Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

class="p1">– Именно. Но Александр убедил меня в том, что он развеял ее… клятву. – Хитро улыбнувшись, я взглянула на него из-под оправы округлых очков.

Роспонд тяжко задумался. Его лицо, казалось бы, практически не изменилось, однако появилась тонкая морщина меж бровями, выдающая замешательство. Он медленно кивнул, молчаливо ожидая, когда я вновь подам голос.

– Однако разве это возможно? Уничтожить клятву без согласия второго участника?

– В случае Александра, полагаю, возможно все.

Скомкав в ладони фантик, я снова потянула уголки губ кверху, в кои-то веки чувствуя себя на шаг впереди светлого.

– А я полагаю, что это невозможно, пока второй участник клятвы жив. О, мне казалось, что я выжила из ума, раз до сих пор так пекусь об этом чертовом перстне… Но, поверьте, мои чувства с момента того, как «развеялась клятва», ничуть не изменились, хотя должно быть с точностью до наоборот.

– Хотите сказать, что Драгомир вас обманул? Зачем? В этом нет никакой логики.

– Не обманул, а его надурили. Оба раза непосредственным наблюдателем нашей клятвы являлся Поль. Скорее всего, он и убедил Александра, что сумел уничтожить клятву. – Я сделала паузу, пытаясь успокоить тремор. Без принятия ежедневной дозы таблеток мне сильно поплохело. – Я, безусловно, ненавижу Драгомира, но нельзя отметать тот факт, что длительный срок я была его любимицей. Думаю, он решил, что проявит особое милосердие, когда развеет клятву. И мой бывший муж воспользовался этой секундной слабостью.

В воздухе повисла тишина. Он не верил моим словам. Медленно вздохнул, подложив пальцы под щеку и снова, как щенок, потерявший маму, жалобно отвел взгляд. Должно быть, подумал, что годы взяли свое.

– И… Какая выгода от этого месье Дюбуа? – спросил Роспонд, искренне пытаясь мне довериться.

– А вы разве не знаете? Кровавое солнце…

– Бредни, Элизабет. Виктор запомнил какую-то ахинею из своего детства и продолжает в нее верить. Я говорил и буду говорить, что нужно сосредоточиться на реальной проблеме. Месье Дюбуа невероятно умен, но в то же время слишком стар, чтобы внезапно возжелать воссоздать на Земле апокалипсис.

– Это не ахинея, а его реальная идея.

– Если мы будем обсуждать Дюбуа и его планы, я лучше пойду. У нас и так мало времени. – Войцех проморгался, предпринимая попытку встать.

Я тут же его остановила, повышая голос:

– Мне нет дела до намерений Поля. Я всего лишь желаю предотвратить смерть своей внучки! – Сердце гулко забилось в груди. – Поэтому выслушай меня, Войцех, прошу. Это лишь догадка, но… Прошу, – из-за волнения я случайно перешла на «ты».

Нервно качнув ногой, мужчина затаился, безмолвно соглашаясь на мои условия.

– Продолжайте.

– Была и вторая клятва. Вы навряд ли о ней знаете много. Но мы заключили контракт, в котором ставится ряд условий: я должна отдать Иренке ампулу с жидкой энергией Драгомира, он же, в свою очередь, поклялся сохранить жизнь Тересе. Он согласился абсолютно точно, из-за того, что был уверен в возможности разрушения клятвы прижизненно. Но если предположить, что Полю зачем-то нужна его смерть… Он мог вполне догадаться, чего я потребую и что Александр пойдет на эти условия.

– Думаете, что, пока вы живы, Драгомир не вправе совершить светлое судейство?

– Не только я, но и Иренка. Она тоже подписывала контракт.

Я резко поднялась, недовольно запыхтев, и направилась на небольшую кухню. Открыла первый ящик слева, доставая набор серебристых склянок с жидкостью густой консистенции. Надеюсь, обойдется без расспросов, как я вообще сумела вывезти их…

– Зачем это? – приподнял густую бровь Войцех, выхватывая у меня жидкую энергию.

– Я умру уже сегодня, Войцех, – достаточно спокойно произнесла я. – Иренка… Не знаю. Но, если вы заметили, Александр с годами действует все более резко и радикально. Взять одного только Зибора… Нельзя отметать вариант того, что он может перестраховаться.

Его длинные пальцы заскрежетали по склянкам. Казалось, словно и губы вздрогнули. Войцех продолжал держать лицо. Но было видно, насколько сильно беспокойство точило его душу.

– Что значит умрете, Элизабет? – едва слышно переспросил он.

– Я собираюсь рассказать тебе местоположение перстня, – вновь случайно отбросила формальности я, – а за этим следует смерть, если клятва и впрямь не разрушена. Вам… Тебе, Виктору, нужно тянуть время до последнего. Вплоть до Судейства, чтобы у него не было возможности предпринять что-либо… Договор у Драгомира. Его нужно выкрасть, думаю, я знаю, где он лежит.

– Что вы такое говорите?! – резким басом он огласил всю квартиру.

– Это моя жидкая энергия… Каждая склянка разбавлена, так что дозировки крайне малы, однако их должно хватить недели на три. Если Иренка умрет следом за мной и клятва перестанет существовать… Думаю, можно пропитать энергией контракт, и он продолжит действовать. Александр почувствует, если клятва восстановится… Он не позволит себе умереть, когда зашел так далеко. Судейство всегда проходит только в один день. В тот, когда была создана завеса. Если он замедлится, придется заморозить план еще на год. Что даст время.

Обхватив мои плечи, Войцех легонько их потряс. Глаза у него оказались широко распахнуты, а дыхание сбито.

– Элизабет, поймите уже… Хоть год, хоть два… Ей не скрыться. Драгомир чувствует энергию Тересы и связан с ней. Ему не составит труда ее найти даже в Антарктиде. Не стоит бессмысленно жертвовать собой.

Улыбнувшись, я дотронулась до его ладони. Когда-то давно, когда мой облик был куда моложе, я замечала то, насколько теплые и шершавые у него руки. Теперь они казались мне гладкими, в сравнении с многочисленными морщинами, увековеченными на моих пальцах.

– Поэтому я прошу тянуть время. Александр настолько могуществен с двумя энергиями внутри. А что, если их будет четыре?.. Надо только не позволить Драгомиру «влить» в нее светлую энергию. Года вполне хватит на ее обучение. Тереса сможет ему противостоять, если станет сильнее. Мой век уже давно прошел, Войцех. Удивительно, что я столько прожила, учитывая годы внушения и работы донором. Так что прошу, сделай то, что я говорю… И у нас будет шанс победить.

Одна завивающаяся прядь выпала из его идеально зализанного пучка. Я до сих пор не понимала, почему Войцех с таким трепетом относился ко мне… Если Александр был прав в тот день и Роспонд правда в меня влюблен… Неужели до сих пор его съедали те чувства? Невзирая на изуродовавшую меня старость и дряхлое тело.

Он долго не давал ответа, а я мирно молчала. Успела заварить чай и снова приступить к решению кроссворда.

– Хорошо. Говорите, где перстень, – в конце концов отозвался Роспонд.

– В моей квартире, в Варшаве… Под кроватью одна из половиц более светлая, чем остальные. В самой ее глубине лежит зеленый сверток с кольцом.