Читать книгу - "Вниз, к звёздам. Том I - Нюта Либра"

– Ещё одно слово, Мистер, и ты будешь спать в будке Лютика, – пригрозила Аня. И она не была уверена, что её предостережение выстрелит впустую.

– А куда именно мы идём? – оглядевшись кругом, спросил Тимофей.

– Просто гуляем.

– Может, сходим на бейсбол ещё раз?

– Никакого бейсбола. Футбол в тысячу раз интереснее.

– Да ладно? А мне сдаётся, тебе не нравится этот вид спорта, потому что ты не понимаешь правил. Или не знаешь. Или всё вместе.

– Когда я впервые пошла на футбольный матч с Лекси, я тоже не знала правил. Но это не повлияло на наше взаимное притяжение.

– Притяжение с Лекси или с футболистами на поле?

– Идиот! – Аня снова пихнула парня локтем в бок. Но он лишь звонко рассмеялся в ответ. Девушка попыталась состроить обиженную рожицу, и, не удержавшись, тоже разразилась звонким смехом.

Однако веселье продолжалось недолго. Взгляд Ани случайно упал на проезжую часть и задержался на прятавшемся за большими солнечными очками мужчине с фотоаппаратом в руках. Его голова, прикрытая потрёпанной бейсболкой, была высунута в окно одного из застрявших в пробке такси. Заметив пристальный взор девушки, мужчина бесцеремонно помахал ей.

– Пошли быстрее, – потянув друга за руку, скомандовала девушка. Тимофей в замешательстве упёрся подошвой кроссовок в асфальтную плитку:

– С чего это вдруг? Что случилось?

– Мой парень – знаменитость. И я тоже, видимо, – Аня едва уловимым движением головы указала на сидевшего в такси журналиста.

Вместо того, чтобы послушно последовать за подругой, Тим принялся крутить головой в поисках загадочного папарацци. При этом его карие глаза зажглись пугающим огнём любопытства.

– Где? Где? Я никого не вижу.

– Да успокойся же, – схватив парня за плечи, девушка хорошенько его встряхнула, – Он там, во втором такси левого ряда.

– Ну и что? Улыбнись ему, попозируй немного.

Аня выпучила свои чёрные глаза. С каких пор в скромного Тимофея вселилась распущенная Карина?

– Я не спятил, – начал оправдываться друг, – Просто тебе выпал такой шанс, а ты даже не желаешь им воспользоваться.

Девушка плохо понимала, о каком конкретно шансе говорил её добросердечный друг, но такси с наглым папарацци не сдвинулось с места, когда на светофоре загорелся зелёный свет. Аня одарила Тимофея взглядом, в котором читалось укоризненное "делай, что хочешь", и быстрым шагом поспешила скрыться из поля зрения неугомонного журналистского жука.

– Стой!

Тимофей нагнал подругу через двадцать метров и, вцепившись в её правую руку, заставил встать на месте. Он сильно запыхался и делал глубокие вдохи, чтобы привести дыхание в порядок.

Аня вырвала свою руку из запотевшей ладони Тима и незаметно для его глаз вытерла о подол платья:

– Ага, русский мальчик испугался потеряться без надзора вечно жалующейся брюзги.

– Ну зачем ты сразу включаешь жёсткий режим? Тебе не нравится быть в центре внимания. Прости, я забыл.

Девушка намеревалась сказать другу, что на самом деле находиться в центре внимания очень даже неплохо, просто у всего должны быть определённые моральные рамки и границы. Однако Тимофей уже оставил прежнюю тему разговора и, повернувшись лицом к бутику мужской одежды, с привычной восхищённостью выпалил:

– Обалдеть! Какие крутые вещи. Давай зайдём?

Парень резко развернулся на носочках и вперил в Аню по-невинному умоляющую пару карих глаз. Девушка усмехнулась и скрестила руки на груди:

– Ты же в курсе, что щенячий взгляд со мной не работает? К тому же, тебе он плохо даётся.

– Ну пожалуйста. Шоппинг в Голливуде! Что может быть лучше? – взмолился Тимофей.

Он вёл себя как капризная и избалованная девчонка. Что, впрочем, было совсем не свойственно его благоразумной натуре. Видимо, потеря близкого человека действительно плохо сказалась на его душевном благополучии. Или играя в непослушного ребёнка, он старался забыться?

– Ладно, – сжалилась Аня, – но я не пойду с тобой. Подожду здесь.

– Как так? Я же почти не говорю на английском, – чуть ли не хныча произнёс Тимофей.

Девушка, конечно, была готова примириться на некоторое время с внезапно проявившейся капризностью лучшего друга, но её слабое терпение могло оспорить подобное проявление кротости.

– Практика – лучший учитель. Вот и иди. Заодно подтянешь языковой уровень.

Хвала небесам, парень не стал долго препираться:

– Хорошо. Я быстро.

Тимофей шмыгнул в белоснежные раздвижные двери бутика, оставив Аню наедине с шумным бульваром, где размеренное течение роскошной жизни часто прерывалось суетой водителей, нервно выглядывавших из-за крыш автомобилей, которые нескончаемой вереницей тянулись вдоль проезжей части. Чтобы бесцельно не топтаться у дверей магазина, девушка подумывала посидеть в ближайшей кофейне. Но поблизости, как назло, не нашлось ни одной точки питания. Только бутики. Аня знала, что если пройти чуть дальше, то можно увидеть линии дорогих ресторанов, на ужин в которые приходилось записываться за месяц и всё равно отстаивать бесконечные очереди. Логан водил её в один из таких заведений два или три раза в прошлом месяце. Еда оказалась восхитительной, обслуживание просто на высшем уровне. Единственный минус заключался в слащавых улыбках управляющего, его извечных пожеланиях приятного вечера и просьб сфотографироваться с Логэнни для стены славы.

Аня отошла от бутика на некоторое расстояние, так и не решив, чем заняться. Скука уже протянула к ней свои огромные лапы, и девушка от нечего делать принялась разглядывать витрину магазина. Манекены, сверкающие шоколадной краской и разодетые в кишащие новизной и богатством наряды, заполонили всё оконное пространство, что смотрелось хоть и не броско, но стильно. Быстро утратив интерес к неподвижным манекенам, Аня взглянула на себя через нечёткое отражение в витрине.

Кажется, кожа у плеч покрылась лёгким загаром. Надо было прихватить специальный крем, чтобы опять не обгореть. Подобное недоразумение приключалось с ней уже дважды, и девушке не хотелось бы пережить это заново.

Погрузившись в воспоминания о неудачном загаре, Аня не сразу обратила внимание на манекен, вновь появившийся среди остальных. Девушка слегка прищурилась в недоумении. Её глаза даже не моргали, а манекен встал в витрине точно живой человек. Никто не перетаскивал его из подвала или кладовки, не наряжал внутри магазина и, уж тем более, не закреплял в неподвижном положении у вытянутого окна. Взгляд Ани вспорхнул чуть выше, и, заприметив отливавшее плавленой бронзой мужское лицо, на котором открытый высокий лоб плавно переходил в угловатый нос, а чёрные, как беззвёздная ночь, глаза бросали негласный вызов всему вокруг, девушка замерла.

– Как поживает моя ласточка?

Аня очень скоро справилась с нахлынувшим шоком и обернулась, натянув самую лучезарную улыбку, которую только мог подарить благородный мститель своему самому ненавистному врагу:

– Вполне сносно. Если в её дела не вмешивается третий лишний.

– С каких