Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

моего присутствия, ни Кристиана, приобнимал Александру за талию, а та периодически закидывала на него ноги. Да и взгляды у них были… говорящие сами за себя.

– Да, мы точно не вместе, – подтвердил предыдущую реплику Оскар, отсаживаясь от девушки на пару сантиметров.

– Ясно-о… – поиграла бровями я, решая оставить бедолаг в покое.

Либо между ними уже все закончилось, либо находилось в статусе: «Все сложно». Мне бы предстояло с этим разобраться. Однако у судьбы несущей свет имелись отличные от моих желаний планы. В любом случае подобные разговоры отлично отвлекали от отчаяния и самобичевания.

Кристиану не нравилась наша компания. Его недовольство и незаинтересованность чувствовались на субклеточном уровне. Сомкнутые в замок руки и глаза, обращенные в потолок. Очевидно, что диалоги о чужих любовных проблемах и вкусном трюфеле волновали Роспонда в последнюю очередь. Он оставался сидеть на мягком матрасе кровати только ради того, чтобы следить за мной. И моим самочувствием. Это подтверждалось и тем, что его молчание периодически прерывалось тихой фразой: «Все в порядке?».

– Бьюсь об заклад, что пани горгулья тихо плачет вечерами, потому что ее любимая ученица пропустила несколько занятий, – перевела тему Сандра, имея в виду преподавательницу математики.

– Тогда из-за моей пропажи она должна была устроить праздничный ужин, – с иронией сказала я, не подумав.

Мы действительно болтали ни о чем и могли пропускать нелепые шутки. Но и на Александру мое исчезновение повлияло в отрицательную сторону. Конечно, ее успокоило известие о том, что я сбежала самостоятельно. Поэтому она встретила меня достаточно спокойно, входя в положение из-за смерти матери. Практически не показывала обиды. Однако фиолетово-синие мешки под глазами, не скрытые консилером, и исчезнувшая припухлость со щек говорили о многом.

– Нам еще нужно сдать выпускные экзамены, не забывай, – ткнула в меня подруга. – Без понятия, что ты будешь делать со своими прогулами! Все о тебе так беспокоятся, а я даже не знаю, что им сказать…

– Сандра… – понизила голос я, немного мельтеша перед тем, как продолжить: – Ты же знаешь, что я не вернусь на учебу.

Прозвучало так, словно я попросту решила забросить школу. На деле же, абсолютно все присутствующие осознали смысл моих слов. Не вернусь, потому что умру. Или буду прятаться до конца дней. Я старалась, честно, старалась не говорить о таком. Александра сама меня вынудила. Хоть и не знала, что, возможно, мы находились рядом и общались в последний раз. Понимая, что Драгомир мог нагрянуть в любой момент, я не пускала время на самотек, заставляя себя ежедневно устраивать «сборы» с друзьями.

– Неправда, – черная кожаная юбка Александры зашелестела по покрывалу. – Я пойду спать. – Она поднялась, всячески прикрывая лицо волосами.

Несмотря на экспрессивность характера, Сандра не любила, когда ее заставали в минуты слабости. Показывалась всем только улыбчивой и счастливой. Сейчас также сбежала, наспех надевая на ноги золотистые тапочки. Оскар почти сразу умчался за ней следом. Я тоже норовила встать, но Кристиан удержал меня за рукав.

– Ей нужно переварить все, как и Рафалу, – подбадривающе произнес он, притягивая к себе.

Раф… Вовсе игнорировал меня. Правда, не только меня, а всех разом. Его состояние казалось куда хуже моего. Наверное, в последний раз я с ним пересекалась неделю назад, когда он о чем-то тихонько переговаривался с Войцехом. В другие дни комната Рафала была плотно закрыта. Я пару раз стучала, но никто так и не откликнулся. Если верить Кристиану, то его брат днями и ночами играл в приставку. Это было вообще не похоже на того Рафала, которого я знала, что вынуждало продолжать топиться в море вины.

– Может быть, слишком поздно… для переваривания.

Черные глаза обратили пристальный взор на меня. Волосы, распластанные по подушке, зашевелились из-за потока выдыхаемого им воздуха. Мы все выглядели устало. И слишком уныло. Кристиану тоже досталось с лихвой. В прошедшие дни он пренебрегал здоровьем, вбирая мою отрицательную, болезненную энергию. Внешне он практически не изменился с декабря. Возможно, еще больше повзрослел и чуть подкачался; подстригся немного короче обычного. Но заметно посерел. Выражение его лица редко сменялось с сочувствующего или отстраненного радостным.

– Думаешь, не получится? С планом, – тихонько спросил он, опаляя прерывистым дыханием мои губы.

– Не получится, – утвердительно кивнула я, дотрагиваясь холодными подушечками пальцев до его горячего уха.

– Согласен. – Кристиан прикрыл веки так, будто действительно собирался заснуть.

С расслабленной мимикой, упавшими кудрявыми локонами на ровный лоб и закрытыми глазами, обрамленными густыми ресницами, Роспонд был похож на ангела. Взявший от своего рода только темную радужку, не похожий ни на кого другого. До сих пор я не понимала, что творилось у него в голове. Следовал ли он указам дяди или осознанно выбрал сторону? Выбрал ли только… Казалось, Кристиану было искренне тяжело отказаться от иллюзии, которой он одарил Александра.

– Ты до сих пор хочешь быть похожим на Драгомира? – спросила я пару ночей назад, перед тем как заснуть.

– Думаю, да. Он единственный в своем роде. Абсолютный гений, – спустя минуту раздумий таки ответил Кристиан.

Возможно, не будь он так привязан к факту родства. К дяде и Рафу… Возможно, Кристиан сам бы повел меня на маковое поле. Но суждения, в его случае, значительно уступали чувствам.

– Он ведь должен прийти, не так ли? Раньше, чем план воплотится в жизнь, – прозвучало хрипло, не совсем уверенно.

– С чего ты взял? – Я и впрямь молчала, никому не рассказывала о предупреждении.

– Твоя энергия другая. Я не чувствую эмоции, как белые феи. Но точно могу определить равнодушие. Тебе плевать на план, Тереса. Ты будто с самого начала знаешь, что он не сработает.

Я забыла то, что он умнее меня. Более проницателен. Теперь мне оставалось разве что поджать коленки и упереться лицом ему в ключицу. Чтобы было не видно стыдливости, окрасившей щеки розовым.

– Ты давно понял?

– Да. В первые дни.

Отчего-то стало грустно. Неприятный горький вкус образовался во рту. Порой казалось, что я превратилась в монстра, не ведающего ничего, кроме своих печалей. Я пустила на самотек состояние друзей. И, видимо, даже Кристиана. Он находился рядом столько, сколько позволялось. Стер ту грань, в которой нам было друг с другом неловко. Я не представляла, как засыпать, не ощущая его рук, сжимающих талию. Привыкший все контролировать, Кристиан следил за моим сном, приемами пищи… возможно, количеством вдыхаемого воздуха. От его глаз не скрывалось ничего. Мои же ослепли. Возможно, проблема крылась в том, что я изначально приняла позицию жертвы. Решила, что являюсь пленницей судьбы. После смерти матери все усугубилось. Хоть и понимала, что это не так