слишком хорошо, поэтому воображение подкидывало ему бесконечные кошмарные картины. Особенно учитывая, какой вклад сделала Джуди, присоединившись к платформе ужасов Рэнсида. Сейчас она называла себя Силкен, но жестокость была в ней еще до того, как она примкнула к Костяным шакалам. Она была красивой и очаровательной, когда ей это было нужно, и именно поэтому он совершил ошибку, переспав с ней. Но очень скоро она показала свое истинное лицо.

И если темные наклонности Рэнсида сдерживал его стратегический ум, то у Силкен таких границ не было. Откровенно говоря, Вокс больше беспокоился о том, что с Лириен может сделать любимая куколка Рэнсида, чем о том, что может сотворить с ней сам кондуктор «Громовой пасти».

Она у них не так уж долго, — сказал он себе. Лириен нелегко сломать. Она справится.

А вдруг не справится?

Он отогнал эту мысль.

— Ты прав. За то, что понадобилось такое, чтобы я все понял, мне нет прощения.

Товв шумно выдохнул.

— Ты прав? Не уверен, что когда-либо слышал от тебя эти слова до сегодняшнего вечера, Босс, а ты произнес их уже целых два раза. Пытаешься изменить свой характер из страха перед тем, что высекут на твоей могиле, если твой безумный план сегодня провалится?

— Если мой безумный план провалится, то высекать эпитафию будет просто некому, — парировал Вокс. — Но на случай, если ты выживешь, хочу добавить: ты также был прав в том, что я ошибочно считал магию главным оружием против стракси. На самом деле это смелость тех, кто сражается всегда, с любым оружием в руках. Прости меня.

Товв схватился за грудь и пошатнулся, и на секунду Воксу показалось, что он ранен. Но затем его друг рассмеялся.

— «Ты прав, Товв» и «Прости меня, Товв» в один вечер? Что происходит? Ты кто вообще такой?

— Ты говнюк, — пробормотал Вокс. — Я уже жалею об этом разговоре.

Товв согнулся пополам от смеха.

— Я просто обязан выжить в этой битве, чтобы порадовать Зедру и Крэкджо, они ведь в жизни не поверят. Я сам едва верю. Не сочти за труд, повтори все сказанное, чтобы я мог намертво впечатать эти слова в свою память.

— Надеюсь, твою голову откусит стракси. — Вокс обнял друга за плечи. — Это будет битва всей нашей жизни, Товв. Так или иначе, прольется кровь, и, если что-то случится, я хочу, чтобы ты знал: сражаться бок о бок с тобой было одной из величайших привилегий в моей жизни.

— Я знаю. — Товв похлопал его по спине. — Но хорошо, что ты осознаешь привилегию моего присутствия, друг.

— Десять минут до бесплодных земель! — крикнул Зинт. — Всем занять позиции!

Товв указал копьем на тени платформ, мчащихся впереди.

— Ашанта начинает действовать.

По мере приближения к бесплодным землям десять дорог начали соединяться: сначала их стало девять, затем семь, пять, и, наконец, три. Две огибали каньон, а одна шла прямо через него. На другой стороне бесплодных земель дороги снова расходились веером параллельных магистралей, но Вокс не собирался позволить «Громовой пасти» снова присоединиться к другим шакалам.

Тень «Темного клыка» полетела по крайней правой магистрали. Вспышки света озарили одну из платформ Костяных шакалов, попытавшейся перестроиться за своим товарищем, но обнаружившей, что путь прегражден машинным отсеком «Темного клыка».

Машинный отсек шакальего рига метнулся обратно на свой курс. Отсеки позади него мотались из стороны в сторону, огни плясали по всей его длине, и Вокс различил тени яростно жестикулирующих копьеносцев: еще одна платформа попыталась уйти вправо, но снова уткнулась в преграду.

В это время «Гремучая змея» проделывала то же самое слева, заставляя всех шакалов оставаться на своих магистралях и загоняя «Громовую пасть» на центральную дорогу.

«Громовой пасти» надо было выбирать: либо сбросить скорость до черепашьего шага и съехать на бездорожье и тогда их разорвут стракси, либо направить платформу в каньон.

Вернувшись на позицию, Вокс наблюдал за тем, как впереди разворачивается хаос: Ашанта и Максимилиан блокировали риги шакалов при попытке перестроения. Некоторые проявили благоразумие и сбросили скорость, уходя в сторону или рискуя выехать на бездорожье. Крыши отсеков превратились в сплошную массу копьеносцев, готовящихся к бою, потому что стракси заметили снижение скорости и пошли в атаку.

На крыше «Громовой пасти» тоже царила паника, они поняли, что у них остался только один путь — вперед. Опасный путь, который уведет их прочь от всего того подкрепления, что собрал Рэнсид.

Больше не было необходимости прятаться. Вокс переключил рычаг и мертвой хваткой вцепился в поручни, а Крэкджо разогнал машинный отсек до предела.

— Держитесь! — заорал он.

И «Сумрачный охотник» полетел.

Мчаться на такой скорости в темноте было страшно; Мэгги управляла платформой при помощи своей оромантии и следуя указаниям террамантии Рини. Их жизни находились в руках шестнадцатилетней девочки, находящей дорогу впереди по ощущениям.

Те, кто находился на крыше машинного отсека, в основном были защищены от ветра ветроломом, а на боевом отсеке крушители цеплялись за плотную сеть лиан, которую поверх стали сплел Зинт. В качестве дополнительной страховки их тела также обвивали побеги лиан — флоромант явно вдохновился веревками «Странника рассвета».

Впереди «Громовая пасть» начала сбрасывать скорость; террамант Рэнсида пытался построить дорогу, чтобы избежать магистрали, ведущей в каньон.

Вокс не собирался позволять им ускользнуть из его ловушки.

— Держитесь! — проревел он, и предупреждение, подхваченное ветром и страхом, пронеслось по крыше.

«Сумрачный охотник» настигал «Громовую пасть», а ночная тьма отлично делала свое дело. Пока еще никто из копьеносцев не заметил ни гула машинного отсека, ни их тени, подбирающейся всe ближе. Наконец, их увидела молодая девчонка-шакал, держащая копье против стракси, ветер трепал косички у нее на лице. Она вскинула руку, чтобы указать…

В этот момент Крэкджо включил фары машинного отсека, ослепив