Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

определенное понимание. Перед ним сидела очередная жертва, не требующая сострадания. Всего лишь способ пропитания, не более.

– И все-таки позволите сопроводить вас на королевский прием? Уверен, своей красотой вы поразите любого. Прозвучит чересчур красноречиво, однако я желаю, чтобы все изнывали от зависти, завидев мою прелестную спутницу.

Она расхохоталась, поправляя парик. Взгляд ее таил в себе странное, нечто демоническое. Складывалось впечатление, что на этот раз хищником являлся вовсе не Драгомир, а его миниатюрная собеседница.

– Я предпочитаю приходить с братом, дорогой герцог, – проговорила девушка, одновременно с прекращением цоканья копыт.

Карета остановилась около зеленой ограды, ведущей прямиком на длинную территорию большого дома. Цокнув языком, она вновь игриво пустила смешок, дожидаясь, пока слуга подаст ей руку.

– Ох, герцог, совсем забыла. До следующей нашей встречи получше прячьте клыки. Тогда, быть может, не откажу вам в танце. Спасибо, что подвезли. – Скрывшись за веером, она удалилась, оставляя Александра одного.

Отказ его ничуть не расстроил. Страстная улыбка так и осталась украшать его лицо, а эмоции внутри бурлили, хлестали. Чем-то она его взбудоражила. Настолько, что даже внушение применять расхотелось.

– Передай месье Дюбуа, чтобы он перенес встречу с Тианой на завтрашний день, – обратился он к кучеру, выпрыгивая на землю. – Сегодня я планирую погостить у маркиза Крюссоли…

Проснулась я не случайно. Кто-то дотронулся до волос, слегка их дернул, давая просмотреть лишь жалкий отрывок. Стояла глубокая ночь. Это подтверждал яркий фонарь, освещающий спокойную узкую улочку. И звезды, что отражались в его ярких глазах.

Быстро отреагировав на ночного гостя, я ухватилась за попавшийся под руку стеклянный светильник, испуганно направляя его в сторону темного силуэта. Холодные ноги, выскочившие из-под одеяла, я рефлекторно подобрала к животу, когда он присел на край.

– Прости, вендетта. – От услышанного голоса я выдохнула, предвкушая дальнейшие слова: – Ты подобралась к тому, чего мне не хотелось показывать.

Прочувствовав это на себе, я прекрасно знала, что Александр видел то, что проецировалось в моей голове. И все равно слегка смутилась, мысленно удивляясь тому, что его способно что-либо испугать. Заставить немедленно все прекратить.

– Кто она? – не сдержала вспыхнувший интерес я.

Он долго не отвечал. Привычно доставлял дискомфорт тем, насколько близко находился. Привычно ли только… От того, как пальцем Александр дотронулся до моих ног, пульс мгновенно усилился, а кожа на месте прикосновения начала гореть, словно покрылась ожогом. Я боялась его. Одновременно не могла отделаться от ложных чувств, от связывающей нас темной энергии.

– Моя единственная любовь. Филиппа. Однако близкие называли Елизаветой.

Именем, данным покойной матерью. С виду она мне показалась легкой добычей. В то время я действовал достаточно осторожно. В основном питался людьми, боясь раскрыться раньше времени. – Он значительно понизил голос. Создавал незабываемую атмосферу, словно делился необычайной тайной. – Она была странной. Среди местных аристократов ходило много сплетен о ее многочисленных связях с мужчинами и сумасшествии. Чертовы буржуи… О, они не понимали, насколько умной и прелестной она являлась. Елизавета еще при первой встрече, когда я предложил ее подвезти, показалась мне совершенно индивидуальной. Она знала о существовании темных… Знала о том, кем был я, но не боялась. При том и страсти ко мне не питала. Изначально во мне проснулся определенный интерес, скорее с непривычки от отказа…

На лице Александра отражалась искренняя улыбка. Оно перестало быть беспристрастным. Сменялось радостью, местами злостью. Впервые я разглядела в нем человека полноценно, а не только отблески наличия души. Говорил он долго и складно. Хоть и было видно, что по-прежнему многое скрывал. Рассказывал о том, как Филиппа проникла к нему в самое сердце. О том, что на целых десять лет полностью отошел от плана, практически от него отрекся, находя иной смысл. Новую семью.

– Я бы соврал, если бы сказал о том, что Елизавета была кристально чистой. Имелась в ней корыстность, которая меня абсолютно устраивала. Она грезила о замужестве с герцогом и вечной жизни. Не знала, что я не способен ей ее дать. Как и твоя бабушка, кстати. Они в целом с ней характером были страшно похожи… И имя одно. Я из-за этого Лиззи при себе оставил. Не полюбил, но ценил.

– Что с ней стало? С Елизаветой?.. – ведь должна была быть причина, по которой все обернулось так, как обернулось.

– Я отбыл в Российскую империю. Тогда Винецбург находился в ее составе. Дело было срочное. А моя милая Елизавета сгорела заживо. В их доме вспыхнул пожар. Из семьи выжила только ее младшая сестра, которая являлась фавориткой короля.

Александр проговорил это настолько непринужденно… От этого едва ли верилось, что погибшая девушка имела хоть какой-то вес в его жизни. Но изнутри, я была уверена, он весь пропах гарью. Неприятной и удушающей, переходящей разрядами и соприкосновениями ладоней на меня.

– После произошедшего я опомнился. Принял смерть Филиппы за знак, что я ступил на неверную дорогу. Забыл, ради чего существую. Но благодаря Елизавете я стал иначе относиться к людям… – его темные соколиные брови сомкнулись на переносице. Понял, что разболтался. – Не будем об этом, Тереса. Я, честно говоря, хотел навестить тебя только через неделю.

– К чему это? Зачем держать меня взаперти так долго? – Я переключилась тоже, не решаясь его злить.

– Не знаю. – Александр неоднозначно пожал плечами, упираясь локтями в матрас. – Может, чтобы дать тебе время, которого осталось мало. А может, дать шанс сбежать. Или быть спасенной. Я думал, что ты будешь сопротивляться до последнего. Противиться мне.

И снова этот взгляд. Непонятный, что-то в себе явно несущий. Без прикосновений тоже не обошлось. Раньше они мне казались более властными, напористыми… Сейчас же он притрагивался скупо, почти что на расстоянии. Как художник, в голове обводящий силуэт будущего шедевра.

– Ты не оставил мне выбора…

– Заблуждаешься, Тереса. Я всегда его предоставляю, помнишь? Даже заяц может убежать от волка.

Начинало светать. Небо с темно-синего приобрело краски тускло-голубого. Его лицо было отвернуто от меня. Он глядел в окно или на картину, приколоченную к стене. Я же не могла оторвать взгляда, внимания. Выискивала в острых чертах нечто уязвимое, напоминающее о том, что передо мной находился не монстр, как его привыкли называть. А Ксандр, оплакивающий потерю родного брата и единственной любви. От мыслей, что эта его часть все еще заключена где-то в дебрях души, мне становилось комфортнее. Удавалось совладать с собой, не дрожать под невыносимой мощью.

– Ты не давал выбора ведьмам. Как и Зибору Роспонду, бабушке или мне. Только создал иллюзию, – я ненароком перешла на шепот.

– Зибор мог попытаться сбежать. Лиззи, в свою очередь,